Штаб союзных сил разместился в одном из ближних от главного входа залов. Генерал Вершинин вообще предпочёл бы остаться на поверхности, но приходилось подстраиваться под ситуацию: бои в Иделан-Сонаморе продолжались, а поддерживать связь в подземельях приходилось допотопными методами — через посыльных. И чем меньше гонцам бежать до штаба, тем проще контролировать ситуацию… Которая всё ещё была далека от идеальной.

Прибывающие Тёмные-гонцы выдавали доклад за докладом, на которые требовалось немедленно реагировать.

— Клан Призрачной Медузы перешёл в контратаку и пытается прорваться из Глубинных Шахт.

— Помощь запрашивали? — спросил генерал.

— Никак нет, шер, — Падший откровенно кривился из-за вынужденного подчинения какому-то человеку, но открыто протестовать не мог. — Просто сообщили.

— Передай, чтобы держались, — распорядился Вершинин и перевёл взгляд на следующего посыльного. Первый гонец коротко кивнул и удалился. — Что у тебя?

— Предатели Эн-Мегорана выбиты на Нижние уровни.

— Нижние уровни обширны и заброшены, — кисло произнёс вождь Ривэл, находящийся при штабе. — Там легко затеряться и ещё легче заблудиться. Я бы не рекомендовал вашим воинам туда углубляться.

Тёмному было отчего киснуть — несмотря на обещанную лояльность гарнизона Города Теней, именно среди воинов его клана оказалось больше всего тех, кто не принял присягу новому матриарху. Так что фейри чувствовал, что его положение весьма шатко — если уж не Богоубийца, то Пожирающая Мать могли решить, что такой слабый и потому бесполезный союзник им ни к чему…

— Айвазову — стоп, пускай просто блокирует противника, а вниз не лезет, а ждёт усиление.

— До сотни воинов Эн-Сирадзидана восстали в Кузнечном квартале. Они отрезали части шестой роты, идут бои, — надменно бросила следующая Тёмная.

— Не восстали, а подняли мятеж, — раздражённо бросила также присутствующая при штабе предводительница Тарик. — И побольше уважения! Клыки надо было показывать, пока был шанс победить в бою, а сейчас эти клыки могут и вырвать.

— Прошу прощения, богоравная, — потупилась Падшая.

— Дозвольте мне взять две сотни моих воинов и лично покончить с мятежниками? — спросила Тарик.

Предводительница была, что называется, вся на нервах и всячески пыталась выказать лояльность новой власти. И показанное на небольшом артефакте явно магическое изображение её детей на руках у бойцов инвириди не добавило ей спокойствия, потому как хоть Пожирающая Мать и отозвалась о Тарик, как о достаточно надёжном и перспективном союзнике… Насколько эти слова вообще применимы к Тёмной высокого ранга. Но генерал ни ей, ни другим новообретённым союзникам не доверял ни на грош и потому старался не делать на них основную ставку и при любом удобном случае дробил и перемешивал силы разных кланов.

— Это излишне, — отмахнулся Вершинин и повернулся уже к одному из своих штабных бойцов. — Передайте четвёртой роте — пусть выдвигаются и зачищают Кузнечный квартал. Ширидар рвётся в бой — вот пусть и проявит себя.

— Белые Скитальцы пытаются разжечь мятеж среди уцелевших слуг, — сообщил очередной посыльный.

Генерал вопросительно посмотрел на сидящих рядом Тёмных.

— Слуги — это наши войска уор и людей, — объяснил Ривэл. — После… первых боёв они отошли к старой крепости Дур-Марад. Те, кто уцелел.

— А, эти, — новость сразу же перестала быть интересной для Вершинина. — И чем чреват мятеж среди них?

— Попытаются ударить в спину, — предположил Тёмный.

— Или попробуют прорваться в долину Янагара, — добавила Тарик. — Поднимут местные племена и…

— Сколько с ними может быть ваших?

— Отступников, — на всякий случай уточнил Ривэл. — Отступников было тысяча клинков… До начала сражения. Сколько сейчас осталось в строю и сколько не приняли волю матриархов… Не имею ни малейшего понятия, шер.

— Дозвольте мне отправиться к ним, — вставила фейри. — Если не в бой, так хотя бы на переговоры!

