Мы, лишенные веры в богов, владеем лишь тайнами человеческой природы.

Как член Ордена Ахерона, я торжественно клянусь следовать древним заветам. И я посвящаю свою жизнь поддержанию Равновесия и сохранению границы между мирами.

Я обязуюсь хранить тайны Ордена и неукоснительно соблюдать его законы. Я не открою свою сущность или сущность своих собратьев людям, буду с почтением относиться к старшинам и беспрекословно подчиняться их приказам.

Я осознаю, что нарушение этих обетов карается смертью, и, предав свою клятву, приму неизбежность своей участи.

– Иименно эта способность «понимать» и является ключевым фактором, позволяющим отличить достойных от недостойных.

На следующий день, после обеда, Вик впервые познакомилась с теорией колдовства. Это было скучно.

Ученики собрались в просторном лекционном зале, который находился примерно на двадцать футов ниже уровня земли. В центре зала возвышалась кафедра, а вокруг нее полукругом стояли четыре ряда больших круглых столов. За кафедрой расположился мужчина лет семидесяти. Его лицо с резкими чертами выражало явное раздражение, а взгляд то и дело останавливался на Вик.

Мужчина представился как Старейшина Томпсон и начал монотонно рассказывать об истории Ордена Ахерона. Часы показывали, что лекция шла уже семьдесят пять минут.

На лекцию Вик опоздала. Она вошла в аудиторию через пять минут после ее начала, ругая себя за то, что не смогла проснуться раньше, и брата – за то, что ушел без нее. Макс оставил на кухонном столе записку с описанием маршрута, которую Вик едва заметила, торопясь покинуть апартаменты. Но указания оказались совершенно бесполезными. Лабиринт замковых коридоров, казалось, был специально создан, чтобы замедлить ее, и к тому моменту, когда Вик наконец добралась до нужной двери в готический лекционный зал, она была потной, раздраженной и запыхавшейся.

Она сидела дальше всех от кафедры, чувствуя себя неуютно после десятилетнего перерыва в учебе. Но ни один школьный опыт не подготовил ее к такому классу. Потолок, как и все стены в комнате, был наклонен в сторону Старейшины, который стоял за массивной деревянной кафедрой, весившей, вероятно, целую тонну. На голых каменных стенах не было ни окон, ни украшений, только мерцающие свечи в старинных бра и висящие масляные портреты важных мужчин. За кафедрой располагались четыре пустые доски.

Генри сидел в первом ряду. Вик наблюдала за его светловолосой головой, которая кивала в такт лекции Старейшины Томпсона, и пока ее брат старательно записывал все что слышал, заметила стопку книг и задумалась: откуда они взялись?

Аудитория была заполнена десятками учеников, которые каждые несколько минут обращали свои взгляды на Вик. Их лица выражали смесь любопытства и неприязни, и Вик недоумевала, как они могли понять, что она отличается от них. Однако они явно это знали.

Вдруг Вик перестала замечать их внимание, отвлеченная чем-то более странным.

Вдоль задней стены стояли три фигуры в длинных черных плащах, которые скрывали их лица и тела. Плащи были закреплены блестящими металлическими ремнями. Капюшоны закрывали их головы до самого носа, не позволяя видеть ничего, кроме пола. В руках они держали серебряные подносы, нагруженные книгами в кожаных переплетах. Подносы были тяжелыми, но фигуры стояли неподвижно.

– Орден Ахерона полагает, что ведьмы являются потомками тех, кто первым открыл для себя возможность восприятия и использования универсального языка, который представляет собой энергию, пронизывающую всю материю, будь то живая или мертвая.

Завороженная фигурами в мантиях, Вик едва слушала Старейшину. Кто они? Почему их лица скрыты? Почему никто не обращает на них внимания?

– Конечно, это не язык в привычном понимании этого слова. Хотя его можно услышать и повторить, у него нет слов и грамматических правил. Невозможно научить универсальному языку человека, который не обладает этой способностью с рождения.

