Тело мужчины, распростертое перед нами, выглядело ужасающе. Холодок пробежал по спине, когда перевел взгляд на лица хулиганов.

— Вы что, забрались в чужой двор и замочили человека? — спросил я, пристально глядя на каждого и скрестив руки на груди.

— Не вешай на нас! Мы никого не мочили, он уже был готов, когда мы зашли! — воскликнул Макс, нервно теребя цепочку на шее и отступая на полшага назад.

— Мы не идиоты! Мокруха — это уже перебор! — добавил другой, заламывая руки. — Нам по жизни такие проблемы не сдались!

— Это не мы! Кто угодно, только не мы! — возмутился третий, сжимая кулаки до побелевших костяшек.

Хулиганы побагровели от гнева.

Я мысленно усмехнулся. Судя по уровню интеллекта этих горе-бандитов, они и впрямь не тянули на убийц. Им и курицу прирезать не по зубам. Типичная шпана — зеленые пацаны, пытающиеся набить себе цену дешевыми понтами и кривыми понятиями о чести.

Пока размышлял, хулиганы, словно по команде, выхватили мобилы и принялись названивать. Напрягся, решив, что они вызывают подмогу, но вместо этого услышал:

— Але, полиция? Да, хочу заявить о преступлении! — В голосе первого хулигана слышалась нескрываемая паника. — Тут жмурик лежит! Да я клянусь вам, тут человека замочили! А, что? Меня Василек зовут, я очевидец! Мы тут… Да, дом… Номер? Щас, погодите…

— Здесь человека убили! Приезжайте быстрее! — надрывался второй, нервно расхаживая вокруг тела. — Адрес? Ну, это… где фонтан на углу! Тот самый особняк!

— Сразу говорю, это не мы! Мы свидетели! — чуть не орал в трубку третий хулиган, тыкая пальцем в труп. — Мы просто мимо шли, а тут такое!

Я недоуменно таращился на хулиганов. Теперь я точно знал: эти клоуны к трупу отношения не имели.

Пока все ждали приезда полиции, решил осмотреть тело. Это был труп мужчины, явно задушенного. На шее виднелся глубокий багровый след, будто от тугой веревки. Остекленевшие глаза были широко распахнуты, а почерневший язык вывалился изо рта.

Я почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Но воспоминания из симуляции с «Железной хваткой» быстро привели меня в чувство. Соберись, тряпка.

Склонился над трупом, внимательно изучая след на шее. Моя собственная шея непроизвольно напряглась, когда вспомнил, как в одной из симуляций меня самого задушил маньяк, охотившийся на бабников.

Неужели это она?

Жертва — мужчина, и способ тот же… Все указывало на почерк той самой душительницы, но пока это были лишь догадки.

Прошло минут двадцать, прежде чем на место прибыла полиция. Мысленно хмыкнул — с такой скоростью реагирования, случись кому реально столкнуться с убийцей, тот успел бы замочить жертву и слинять задолго до приезда полиции.

Увидев людей в форме, хулиганы кинулись к ним.

— Дядя полицейский, это я! Я первый труп нашел! — заверещал один из них.

— Он тут так и валялся! — огрызнулся другой.

— Начальник, мы его не мочили, мы даже не знаем, как его звать, — добавил третий.

— Товарищ капитан, мы сюда забежали, потому что за нами гнались и хотели отметелить, — пояснил четвертый.

Хулиганы мгновенно сменили пластинку, перейдя с блатной фени на елейный тон. Правда, в сочетании с их бритыми головами эта сцена смотрелась донельзя нелепо.

Полицейский, мужчина средних лет с усталым лицом, нахмурился и стал расспрашивать о случившемся. Хулиганы, перебивая друг друга, выложили, как наткнулись на тело, а потом принялись стучать на меня.

— Товарищ полицейский! Это он, это он нас отметелил и загнал в этот двор!

— Этот отморозок так нас отделал, у меня нога до сих пор не гнется.