— А вы полны энтузиазма, я так смотрю, — усмехнулся генерал.

— Вы… умеете мотивировать, — скривилась Тарик. — Матриарх… матриархи были очень… убедительны.

— Хорошо, отправляйтесь, — после некоторого раздумья, решил Вершинин. — Главное не умрите там — вы нас вполне устраиваете в качестве главы Эн-Сирадзидан… Пока что — вполне устраиваете.

Тёмная поднялась с принесённого из ближайших покоев стула, коротко кивнула и широким шагом умчалась прочь.

— Что не требует конкретно моего вмешательства, а идёт… скажем так, по вашей линии — сами и решайте, — произнёс генерал, обращаясь к Ривэлу. — Мне нужно отойти.

Фейри не вскочил, нет, но на ноги поднялся и почтительно склонил голову, в том числе и чтобы инвириди не увидел его взгляд. Неприязненный, непокорный. За такие взгляды среди своих подчинённых вождь немедленно вызывал наглеца на поединок, если тот был слабее, и каким-либо способом тихо устранял его, если тот был сильнее. Но с человеком в зелёном такое не провернуть… Да и смысл? Не он тут главный, и не он тут решает, а что его якобы слушается матриарх Вяземская… Ну, нравится ей в это играть, значит такова её прихоть. В древние времена цари и царицы бывало что наряжались бедняками чтобы узнать, что о них говорят тайком — чем новый матриарх хуже? Она же явно как раз из тех времён… Никто о ней никогда не слышал, и выглядит она как совсем молодая девчонка? Чепуха. Наверняка о ней есть записи в старых летописях — под другим именем, а быть может и под другой личиной. А что молода — так Пожирающая Мать выглядит не сильно старше. И уж перед кем-то более слабым или юным древняя царица уж точно бы не склонилась и не признала бы сестрой. По сути даже — старшей сестрой, если вспоминать, как матриарх себя вела… А ведь перед Конклавом — даже перед Конклавом — Пожирающая Мать никогда не склонялась и не признавала себя младшей. Признавала их равными — да, отдавала им всю власть и право принимать решения — да, но чтобы склониться — никогда. А вот перед этой… Вяземской — склонилась. Так что…

Так что сейчас самое разумное и, чего греха таить, выгодное — это присягнуть новому матриарху. Благо что её требования были с одной стороны вполне выполнимы, а с другой — весьма привлекательны… Мало того — Ривэла даже признали заслуживающим шанс на службу Богоубийце, что, как оказалось, не всем было дано. И как только прознали, что старейшина большую часть своей вековой жизни провёл в стенах Иделан-Сонамора, предпочитая сражаться интригами, ядом и кинжалом в спину, а не лицом к лицу… А уж с имперцами — тем более. Так что сейчас Тёмный, в принципе, не занимался ничем новым — резал одних своих сородичей в интересах других.

Вершинина же мысли окружающих его нескольких старейшин Падших занимали мало — он им всем одинаково не доверял и подозревал, а его сомнения могла развеять только крупная партия ошейников со взрывчаткой для этих неблагонадёжных личностей. И уж тем более он не доверял одиозной паучихе — просто так высшими и почитаемыми поколениями иерархами у Тёмных явно не становились. Так что у Пожирающей Матери руки явно были по локоть в крови… Если встанет на свои задние паучьи лапы и вытянет руки вверх — кровь аккурат до локтей и дойдёт. Но младшая Вяземская ей отчего-то доверяет, а она девчонка хоть и молодая, но, что называется — с чутьём, и ни разу не наивная. Даже наоборот — со всеми этими её консервативными родоплеменными устоями и обострённым чувством справедливости Шари первая бы всадила в паучиху пару обойм и из РПГ прибавила. Но — говорит, что Пожирающей Матери и правда можно верить. Не всегда и не во всём, но пока что — такой вот союзник… И очень полезный союзник, надо признать.