Когда дверь рядом с Вик открылась и внутрь скользнула чья-то фигура, девушка продолжала смотреть на Старейшину, жалея, что не захватила ничего для записей. Эта мысль просто не пришла ей в голову.

– Универсальный язык – не просто навык или умение. Это нечто гораздо большее. Дополнительное чувство, подобное зрению или слуху, которым обладает каждый из вас. Универсальный язык естественен для нас с рождения, как дыхание, и с помощью заклинаний, ритуалов и полученных здесь знаний вы им овладеете. Научитесь управлять этой силой легко и свободно.

Хотя в большом зале было полно свободных мест, кто-то сел рядом с Вик. Привлеченная тихим шепотом, она повернулась и увидела перед собой незнакомку с глубокими карими глазами оттенка глинистой почвы. Они напомнили ей о детстве, когда она проводила жаркие дни, играя на улице.

– Ты Вик? – спросила девушка. Ее голос звучал тихо, но уверенно.

Вик кивнула, не зная, как реагировать на этот вопрос. Откуда незнакомка узнала ее имя?

– А ты? – осторожно спросила она, стараясь не выдать своего любопытства.

Девушка вздохнула и пригладила складки на своем ярком красном свитере. Но ткань снова смялась, едва она отпустила ее.

– Я опоздала, – сказала она, как будто извиняясь за свое присутствие. – Он уже рассказал о практической части?

Вик нахмурилась. Ее мысли были заняты совсем иным. Она была убеждена, что занятия будут исключительно теоретическими, и никак не предполагала, что в них окажется практическая часть.

– Практическая часть? – переспросила она, стараясь скрыть свое замешательство.

Девушка выдохнула с облегчением, словно ее вопрос наконец-то был услышан.

– Помните, что переоценивать свои силы опасно, – неожиданно серьезно произнес Старейшина. – Вы родились с этим даром, но без инструментов для его развития. У каждого из вас есть свой предел. Узнайте его, и у вас появится шанс.

Вик облизнула сухие губы и сглотнула, ощущая, как внутри нарастает тревога. Слова Старейшины звучали как предупреждение, и она не знала, как к ним относиться.

– Итак, – он аккуратно разгладил свои бумаги, – почти все из вас, – его взгляд задержался на Вик и ее странной соседке, – являются рекрутами первого уровня обучения. Ваши занятия будут сосредоточены на изучении перемещения и структуры неодушевленных объектов.

Девушка рядом с Вик застонала.

– Ваша задача сегодня – научиться призывать универсальный язык для растворения твердой материи. Материалы будут ждать вас в учебном классе. Пожалуйста, возьмите книгу заклинаний с подносов в задней части аудитории, когда будете выходить, – сказал он.

Вик осознала, что он имел в виду подносы, которые держали фигуры в капюшонах.

Когда новобранцы взялись за сборы, зал ожил. Вик поднялась и, последовав за девушкой, идущей впереди, вместе с остальными покинула аудиторию. В коридоре она поднялась на цыпочки, пытаясь разглядеть Генри в толпе. Его выдавали светлые кудри, но лицо оставалось скрытым.

Внезапно ее плечо задел кто-то, проходящий мимо. Вик едва удержалась на ногах, но успела воскликнуть:

– Эй!

Но вместо извинений парень лишь пробормотал себе под нос:

– Не мешайся.

Вик проводила его взглядом, испытывая скорее удивление, чем раздражение. Девушка, стоявшая рядом, не сводила с нее глаз, а когда их взгляды встретились, незнакомка едва заметно кивнула в сторону удаляющегося ученика. Вик последовала за девушкой по длинному коридору без окон, чувствуя на себе любопытные и настороженные взгляды.

– Ты так и не назвала мне свое имя, – заметила она.

Стены вокруг испещряли таинственные знаки, словно чьи-то когти оставили на них свои следы. Некоторые из них были сложными, похожими на древние руны, заключенные в круги размером с ладонь, а другие – простыми и грубыми, будто вырезанными на камне примитивным ножом.