— Гражданин начальник, за всю мою жизнь даже батя меня так не мутузил! А этот мне башку проломил, это ж уголовка, да? Точняк уголовка! Его надо как минимум на десятку закрыть!

— Десятку? Минимум на пятнашку! Он же за нами несколько кварталов гнался!

— Товарищ полицейский, вы должны нас от него защитить!

Полицейский выслушал сбивчивые показания хулиганов, окинул взглядом меня в школьной форме, потом снова уставился на бритоголовых подростков.

— Вы хотите сказать, что этот парень один отметелил вас шестерых? — уточнил он, явно не веря своим ушам.

— Да-да! Товарищ полицейский, это он один нас всех раскидал! Вона, зырьте, у меня даже синячище на руке остался, — сказал Макс, поспешно закатав рукав, демонстрируя распухшее предплечье.

Полицейский мельком глянул на синяк, потом снова повернулся ко мне. Его взгляд неожиданно смягчился.

— Парень, они тебя задирали? Не бойся, расскажи все как есть. Мы обязательно во всем разберемся и восстановим справедливость.

Хулиганы уставились на полицейского, как будто у того выросла вторая голова. Товарищ начальник, вы чего? Вы, кажись, маленько попутали? Мы же тут пострадавшие!

Я моргнул, глядя на неожиданно участливое выражение лица полицейского, и закивал:

— Да, они остановили меня и стали вымогать деньги. Сказали, что если буду платить, то не тронут. По сотке в неделю требовали…

Тихо добавил, нервно теребя рукав школьной формы:

— Когда я отказался, они начали угрожать и хотели меня избить. Даже битой замахнулись. Они сфотографировали меня на телефон и сказали, что теперь каждый раз, как увидят, будут бить. Я не мог сопротивляться, оставалось терпеть их наезды…

Услышав эту наглую ложь, хулиганы застыли с отвисшими челюстями.

Ни хрена себе! Да у тебя вообще совесть есть⁈ Мы же реально пострадавшие! Мы, а не ты! По их лицам было видно, что они готовы были заорать, но осеклись, увидев, как посуровело лицо полицейского.

Тот смерил хулиганов тяжелым взглядом и рявкнул:

— А ну живо все в отделение для дачи показаний!

Хулиганы запаниковали. Макс, парень с ирокезом, чуть не плача, залепетал:

— Товарищ полицейский, мы правда никаких денег не вымогали! Мы нормальные пацаны! Я же первым труп нашел и сразу позвонил в полицию!

— Ага! Начальник, я за всю жизнь никого пальцем не тронул, — поддакнул другой.

— Всем молчать! Не мешайте следствию, иначе статью накрутим! — оборвал их оправдания полицейский.

Хулиганы готовы были разреветься.

* * *

Лучше бы они сегодня не вылезали из дома и резались в приставку, а не шлялись по улицам!

Парни переглянулись. Что за дела творятся в этом мире? Реальный преступник может просто включить дурака, и ему сразу поверят, а их, избитых и загнанных, еще и в участок тащат.

— Братан, я домой хочу… — всхлипнул рыжий, глядя на Макса.

Остальные тоже с мольбой уставились на своего главаря.

Макс обвел их убитым взглядом и произнес:

— Я тоже хочу домой. На хер мы вообще вписывались за чужую телку?

* * *

После этого их увели другие полицейские, а я остался на месте происшествия.

Наблюдая, как полицейские осматривают труп, решил проявить инициативу:

— Товарищ полицейский, когда осматривал тело, я заметил характерный след от удушения на шее. — Я говорил уверенно. — Этот почерк очень похож на методы серийного убийцы, который охотится на бабников. Может, это ее рук дело?

— Ее? — спросил полицейский, резко повернувшись ко мне, прищурив глаза. — Откуда ты знаешь, что это женщина?

— Не знаю я, просто догадался, — ответил я, изображая смущение. — Писали же, что убитые все были бабниками и кобелями. Кому еще мстить таким типам, как не женщине?