Честно говоря, сейчас генерал и ломаного гроша не дал бы за изначальный план штурма крепости — тут не то что сил батальонно-тактической группы не хватает, тут и дивизия не факт что справилась бы. Да, в поле БТГр прошла через все заслоны, как нож сквозь масло, но дальше-то началась колоссальная система бункеров — настоящая подземная крепость. И не пустая, а занятая тысячами опытных бойцов Тёмных. Которые даже после захвата «детского сада» отнюдь не кинулись поголовно вскидывать лапки вверх и переходить под руку радикально настроенных Катагарра. Даже после того, как на сторону союзников неожиданно перешла Пожирающая Мать, перебившая не один десяток своих сородичей, а затем внёсшая колоссальный раскол, всё равно тысячи и тысячи фейри отказались подчиниться что новому матриарху, что древнему матриарху.

По всему Иделан-Сонамору кипели ожесточённые бои. Вчерашние соратники с неожиданным энтузиазмом принялись резать друг друга, в один момент шли прахом вековые договорённости и заключались неожиданные сиюминутные союзы. Казалось бы — как такое вообще возможно, если эта банка с пауками под названием кланы Тёмных фейри столетиями как-то уживались друг с другом? Однако вторжение людей в зелёном и неожиданный финт древней царицы моментально обрушили всю систему сдержек и противовесов, которые и не давали Падшим скатиться в кровавую междоусобную бойню.

В авангарде перебежчиков под руку нового матриарха встали, как ни странно, полные противоположности. С одной стороны — относительно умеренные Тёмные, которые уже долгое время совершенно не горели желанием вести войну непонятно ради чего, а с другой — совершенно отмороженные фанатики, до сих пор почитающие Пожирающую Мать практически на уровне божества. Ещё имелись переметнувшиеся за компанию, но без особого энтузиазма, и таких тоже погнали в бой, подперев позади отрядами автоматчиков. При этом всем было очевидно, что имперские заградотряды с превеликим удовольствием нашпигуют свинцом Тёмных при малейшем подозрении.

Хотя, конечно же, подозрения случались не только малейшие, да и не подозрения вовсе, а откровенные попытки ударить в спину, вторично сменить сторону, ну и просто порезать наглых людишек.

Кончалось всё это закономерно плохо, с жертвами с обеих сторон, но счёт оказался далеко не в пользу Тёмных. Возможно, потому как союзные силы не теряли бдительности, так что под удар чаще всего попадали свои же свежеприсягнувшие обитатели Города Теней. По итогу довольно грубый и прямолинейный план «повязать кровью» оказался на удивление эффективным — давно сдерживающимся Тёмным чаще всего хватало малейшего повода, чтобы ринуться в драку.

При этом Вершинин благоразумно старался не перемешивать своих бойцов с «новобранцами», предоставив заградительные функции имперцам, а сам вводя взвода и роты точечно — там, где требовалось выбить закрепившегося противника. А закрепились Тёмные знатно: как говорится — дома и стены помогают, а местные фейри прекрасно знали подземелья Иделан-Сонамора. Так что некоторым количеством проводников из свежеприсягнувших воспользоваться всё же пришлось, правда одиночные Тёмные проявляли завидное благоразумие и не пытались немедленно героически подохнуть, прихватив с собой пару врагов.

Однако совокупных сил федералов, имперцев и даже Падших всё равно не хватало не то что на контроль и полноценную зачистку, а даже на уверенное удержание колоссальной подземной крепости. Так что генерал срочно запросил дополнительные силы с материка… Которые, что удивительно, нашлись и начали потихоньку прибывать.

Машинами с Беловодья везли новоримлян — как-никак, в запасе был аж целый имперский легион, а вертолётами перебрасывали на базу раненых и доставляли что-то срочное или важное.

Прибывших на третий день боёв в Городе Теней Вершинин решил встретить лично.

На расчищенной недалеко от главного входа в крепость площадке приземлился Ми-8, высадив полтора десятка бойцов и кое-какие грузы.

Среди полутора десятков прибывших бойцов сразу выделились трое: первый — слегка прихрамывающий Вяземский, второй, а точнее вторая — слегка бледная, но широко улыбающаяся Эрин, а третья…

А третьей была незнакомая девушка лет двадцать пяти. Длинные белые волосы, выбивающиеся из-под капюшона, светло-карие, почти жёлтые глаза. Судя по тёплой одежде из шкур и мехов — местная. То есть не просто светлоярка, а откуда-то с севера, хотя такие костюмы разве что в Хорасане были в ходу…

Но самое приметное Вершинин отметил моментально, как только незнакомка в один из моментов повернулась спиной, а за спиной у неё в кожаных ножнах на перевязи покоилось оружие. Причём, явно непростое — и речь сейчас была даже не о его вычурности, а её оружию было уж точно не занимать. Примерно метровой длины широкое изогнутое лезвие на изогнутой же рукояти где-то 120–150 сантиметров длины.