– Меня зовут Сара, – произнесла девушка с легкой улыбкой. – Нам туда, – добавила она, указав на массивную дверь с бронзовой табличкой с цифрой «1».

Они оказались в просторном помещении с высокими потолками. Балки, потемневшие от времени и покрытые глубокими царапинами, пересекали пространство, добавляя ему мрачную атмосферу. Каменный пол, испещренный пятнами и выбоинами от времени и разрушений, казался свидетелем многих битв. Класс был просторным и почти лишенным мебели, за исключением небольших столов, хаотично расставленных по всему помещению. На каждом столе стояла плетеная корзина, доверху наполненная странными камнями.

Ученики, привыкшие к таким мероприятиям, разбились на пары и заняли места за столами. Генри сел рядом с высоким темноволосым юношей, виновато взглянул на Вик и придвинулся ближе к столу. Вик пыталась скрыть свое разочарование, но в душе радовалась, что Генри легко находит общий язык с новыми людьми.

Сара жестом пригласила Вик присоединиться к ней в дальнем конце класса, открыла свою книгу заклинаний и пробормотала:

– Ну что ж, посмотрим, смогу ли я вспомнить, как это делается.

Вик открыла свою книгу и замерла, пораженная увиденным. Текст не походил ни на один из известных ей языков – это был хаотичный набор символов, не подчиняющийся законам грамматики или структуры.

– Это не английский, – заметила Вик, переворачивая книгу вверх ногами.

– Это универсальный язык, – объяснила Сара. – Не просто набор символов, а нечто большее. Выражение того, что невозможно описать словами. Как инстинкт, таящийся в глубинах нашего существа, который невозможно полностью передать другому человеку. Писать на этом языке способны лишь немногие. В основном это Старейшины и Маги.

– Старейшина говорил о нем как о концепции, а не о языке, – задумчиво произнесла Вик, откладывая книгу.

– Он и то, и другое, – ответила Сара. – В письменной форме это похоже на попытку запечатлеть нечто неуловимое. Как будто пытаешься поймать тень.

Вдруг ученики вокруг Вик, все как один, начали бормотать непонятные слова, уткнувшись в свои книги заклинаний и сосредоточенно хмуря брови. Они читали вслух на языке, который она раньше не слышала.

– Откуда они это знают? – удивилась Вик, глядя на Генри. Она пыталась понять, говорит ли он на том же таинственном языке, но другой ученик загораживал ей вид.

– Это первое задание, – пояснила Сара. – Ученикам выдают несколько страниц из книги заклинаний. И они не могут посещать занятия, пока не разберутся с их содержанием.

– Ах, – протянула Вик. – Как же я рада, что пропустила тот день. Иначе мне пришлось бы сидеть в комнате весь день, разглядывая непонятные каракули.

Раздался оглушительный треск. Вик машинально подняла руки, но взрыв оказался слабым. Пылевое облако накрыло лишь двух учеников за соседним столом.

– Опять эти фокусы, – пробормотала Сара, не отрывая глаз от книги.

– А они должны были их разбить? – тихо спросила Вик, когда пыль улеглась. На столе соседей валялся разбитый камень, напоминающий яйцо. Он принадлежал одной из девушек, которая с раздражением смотрела на соседку.

– Растворение твердой материи, – сказала Сара с насмешливой высокомерностью, повторяя слова Старейшины Томпсона. – Мы должны их разрушить.

– Разрушить камни? – переспросила Вик, удивленно вскинув брови.

Сара загадочно улыбнулась.

– Это лишь первый шаг. На следующей неделе нам предстоит научиться отправлять их в полет через весь класс.

– Неужели все уровни будут связаны с камнями?

Сара бросила на Вик многозначительный взгляд.

– Конечно, нет.

Две фигуры в длинных плащах быстро подошли к столу, чтобы замести следы недавнего инцидента, а Вик почувствовала укол сожаления, что Макс не рассказал ей более важных деталей.

– Кто эти люди? – тихо спросила Вик.

– Обычные слуги, – с едва заметной неприязнью ответила Сара. – Люди, лишенные магии, которых нанял Орден.

