Рапо

Этот заказ с самого начала вызывал некое неописуемое чувство…

Рапо, привыкший доверять чутью, не торопился и начал со сбора сведений. Когда выяснил о жертве всё, что мог, задумался. И отбросил несколько вариантов грядущего исполнения. Начиная с самого очевидного: подкрасться в толпе и сунуть заточку в печенки. Нехитрый на первый взгляд способ, на самом деле может быть удивительно изящным. Терпила даже не всегда успел понять, что случилось, и почему темнеет в глазах. Но, судя по вытворяемому мальчишкой в академии, он может почуять угрозу и успеть среагировать. А наносить на оружие яд опасно: как бы самому не оцарапаться. Проникновение в особняк Сторских и вовсе несерьёзно. Нет, оказаться в доме не сложно, но если хоть что-нибудь пойдёт не так, выбраться обратно станет проблемой. Да и искать устроивших резню в княжеском доме будут всерьез, легенду Мато вскроют мигом.

Вызвать на «честный» бой один против троих? Ни один мастер не сможет справиться даже с одним из убийц, а уж с тремя! Но… Рапо не был трусом, но предпочитал не рисковать даже по мелочам. Особенно когда дело касалось больших денег.

Но вариантов исполнения заказа опытный специалист отдела мокрых дел гильдии Ночных сторожей мог предложить неописуемое множество. Убийства на любой, даже самый взыскательный вкус! Жаль, нельзя это написать на красивой вывеске, повесив над дверью конторы…

Через проверенного, но лично незнакомого, посредника Рапо нанял людей Свайра. Ничего личного, обычный субподряд. Вряд ли, даже самый толковый студентик справится с десятком матерых головорезов. Но если вдруг, братья и сам Рапо будут неподалёку, сидя на крышах, и укрываясь до поры, за дымовыми трубами. Даже если цель способна уклоняться от арбалетных болтов, в драке это невозможно. А вот на наконечники можно и нанести нужный состав, ничего не опасаясь. Опять же, целиться, чтобы убить первым выстрелом, нет ни малейшей нужды. Болт, попав в любую часть тела, делает свою цель куда безопаснее. Можно будет просто и скучно добить клинком. Это если яд не сработает!

Рапо рассказал план братьям.

- Ты готовишься, словно там не мальчишка, а какое-то сказочное чудовище, - переглянувшись, покачали головами братья. – Мало ли что болтают про него и Дикий Лес…

- Лучше застрелить муху из слоновьего арбалета, чем выйти на слона с мухобойкой, - улыбнулся Рато. – А насчёт Дикого Леса… Интересно было бы посмотреть на этих тварей.

На самом деле Рапо был уверен, что втроём они без труда убьют любое лесное чудовище. С предварительной подготовкой, разумеется. Но проверять не спешил. Может быть потом, когда надоест жить…

Сперва надо убрать мальчика.

Мералинарда Потанская

Глава целительского факультета была не в настроении. Сначала её, без малейшего предупреждения вытащили прямо с занятий в императорский Дворец, хорошо хоть с предельной вежливостью! Но по совершенно пустяковой причине, не стоящей суровых рож гвардейцев и щелканья кнута по спинам скачущих, чуть ли не галопом лошадей.

У императорской тёщи прыщ вскочил на носу, чтоб он отвалился по самый затылок! Вообще, где это видано, чтобы тёща при зяте жила? У простолюдинов такое бывает, берут старуху, чтобы от голода не сдохла, пока не расскажет, где спрятала все за жизнь накопленное. Но матери-то императриц голодными не бывают! А старая стерва мало того, что прорвалась в святая святых империи, так ещё и наводит свои порядки! Точнее, пытается, и не всегда безуспешно. «Болезнь» у неё! Даже сам император из-за такого «недомогания» не стал бы дёргать занятых людей – хватило бы и придворного лекаря, не так уж он и плох. Этой же трухлявой суке подавай лучших из лучших!