А главное — оружие было сделано из воронённого сплава, в том числе и рукоять, и обильно изукрашено то ли узорами, то ли неведомыми письменами. В общем, кто хоть раз видел копьё Эрин или парные мечи Шари сразу бы отметил сходство, так что вывод напрашивался сам собой — в гости пожаловала ещё одна апостол Эмрис.

— Тарщ генерал, разрешите доло… — дисциплинированно козырнул Вяземский.

— Брось, Сергей, не на плацу, — генерал пожал руку разведчику. — Рад, что с тобой всё в порядке. Что врачи говорят?

— Говорят — в рубашке родился, — криво усмехнулся офицер. — Ну, или в парашюте.

— Скажут тоже — парашют, — фыркнула Эрин. — Хотя, если угодно, то можно и так назвать эти чары. Между прочим, я их с помощью ваших компьютеров восстановила — первое заклинание из всех, что нормально сработало…

— А чего про эту магию никому не рассказала перед вылетом? — спросил Вяземский. — Полезная же штука.

— Ну, так я испытать не успела, вот и не сказала ничего, — безмятежно ответила чёрная жрица.

— То есть… Что чары рабочие — ты поняла только применив их в бою. Так получается?

— Ну да. А что?

— Да нет, нет, — Сергей закатил глаза. — Ничего. Ничего…

— Михаил Павлович, позвольте представить, — Эрин перешла на унилингву и указала в сторону второй девушки. — Это моя сестра — Сарин Аврора, девятый апостол богини тьмы и смерти Эмрис. Прибыла к нам с чрезвычайно важной миссией. Сестра — это генерал Вершинин, Михаил Павлович, командующий всей федеральной армией на Эшарре.

— Рада знакомству, сир, — слегка растягивая слова кивнула Сарин. — Полагаю, что имею честь сообщить информацию чрезвычайной важности и срочности. О Незванных.

— Рад приветствовать, ваше святейшество, — кивнула в ответ генерал. — Что ж, давайте пройдём в… Нет, во временный штаб лучше не стоит — не нравятся мне эти подземелья, мало ли какие уши таятся там в стенах…

Неожиданно мимо Вершинина промчалась зелёная молния, которая затем превратилась в Шари, сграбаставшую в объятья Эрин и Сергея.

— Знала, что с вами всё в порядке, — выдохнула сильвана. — Знала…

— Ну, а что с нами может приключиться-то? Особенно когда за дело берётся великая я! — важно произнесла апостол, но тут же рассмеялась. — Я тоже рада тебя видеть, дочь.

— Сама-то как? — спросил Вяземский. — Слышал, что ты тоже в передрягу попала…

— Да в общем-то и сейчас ты… — чёрная жрица обнюхала фейри и немедленно заявила, — Пахнешь порохом, кровью и потом.

— Так мы же только из боя, — небрежно произнёс кто-то, с лязгом подходя ближе. — Разбирались кое с кем у Забытых троп.

Пожирающая Мать блаженно щурилась, подставляя солнцу и ветру лицо. Свой незамысловатый наряд из лёгкой туники да массивного ожерелья матриарх сменила на лёгкие воронёные доспехи, а пару трофейных хопешей — на двуручный меч с волнистым клинком из арсеналов клана Хозенрат.

В мгновение ока в руках апостолов оказалось оружие: Эрин выхватила из ножен и соединила своё копьё, а Сарин достала из-за спины подобие гуань-дао.

— Спокойно, спокойно, — безмятежно произнесла древняя царица. — Я вам не враг.

— Что-то с трудом верится, — прорычала двенадцатый апостол.

— Соглашусь с сестрой, — поддержала девятый апостол.

— Вообще, Тиамат, по-хорошему — вам стоит объясниться, — слегка поморщился Вершинин, бросая косой взгляд на паучиху. — И тебе тоже, Шари — отчего и почему ты вообще решила ей довериться.

— Пожалуй — соглашусь, — после некоторого раздумья, кивнула Пожирающая Мать. — Поговорить и правда стоит.