– Это их форма? – Вик с любопытством взглянула на одну из фигур в капюшоне, пытаясь разглядеть ее черты.

– Говорят, для секретности, – ответила Сара. – Слуги должны видеть только то, что необходимо убрать. По-моему, это унизительно. Такая мера подчеркивает их статус.

Вик поморщилась от отвращения.

– Тебе придется привыкнуть, – пробормотала Сара.

Слуга, стоявший ближе всего к Вик, закончил собирать осколки камня, но под раздавшийся грохот – знак успеха еще одного новичка – тут же поспешил к другому столу.

– Несколько лет назад форма одежды для слуг на лето изменилась, – продолжила Сара. – Для пошива стали использовать более дышащие материалы. Я считаю, это можно назвать социальным прогрессом в Ордене. – Сара не стала говорить тише, и несколько учеников недовольно посмотрели на нее.

– Я так понимаю, слуги – единственные люди в замке, кто не обладает магией? – спросила Вик, и при этой мысли у нее внутри все сжалось.

Сара посмотрела на нее, приподняв брови.

– Уже нет, – сказала она, и Вик расслабилась.

За соседним столом сидели две девушки. Бледными лицами и стройными фигурами они напоминали школьниц, едва перешагнувших порог двадцатилетия, а их взгляды были прикованы к Вик и Саре.

– Эй, мы пытаемся сосредоточиться, – раздраженно бросила блондинка, на лице которой отразилось пренебрежительное высокомерие. Ее подруга с каштановыми волосами, напротив, внимательно изучала Вик, словно впервые увидела нечто действительно интересное.

– Если ты не можешь сосредоточиться, пока я говорю, ничего не выйдет. Я люблю поболтать.

– Что ты здесь делаешь? – спросила каштановолосая, пристально глядя на Вик, перебив Сару.

Вик ощутила, как раздражение волнами прокатилось по ее телу, и посмотрела на Сару, которая хмуро наблюдала за девушкой, задавшей вопрос.

– Смотрю, как вы ломаете камни, – ответила Вик, стараясь сохранять спокойствие.

– Нет, что ты делаешь ЗДЕСЬ? – Девушка повторила вопрос с нажимом, как будто Вик не поняла ее с первого раза.

– Ты что, глухая? – раздраженно воскликнула Сара. – Она же ясно сказала, что сморит, как вы ломаете камни.

Вик фыркнула, а на лицах двух учениц отразилась смесь шока и возмущения.

– Не обращай на них внимания, – сказала Сара, стараясь успокоить Вик. – Ничтожество и тупица в шоке от нового соседа в их вольере.

– Лили и Клэр, – поправила блондинка, как будто то, что Сара не назвала их по именам, было оскорблением.

– Я бы не стала утруждаться запоминать их имена, – сказала Сара, по-прежнему обращаясь к Вик. – Многие новобранцы не проходят дальше четвертого уровня.

– Почему? – спросила Вик, игнорируя девушек.

– На этом уровне нам предстоит совершить переход от материального к нематериальному. Вместо того чтобы полагаться на чужие формулы, мы должны научиться создавать свои собственные. И не всем ведьмам это под силу.

– Разве ведьмы не должны закончить обучение? Разве они не опасны, если не умеют контролировать свою магию? – Вик вспомнила слова Натаниэля о том, что Генри могут убить, если он станет угрозой для Ордена.

– Да ладно, это просто ерунда, – произнесла Сара, пристально глядя на Вик. – Для безопасности достаточно базовых знаний.

Внезапно Вик осознала, что Натаниэль ей лгал. Она давно подозревала, что доверять ему не стоит, но сейчас это понимание стало особенно острым.

Она наклонилась вперед, и в голове мелькнула новая идея.

– А что насчет этих символов? – спросила Вик, указывая на загадочные знаки в книге заклинаний, которую держала Сара. – Ты когда-нибудь решалась нанести их на свое тело? И какой в этом смысл?