Мералинарда долго боролась с искушением отправить к ней Дикую Тварь. Даже картинку представила: как престарелая вертихвостка, увидев такого целителя, падает в обморок, а, придя в себя, требует казни этого чудовища. Или не обморок, а сразу помирает от разрыва своего черного сморщенного сердца… Увы, терять титул лучшей целительницы никак нельзя! Пришлось ехать, бросив все дела, чтобы вывести бабке прыщ.

Вернулась в академию к занятию четвёртого курса. Сама по себе группа, скорее, хорошая. Княжна Сторская, герцогесса Натайнлайн... Даже с Аннокуртаной можно смириться, девчонка хоть и бастард, но приличного дворянина. Но эта-то лесная образина, от одного вида которой дрожь берёт. Сразу видно зверь, а как зыркнет, до костей пробирает! В груди сердце колотится, в коленках дрожь, в животе тепло… хочется побыстрее спровадить этот ужас не то в могилу, не то в спальню. Говорила же на совещании: «Не брать Внука!». Всё этот солдафон: «Тебе мужика не хватает!». Это ей-то! Да от одного её взгляда мужики мухами сбегаются… Впрочем, да, не хватает! Но Сержанту-то, твердолобому, какое дело?

Вторую половина дня – дежурство в лечебнице для бедных. Император со своей заботой о населении все же немного перегибает. Каждый целитель империи обязан дежурить в благотворительных заведениях хотя бы четыре часа в месяц! Это же в страшном сне не могло присниться при прошлом-то владыке: целитель княжеской, а то и императорской семьи должен лечить нищих! Бесплатно! На всякую шваль силу тратить! А если сразу после дежурства во Дворец вызовут? Как прыщи старой интриганке сводить? Потом еще и обвинят, что клопов с блохами завезла, по указаниям Бротонской разведки…

Мералинарда фыркнула, окинула взглядом стоящих у парт четверокурсников. А что если…

- Садитесь! Сейчас у нас занятия не будет. Вместо этого вы отправитесь по домам, а через час жду вас у лечебницы имени Первого императора. Хватит протирать казенные сиденья личными одеждами! Надо применять свои умения на благо родины, народа и нашего любимого императора! И не надо кривить лица! От практики никто не отделается. Ваша задача: посмотреть, как организована лечебница, как работают не имеющие дара лекари, и вылечить, кого сможете. Это для простолюдинов. Ваши Светлости…

- Мы такие же студенты, как и Внук с Анной, - вскинулась Сейла. – Все пойдём по одной программе!

- Княжна, Вас не смущает, что весь город будет говорить, что наследница Сторских выносит утку за нищими?

- Нисколько, - улыбнулась княжна. – Я не брезгливая.

- Я тоже, - добавила герцогесса - А особо громко болтающим запихнем эту самую утку в… - девушка замялась. – По самые гланды!

Мералинарда поджала губы, коротко кивнула. С этим, конечно, надо что-то делать. И делать срочно! Этот дикарь плохо влияет на девушек! Не брезгливые они! Хорошо, сходите, проверьте, на сколько минут хватит вашей небрезгливости…

Анвар Нож

Анвар Нож своё настоящее имя давно забыл. К чему оно было человеку, живущему с ножа? Анвар, сколько себя помнил, предпочитал все проблемы решать при помощи куска остро заточенной стали. Такая работа хорошо оплачивается. Либо заказчиком, либо терпилой, тут как Светлые боги дело повернут. Или Тёмные. Между ними особой разницы и нет, если присмотреться.

Жизнь такой подход подтверждала: двух десятков лет не прошло, а никчемушный беспризорник превратился во всемогущего главаря специалистов по мокрым делам Гильдии Ночных Сторожей Свайра. Справедливости ради стоит отметить, что беспризорник был не такой уж и никчёмный. Всегда твердо знал, когда отступить, когда слинять, а когда и кому воткнуть нож в спину. И свидетелей не оставлял, по крайней мере, старался.