— Убийца бабников? — Полицейский подошел ближе. — Откуда ты знаешь о ее методах?

Я, не моргнув глазом, назвал адрес своего дома.

— В моей многоэтажке недавно тоже была жертва, я случайно видел то тело. Это мой сосед, он не просто алкаш, но и гулящий был.

— А, вот оно что… Неудивительно, что ты так хорошо осведомлен, — кивнул полицейский. — Мы тоже сначала подумали на убийцу бабников, но сейчас это больше смахивает на подражателя, а не на саму серийную убийцу.

Подражатель? Да тут же все один в один как почерк той самой душительницы! На чем основано такое странное заключение?

Впрочем, учитывая, что полиция до сих пор считала убийцей бабников мужчину… С такими талантами в расследовании лучше особо не рассчитывать на их выводы.

Полицейский, видимо, почуял мой скепсис и кивнул в сторону экспертов-криминалистов, выходящих из дома:

— Эй, парень, ты, похоже, возомнил себя Шерлоком Холмсом, но я тебя разочарую, — бросил он с нескрываемым сарказмом. — Видишь? Убийца бабников никогда не трогала женщин.

Из дома выносили еще одно тело — на этот раз женское. Застыл на месте, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Как здесь могло оказаться тело женщины?

Перелопатил все репортажи об убийце бабников, и она действительно никогда не нападала на женщин. Что же, черт возьми, здесь творится?

Повернулся, чтобы еще раз взглянуть на упакованные тела, которые уносили эксперты.

Похоже, дело оказалось куда запутаннее, чем казалось на первый взгляд…

Полицейский участок встретил меня гулом голосов и запахом дешевого кофе.

— Не волнуйся, парень. Нам просто нужно взять у тебя показания, обычная процедура, — сказала привлекательная женщина-полицейский, протягивая мне бумажный стаканчик. При этом она внимательно изучала мое лицо. — Вот, выпей чаю. С сахаром, как раз от стресса. Закончим — и сможешь идти домой.

— Спасибо, — принял я стаканчик, чувствуя, как от тепла немного расслабляются плечи. — Честно говоря, это все довольно неожиданно для меня.

— Не за что, — сказала она, слегка наклонившись ко мне. — Если что-нибудь понадобится — только скажи. Сложный день выдался, да?

— Хорошо, спасибо большое, — кивнул я.

Отхлебнул горячего чая и приготовился к опросу. Ерунда. Потеряю немного времени — и все.

Кроме меня, в отделении томилось несколько хулиганов. Первые свидетели на месте преступления, блин. Парни то и дело бросали завистливые взгляды на красавицу-полицейского.

— Гляньте, какая чикса, — прошептал один из них, толкая локтем соседа. — Небось муженька нет, раз на службе торчит.

— Фигурка — закачаешься, — мечтательно протянул другой, пожирая глазами стройный силуэт в форме. — Не то что моя Светка с района.

— Эх, и мне бы чайку… — жалобно протянул третий, глядя на мой стаканчик. — В горле пересохло от нервов.

И правда, женщина-полицейский была очень привлекательной. Стройная и подтянутая, ростом под метр восемьдесят на каблуках — выше многих парней. Но особенно выделялись ее длинные ноги в черных колготках.

Красавица-полицейский устроилась за своим столом с чашкой чая и, не отрываясь, смотрела на меня.

— Хорош уже, Агата. Прекращай пялиться и займись этими оболтусами, — проворчал пожилой мент, сидевший рядом.

Агата Левицкая неохотно оторвала взгляд от меня и повернулась к прикованным наручниками к стульям хулиганам. Ее лицо мгновенно помрачнело:

— Так, вы! Фамилия, имя, возраст, место учебы или работы и адрес! Живо записывайте! — рявкнула она. — И подробно опишите, что вы делали на месте преступления. Если не объясните, почему докопались до такого приличного парня, как Саша, можете забыть о том, чтобы уйти отсюда на своих двоих!