Сара выглядела смущенной, но все же ответила:

– Некоторые ведьмы делают татуировки с заклинаниями, чтобы быстро их активировать. Обычно используют чернила или уголь, но некоторые верят, что кровь может усилить магическую силу.

– А ты в это веришь?

Сара неуверенно пожала плечами.

– На меня это не подействует, однако я понимаю, почему кто-то может так думать.

– Мисс Гарза! – раздался суровый голос, и Сара тихо выругалась. Старейшина Томпсон посмотрел на нее с неодобрением, сжав губы в тонкую линию. – Не напомните, зачем вы здесь?

Ученики ощутили напряжение и, усмехнувшись, вернулись к своим книгам заклинаний.

– Меня наказали, – коротко ответила Сара.

– Мисс Гарза. В отличие от остальных, вы всего лишь созданная ведьма, и вам нужно посещать дополнительные занятия, так как результаты вашей полевой работы пока не соответствуют нашим ожиданиям.

– Это наказание, – шепнула она Вик. – Жестокое и несправедливое, на мой взгляд.

– Это обязательное условие, – поправил ее Старейшина. – Главный Страж считает, что вам нужно повторить основы.

– Я просто сболтнула лишнего, – с грустью сказала Сара. – Теперь я буду торчать здесь, пока Ксан не решит, что я достаточно наказана.

– Мисс Гарза! – окликнул ее Старейшина. – Если вы так уверены в своих силах, предлагаю вам показать, на что вы способны. – Он кивнул на корзину перед ней.

– Мне обязательно делать это по книге? – спросила Сара.

– Да, – ответил он.

– Как пожелаете, – сказала она с покорностью.

Сара с сомнением посмотрела на корзину с камнями и взяла в руки книгу заклинаний. Ее глаза на мгновение задержались на ней, а затем вновь вернулись к камням. Когда она начала говорить, ее голос зазвучал на необычном языке. Он был низким, мелодичным и почти нечеловеческим.

Вдруг камни в корзине разлетелись вдребезги. Вик вскочила со стула и закашлялась. Ее окутало облако из осколков и пыли, а когда завеса рассеялась, она увидела огромную дыру в столе.

В классе повисла напряженная тишина. Ученики, словно по команде, перевели взгляды с Вик на Сару, которая с легкой усмешкой на губах откинулась на спинку стула и не мигая посмотрела на Старейшину Томпсона. Его лицо исказилось от гнева.

– Вот в чем ваша проблема, мисс Гарза, – прошипел он с гневом. – Вы не можете контролировать свою силу. Созданные ведьмы просто не осознают ее истинную природу.

Два слуги в темных плащах поспешили убрать древесные и каменные осколки. Но Старейшина жестом остановил их.

– Нет, – бросил он, даже не удостоив их взглядом. – Пусть сама уберет.

Внезапно капюшон одной из служанок сдвинулся, и Вик показалось, что перед ней стоит девушка. Она не могла быть уверена, но ей почудилось, будто на лице этой девушки промелькнуло едва заметное подобие улыбки.

Сара, все еще улыбаясь, смотрела на Старейшину Томпсона, но в ее взгляде читалась холодность.

– Уберите это, – приказал он, затем перевел взгляд на Вик. – А вы… должны носить плащ, как и остальные.

В тот момент, когда Старейшина указал пальцем на слуг, Вик ощутила, как напряглось ее тело, будто готовясь к чему-то неизбежному.

– Не говорите так с моей сестрой. – Генри поднялся на ноги. – Старейшина Шепард разрешил ей остаться.

Томпсон раздраженно вздохнул и сжал кулак.

– Мое терпение к прихотям Шепарда на исходе, – сказал он с явным недовольством, а затем стремительно развернулся и покинул помещение.

Вик почувствовала на себе взгляды новичков и посмотрела на брата.

– Спасибо, – тихо произнесла она, и Генри кивнул в ответ.

– Наш почтенный Старейшина Томпсон, – сказала Сара без улыбки, – весьма забавный, не так ли? – добавила она с легкой насмешкой.