Путь у того мальчишки выдался непростой. И громкие дела были, о которых несколько лет еще половина города судачила, и разборки с коллегами, нежелающими поделиться с Анваром хлебными местами. И на трактах приходилось торговые караваны грабить. И ищейки на хвосте не раз висели, хоть имперские, хоть княжеские. Однако Нож всегда чуял, когда пора сворачивать старый промысел и переходить на новый вид деятельности. И преследователи оставались с носом. Либо воздух ловили, либо ненужных предводителю пешек. Заодно Анвар избавлялся от людского балласта, способного утопить кого угодно. Не должно быть у серьёзного человека гирь на ногах!

Недвижимым имуществом Анвар не обзаводился, храня добытое непосильным трудом в звонкой монете. О семье даже и не думал, обходясь услугами публичных домов и соратницами по ремеслу, причем последних мог и в расход пустить, ежели чуял исходящую от них опасность.

Последнее время Анвар работал на Свайра. Не потому что любил или уважал Старшего. Так оказалось удобнее всего. Работы немного, денег больше. Авторитет нарабатывался сам собой. Не было среди теневиков человека, способного сдержать нервную дрожь при одном упоминании Анвара.

Встать на место Свайра Нож мог с легкостью. Но Анвара искренне пугали свалившиеся бы на него обязанности с управлением гильдией. Вот если удастся выяснить, где толстяк хранит общак, да найти его личные заначки, тогда другое дело! Тогда уркам придётся выбирать нового Отца. И накапливать жирок с самого начала.

Но Свайр хитёр, так просто не откроется. Не верит Анвару, старая сволочь! Правильно делает, что не верит, толстый, похотливый козёл!

- Анварчик, - вкрадчиво произнёс Свайр, - мальчик мой, есть одна работка. Как раз для тебя.

Нож с прищуром смотрел на Хозяина.

- Появился тут гастролёр один, - продолжал Свайр. – Вроде как фраер фраером. Семнадцать лет всего мальчишечке. Студентик из академии. Магической, да… - старик оскалился, глядя на перекосившееся лицо Анвара. – Скажешь, зачем тебя звал, да? Скажешь, старик из ума выжил, мог любого послать? Заточку в печень, никто не вечен? - Свайр разразился коротким кашляющим смехом. - Нет, Анварчик! Тот мальчик перешёл дорогу взрослым дядям. Одни требуют его тихо убрать, без пыли и шума, чтобы даже воспоминаний не осталось. А другие сначала избить до полусмерти, а уже потом… И голову предоставить на блюде с голубой каймой, - толстые губы расплылись в довольной улыбке. – А чтобы все заплатившие остались довольны, нужен ты, Анварчик! Тем более, паренек что-то со Сторскими мутит.

- Сколько? – спросил Нож.

Ответ удивил. Действительно, много.

- Что известно про терпилу?

Свайр снова рассмеялся. Или на самом деле закашлял:

- Маг он. Целитель. Вроде дерётся неплохо. И Барончика нашего подмял. Считай, забрал у нас Кондовку. Правда, долю в общак сдаёт. То есть, Барон сдаёт.

Анвар, по-прежнему беспристрастный, смотрел на Смотрящего. Целитель – не маг, его умения никому не опасны. Разве что дохнут целители дольше и сложнее. И что? Пчак в печень и перехватить глотку. С отрезанной головой ни один целитель не выживет. А Свайр темнит…

- Кто заказчики?

- Граф Кузяк, - отмахнулся пахан. – Студентик его сыночку мордочку начистил… да!

- А второй?!

- А не знаю! – усмехнулся Свайр. – Заказик Фома принёс.

Анвар покачал головой. Студенческие разборки его не касались, но в общих чертах эту, похожую на сказку, историю Нож представлял. Но Кузяк… дубина стоеросовая, хоть и граф. Сам голову в петлю суёт. А вот кому ещё этот парнишка дорогу перешёл, непонятно. Фома – личность скользкая, работает на каких-то мутных господ из высшего круга. И запросто может подставить исполнителя. Но Свайр от такого заказа не откажется. Пожалуй, пора менять дислокацию, предварительно вырезав из толстяка небольшую сумму на будущую жизнь. Исполнить мальчишку, получить со всех деньги, а следом и со Свайром вопрос решить, оборвав все ниточки.