По лицам хулиганов было видно, что резкая перемена в поведении Агаты чуть не довела их до слез. Слишком очевидное неравное отношение, блин.

— Несправедливо, начальница! Мы сами жертвы! Этот школьник — настоящий отморозок! — воскликнул один из них. — Он боксер! Надо сообщить его тренеру, что он натворил!

— Не смотрите, что у него рожа невинная! — заорал другой. — Он прикидывается!

— Эта сволочь бил по самым чувствительным местам. У меня до сих пор все ноет, будто отбивную из меня сделали, — простонал третий, морщась от боли.

— Начальница, я вам отвечаю, этот чувак профессиональный боксер. Он один нас всех раскидал! Обычный человек на такое не способен, — добавил четвертый.

— Умоляю, поверьте нам! Вы должны его как следует прощупать! Кто знает, может, мы не первые! — взмолился Макс.

Хулиганы орали наперебой. Особенно усердствовал главарь с ирокезом — если бы не наручники, он бы, наверное, вскочил, чтобы продемонстрировать, как жестоко с ним обошлись.

Ну конечно. Какой-то обычный старшеклассник избил банду отпетых хулиганов? Что за бред⁈

— Ты правда боксом занимаешься? — спросила Агата, наклонившись ближе. Ее голос стал почти интимным.

Я покачал головой, стараясь выглядеть максимально безобидно:

— Нет, что вы. У меня из спорта только пробежки по утрам и физкультура в школе. Я вообще больше по математике, — добавил я скромно. — Олимпиады там всякие…

— Начальница, дяденьки-полицейские, ну поверьте же нам! — взмолился один из парней, дергаясь в наручниках. — Нас реально этот ботаник отметелил!

— Вы только гляньте на наши фингалы! Откуда бы они взялись, если бы нас не отдубасили? — добавил другой.

— Мы реально не виноваты! — завопил третий.

Синяки? Небось подрались с другой бандой. Эти отморозки вечно либо дерутся, либо к драке готовятся.

— А ну захлопнулись! — рявкнула Левицкая, перекрикивая вопли хулиганов. Она резко поднялась, и ее высокая фигура нависла над ними. — Вас сюда притащили показания давать, а не концерт устраивать! Еще раз пикнете — всех в обезьянник отправлю на пару суток! Может, там голову прочистит!

Они съежились, как нашкодившие щенки.

Заметив мой взгляд, Агата тут же сменила гнев на милость. С натянутой улыбкой, но ледяным тоном она обратилась к притихшим хулиганам:

— А теперь я спрашиваю — вы отвечаете. Никаких лишних слов. Никаких оправданий. Только факты. Ясно? — сказала она, постучав ручкой по блокноту.

— Д-да, ясно, начальница… — пролепетали парни. — Мы все поняли.

Примерно через четверть часа я тоже закончил давать показания пожилому полицейскому.

— Спасибо за сотрудничество, Александр. Теперь можешь идти домой и отдохнуть, — сказал полицейский. — Но поскольку дело связано с убийством, пожалуйста, не покидай Москву в ближайшее время. Мы можем обратиться к тебе снова, если понадобится дополнительная информация. — Он взглянул на часы на стене. — Надо же, уже девять вечера.

Агата Левицкая, которая все еще допрашивала хулиганов, тут же навострила уши.

Увидев, что я собираюсь уходить, она поспешно подошла ко мне:

— Уже так поздно, тебе, наверное, будет неудобно добираться домой? — спросила Агата, встав так близко, что я почувствовал легкий аромат ее духов. — Может, подождешь, пока я закончу, подброшу? У меня машина, домчу с ветерком, — подмигнула она мне.

Хулиганы с нескрываемой завистью смотрели на такую разительную перемену в поведении красавицы-полицейского. По их лицам было видно, как они недоумевают: что во мне такого особенного, кроме смазливой мордашки и умения махать кулаками⁈

Я, конечно, заметил особое отношение Агаты, но все же отказался:

— Спасибо за предложение, правда, очень приятно, — я улыбнулся как можно вежливее, — но я живу недалеко отсюда, буквально пятнадцать минут пешком. Сам дойду, не хочу вас задерживать после рабочего дня.