Вик снова села на свое место, и вскоре к их столу подошла служанка с щеткой и совком. Девушка была в капюшоне, но также ее лицо скрывала тонкая вуаль. Когда их взгляды встретились, Вик застыла, пораженная. Перед ней стояла юная и невероятно красивая девушка, однако Вик не могла понять, как служанка ориентируется в пространстве, ничего не видя дальше своего носа.

Загадочно подмигнув Вик, служанка развернулась и бесшумно направилась к двери. Остальные ученики продолжали свои дела, время от времени обсуждая произошедшее. Генри смущенно улыбался своему соседу по столу, словно пытаясь скрыть неловкость, а Вик и Сара взялись за уборку. Без строгого надзора старшего, который мог бы следить за каждым их шагом, разговоры новичков становились все более оживленными, и вскоре в классе уже стоял гул, как в улье.

– Как ты это сделала? – спросила Вик, глядя на Сару, стоявшую рядом с дырой в столе.

– Магия, подруга, – с театральной наигранностью ответила Сара, широко раскрыв глаза. – Хочешь попробовать?

– Я не могу, – сказала Вик, но Сара уже подошла к соседнему столу и взяла из корзины камень размером с кулак. Лили и Клэр бросили на Сару обиженный взгляд, но промолчали.

Она вела себя вызывающе, и, видимо, это заставляло окружающих бояться отвечать ей.

– Насколько я понимаю, ты не ученица, – сказала Вик.

– Нет, – ответила Сара. – Три года назад я окончила академию Ордена и стала Стражем.

– Тебя наказывают учебой? – удивилась Вик.

– Ксан – придурок, – вздохнув, пробормотала Сара. – Иногда я пытаюсь донести до него эту мысль, но он не всегда меня понимает.

Вик улыбнулась, хотя не знала, кто такой Ксан.

– Давай, попробуй, – сказала Сара и положила камень на край стола перед Вик.

– У меня же нет магии, – растерянно произнесла Вик, указывая на себя.

– Я знаю, – сказала Сара. – Но все равно попробуй.

– Как? – спросила Вик. Она не могла прочесть книгу заклинаний и не понимала звуков, которые произносила Сара.

– Первые ведьмы научились общаться с миром через универсальный язык, – объяснила Сара. – Это естественный способ передачи связей между состояниями материи. – Вик нахмурилась, не понимая. – Сосредоточься на камне, – посоветовала Сара. – Представь, как он образовался, какие у него составные части и структура на атомном уровне. Камни – самый простой материал для начинающих ведьм.

Вик наклонилась к столу и посмотрела на камень почти в упор. Она попыталась представить его части, как советовала Сара, но камень просто лежал перед ней, не реагируя.

– Не получается, – сказала Вик, чувствуя себя неловко.

Сара хмыкнула.

– Как Старейшина назвал тебя? – спросила Вик.

– Созданной, – ответила Сара и развела руки, как будто собиралась поклониться. – Я не родилась ведьмой, как твой брат и остальные здесь. Я была создана.

Вик покачала головой, не понимая.

– Это другой вид магии, – объяснила Сара. – Рожденные ведьмы общаются с природой через заклинания и ритуалы. – Она постучала по книге заклинаний перед собой. – Мне все это не нужно.

Прежде чем Вик успела задать множество вопросов о Саре, ее брате или том, как можно создать ведьму, раздался громкий звонок. Ученики начали вставать.

– Урок окончен, – сказала Сара, потянувшись и направляясь к выходу. Но у двери она остановилась и с хитрой улыбкой повернулась к Вик. – Пойдем со мной.

– Боюсь, не смогу, – ответила Вик, и, рассмеявшись, Сара вышла в коридор.

Вик огляделась в поисках брата, но Генри будто растворился в лабиринте коридора вместе с остальными учениками. Оставшиеся ученики пялились на Вик, не осмеливаясь нарушить тишину, и вскоре тоже покинули класс, оставив ее в одиночестве. Задумчиво посмотрев на камень, лежащий на столе, и ощутив холодок в сердце, она поспешила за Сарой.