- Я понял, - кивнул Нож старику. – Сделаю.

Сейла

Учебный день проходил привычно, без резких скачков или провалов. Как и планировался, в общем. Первая пара - математика, Маар Сик раздал девушкам задачи для решения и углубился в дискуссию с сыном и Внуком. Целый ряд специфических разделов выходец из Леса знал лучше учителя (точнее, учитель вообще про них не знал), зато в остальных знания шуншика иногда оказывались фундаментальнее, чем у оппонента, что позволяло Сику-старшему пару раз за неделю выдавать его любимую фразу:

- Вы, молодой человек, нахватались кусочков по верхам, а базы-то у Вас и нет! – после этого преподаватель поправлял очки и добавлял: - Но надо признать, нахватались невероятно много. А что будет, если мы назовём рядом элемента некоторого пространства функций разложение этого элемента по полной системе ортонормированных функций?

- То есть, разложим по базису, состоящему из ортогональных функций? - подхватывал Внук, нехорошо ухмыляясь. – И перерешаем шмыглову прорву ныне нерешаемых задач, поскольку эта штука прозрачным образом ведёт себя при дифференцировании, интегрировании, сдвиге функции по аргументу и свёртке функций…

На этом страшном заклинании княжна напрочь теряла нить разговора и возвращалась к выданным ей задачам. Анна и Кима даже не пытались вникнуть в ту заумь, что несли эти двое. Баар Сик же слушал с выражением благоговения на лице, хотя у Сейлы нередко возникало ощущение, что её однокурсник тоже не слишком понимает, о чём идёт речь.

Второй парой должна была быть магическая специализация, но госпожа Потанская вдруг решила устроить практику в клинике для бедных. Традиционно не забывая старательно подчеркивать сословные различия. Совсем забыв, что у четвёртого курса не две пары, а четыре. Конечно, на факультативы спецгруппа не ходила, предпочитая заниматься физикой самостоятельно, а «боевой и физической» с ними занимался Внук, но Сейла сомневалась, что блистательная Мералинарда интересовалась подобными мелочами.

Клиника имени Первого императора встретила группу гулкой тишиной заброшенного склепа и специфическим запахом болезни. Воняло лекарствами, гноем, кровью, тухлятиной, экскрементами и немытыми телами. В приёмной комнате практикантов встретили трое: героических размеров женщина, играющая в шахматы со здоровенным мужиком, и худенький старичок лет восьмидесяти.

Дама щеголяла богатырским размером плеч, монументальным бюстом, гривой густых иссиня-черных волос, немигающим змеиным взглядом и белым халатом, такое ощущение, что сшитым из двух простыней.

Её партнёр по игре значительно превосходил размерами среднего волколака, хотя до рушей все же не дотягивал; сложная татуировка плотно покрывала лицо и наголо обритый череп, спускалась на толстенную шею и исчезала в вороте рубашки, чтобы вынырнуть из рукавов на запястьях. Часть рисунка просвечивала через окладистую бороду. Серые невыразительные глаза оживали, только когда их взгляд переходил с доски на грандиозное декольте партнёрши.

Как ни удивительно, но миниатюрный старичок не терялся на фоне этой парочки. Маленький, проворный, он ни на минуту не оставался неподвижным, словно пытался возместить своей активностью малоподвижность героев. Именно он и отреагировал на появление студентов:

- Больные? А куда я вас положу, спрашиваю я? – старик выскочил из-за стойки и забегал по помещению. – Откуда я возьму хотя бы одно койко-место, спрашиваю я?

- Мы практиканты, - перебил его Внук. – Целители. Из магической академии.

- Практиканты? – прищурился старичок. – А зачем мне практиканты, спрашиваю я? К чему мне ваша практика, если за это не платят, спрашиваю я?

- Мы целители, - подчеркнула Сейла.

- Целители? – старичок даже на мгновение остановился. – А зачем нам целители, спрашиваю я? Вы же не собираетесь мне сказать, что готовы лечить нищих, спрашиваю я, совершенно бесплатно?

- Почему Вы так считаете? – спросила Кима.