— Ох, ну ладно… Тогда будь осторожен по дороге. Если что-то случится, сразу звони в полицию. — Она быстро черкнула что-то на листке и протянула мне. — Вот мой номер, запиши на всякий случай. Личный, не рабочий.

— Большое спасибо! — Я старался быть вежливым, аккуратно складывая листок и убирая его в карман. — Если что-то случится, обязательно позвоню.

— Не за что, милый. Пока, Саша! — сказала Агата, послав мне воздушный поцелуй.

— До свидания! — махнул рукой и поспешил к выходу.

На улице обнаружил, что все еще улыбаюсь.

* * *

Агата Левицкая проводила симпатичного парнишку взглядом. Ей было немного жаль, что не удалось подвезти его домой. Но она утешала себя мыслью, что теперь у него есть ее номер, и если он позвонит…

Очнувшись от своих фантазий, Агата снова повернулась к хулиганам, мгновенно приняв суровый вид:

— Чего уставились? Продолжаем допрос!

Парни чуть не взвыли от обиды. За что им это? Ведь это они пострадали! Это их должны утешать!

* * *

Тем временем я шел домой, размышляя о сегодняшнем происшествии.

Насколько я знал, убийца бабников никогда раньше не трогала женщин. Но сегодня среди жертв оказалась и дама. Может, сегодня действовали два разных убийцы? Кто-то обнаружил труп мужчины и решил воспользоваться ситуацией, чтобы отвести от себя подозрения?

— Откуда в Москве столько убийц? И почему я постоянно на них натыкаюсь? — пробормотал себе под нос, пиная мелкий камешек. — Бред какой-то. Будто в каком-то детективном сериале живу.

Тут я вспомнил о своей странной синеглазой соседке-лолите и задумался. Та девчонка-лолита выглядит такой хрупкой. Если это и есть убийца бабников, как она могла справиться со взрослым мужиком? Судя по следам на месте преступления, жертву явно преследовали и убили в открытую.

Если это не подражатель, а настоящий убийца бабников, он должен быть чертовски сильным. К тому же, если я правильно помню, раньше была еще одна жертва — мастер рукопашного боя. Получается, это женщина с выдающимися боевыми навыками, умеющая скрытно проникать в помещения, драться и убивать… Хм…

— Уже больше девяти, а я весь вечер только чай хлебал. — Я потер живот, который отозвался протяжным урчанием. — Скоро начну галлюцинировать от голода.

Неудивительно, что Юля постоянно кофе хлещет вместо еды. Бедная девчонка.

Ладно, найду какой-нибудь ларек поблизости и куплю что-нибудь пожевать. А потом домой — пора начинать новую симуляцию.

Заметил вывеску круглосуточного магазина в сотне метров впереди и ускорил шаг.

Когда до магазина оставалось меньше тридцати метров, вдруг заметил девушку в маске. Она была одета довольно мило: короткая юбка, облегающая блузка, высокие сапоги, — и, судя по тому, как пыталась заговорить с каждым проходящим мимо мужчиной, явно искала клиентов. Классическая ночная бабочка на охоте.

Однако мое внимание привлекли не соблазнительные формы девушки и не ее очевидное занятие, а глаза. Большие, выразительные, они казались темными в вечернем свете, но что-то в их форме показалось мне странно знакомым. Где я мог их видеть?

Из любопытства присмотрелся повнимательнее, пытаясь разобрать черты лица под маской. В этот момент девушка, похоже, потерпела неудачу с очередным прохожим — тот грубо отмахнулся и ускорил шаг. Она разочарованно повернулась, ища глазами новую потенциальную жертву, и ее взгляд встретился с моим.

Воспоминания из жестокой симуляции нахлынули на меня, и я узнал обладательницу этих глаз. Не может быть…

— Катя? — изумленно прошептал я, чувствуя, как пересохло в горле.