- Вы когда-нибудь видели, чтобы целители лечили нищих, спрашиваю я? Вот заболеет, к примеру, княжна Сторская, или герцогесса Натайнлайн, к ним вызовут целителя. Но что делать в нашей богадельне княжне Сторской и герцогессе Натайнлайн, спрашиваю я?

- Я не болею, - испуганно сказала Сейла, замотав, на всякий случай, головой.

- Я тоже, - поддакнула Кима. – Мы пришли лечить больных. Нас прислала госпожа Потанская.

- Лечить больных, спрашиваю я? – от удивления старичок замер.

- Мат! – густым басом прогудел здоровяк, передвинув слона на доске, и поднялся, разминая плечи. – Дед Хорта, пусти их. Вдруг, кого-то и вправду вылечат.

Старикан развернулся к коллеге:

- Кого они вылечат, спрашиваю я?

Бугай сделал шаг вперёд:

- Кого-нибудь.

Старик кинулся к нему и остановился в локте от оппонента:

- Не вылечат!

Взгляд наклонившего голову здоровяка упёрся в макушку деда:

- Вылечат!

Тот задрал голову, выставив вперёд узенькую бородку, словно наконечник рыцарского ланса, и, глядя в глаза бугаю, уверенно произнёс:

- Не вылечат!

- Вылечат!

- Не вылечат!

С каждой фразой старичок пытался наскочить на собеседника, словно молодой петушок на матёрого хряка, и, в соответствие с законом сохранения импульса, отскакивал от живота здоровяка и летел назад, теряя равновесие. Стоящий непоколебимой скалой бугай ловко ловил оппонента, возвращал на место и басил:

- Вылечат!

- Не вылечат!

- Вылечат!

- Не вылечат!

Женщина в серо-белой хламиде отвлеклась от созерцания позиции на доске, ухмыльнулась, взглянув на превратившихся в механическую скульптурную группу коллег, и грустно вздохнула, кивнув гостям:

- Вот ведь два придурка! Они даже не поняли, что к нам пришли княжна и герцогесса. Но почему-то эта гора мышц постоянно меня обыгрывает. Загадка мироздания, не иначе. – Она перевела взгляд на практикантов. – Идите куда хотите, Ваши Светлости, и делайте что хотите. Больные в палатах с обеих сторон коридора, кроме двух первых дверей. Легких там нет, лёгких, мы домой отправляем. А тяжёлых, если они ходить еще могут, в морг. Вам средние достались.

***

Под конец дня госпожа Потанская, на всякий случай, решила заглянуть в лечебницу. Всё-таки, объявив практику, она возложила на себя некоторую ответственность за студиозусов. И стоило хотя бы убедиться, что ничего страшного не случилось. Всё же две титулованные студентки…

В приёмном покое давно выживший из ума диагност Хорто и имбецил-непротивленец Варин, уставившись друг другу в глаза (из-за разницы роста линия взглядов была практически вертикальной), вели напряженную дискуссию:

- Вылечат!

- Не вылечат!

Расположившаяся за стойкой Васпа, страдающая только хронической депрессией и некоторой заторможенностью, подняла глаза на Потанскую:

- Привет, Мера! А твои студенты ушли. Не очень давно. У них всё в порядке. Наверное. Криков не было, ну или я не слышала.

- А с этими что?

Васпа пожала плечами:

- Спорят. Уже несколько часов.

- Ладно, я пошла, Легких вам больных.

- Лёгких у нас нет. Мы их домой отправляем, - констатировала медик. – Тяжелых, если они ходить еще могут, в морг. А всех средних твои студенты вылечили.

- Что? – остолбенела Мералинарда. – Как всех?

- Всех, кто был в палатах, - кивнула Васпа. – И кто в морге ещё дышал, тоже. И мальчика, с гнойным перитонитом который. И музыканту отрубленный палец прирастили. Всех вылечили. Вообще всех… Нас теперь уволят? Раз нет больных? Ты же умная, Мера, скажи.

- Не уволят, - выдавила Потанская. – Других больных привезут. А студентов я к вам больше не буду присылать.