Глава 35 Не верь глазам своим

Рея

Все меняется, но не

обязательно к лучшему.

© к/ф «Доктор Хаус».

Я лежала на изумрудной сочной траве, прильнув к боку Дария, и беззаботно разглядывала созвездие Кассиопеи. Гордая эфиопская царица, провинившаяся перед Богами и вынужденная постоянно переворачиваться вокруг Полярной звезды, будто раскаялась и теперь озаряла мягким ровным светом всю землю.

В этом мгновении было прекрасно все. И подернувшееся легкой дымкой озеро. И величественное здание Храма, утонувшее в предрассветном тумане. И горячее сердце любимого человека, гулко бившегося под моей ладонью.

Я прижалась к соленой от пота коже Дария под ключицей и пропала в его бездонных глазах, полных восторга и всеобъемлющего обожания.

— Когда императрица узнает обо всем, что ты умудрился натворить за одну короткую ночь, она меня возненавидит, — воскликнула я, только сейчас осознав масштаб катастрофы, которую мы учинили, и спрятала лицо на груди у истинного.

Он же гортанно рассмеялся и нежно погладил меня по спине, прочерчивая огненную дорожку от моей шеи до поясницы и обратно.

— В любом случае, будет уже поздно. Так что нет смысла переживать.

— Нет смысла переживать? Да твоя мать закопает меня живьем, когда ей донесут, что ты где-то раздобыл запрещенное оборотное зелье, опоил им брата и отправился в Фаргис, чтобы провести время с безродной девчонкой — боевым магом.

— Ты драматизируешь, Рея. Отец высоко ценит твою семью, и особенно, вклад Августы в светлое будущее Эллеи. К тому же, я младший принц. Мне положено быть балагуром, смутьяном и шалопаем. Это пусть Константин лепит из себя безупречного наследника, а я предпочитаю бунтовать с воздушной стихией, повелевать смерчами и жениться на женщине, предназначенной мне самой Лахесис, а не на какой-то скучной принцессе, выбранной отцом.

В ответ на очередную попытку ему возразить и выложить еще с десяток железобетонных аргументов Дар попросту закрыл мне рот поцелуем и заставил враз замолчать и забыть о доводах рассудка. Мы снова горели, плавились, пылали и стремительно отдалялись от политики, традиций и всего, что чопорные аристократы предписывали благообразным юношам и девушкам.

Остров Фэй стал нашим пристанищем, величайшим откровением и чудом, о котором мы не молили, но которое нам даровали Боги.

В Академию мы вернулись под утро, когда зарянки и соловьи начали заливисто щебетать, а небосвод из чернильно-черного стал грязно-голубым. Пусть мы не спали целую ночь, но сдаваться на милость Морфею было кощунством. Мы с Дарием хотели урвать у Провидения каждую минуту, каждую секунду, насладиться обществом друг друга сполна и после хранить тепло от обжигающе-жгучих прикосновений, похожих на смесь кайенского перца и чили.

— Смотри, рассвет сегодня особенно красивый.

Блаженно произнес Дар, пока мы стояли на балконе, укрытые куполом невидимости, и всматривались вдаль. Он устроил подбородок на моем плече, я прижалась спиной к его груди, только вот чувство безмятежности, которое сопровождало нас на затерянном острове, улетучилось без следа.

Предчувствие беды разлилось в воздухе и мешало свободно дышать.

— Скорее, тревожный. Багрянец разлился по всему горизонту, словно кто-то окропил небосвод кровью.

Прошептала я еле слышно и тут же ощутила, как Дарий вздрогнул всем телом.

— Что?

Я резко развернулась в его объятьях, обхватила пальцами родное лицо и очертила мужественные скулы. Прислушалась к ставшему тяжелым дыханию, превратилась в клубок натянутых нервов и даже успела запустить диагностирующее заклинание на случай, если здоровью принца что-то угрожало.

Только проблема была в другом.

— Константин на территории Академии. Я его чувствую.

— Что случилось?

— Пока не знаю. Надеюсь, родители целы и невредимы.

Руки Дара закаменели. Мои пальцы похолодели и начали мелко трястись. Да я и сама дрожала, как осиновый лист на ветру, до тех пор, пока любимый не укутал меня в свой фрак и не материализовал откуда-то кружку с горячим травяным настоем. Я не стала спрашивать, кто лишился бодрящего напитка, просто глотнула пряной жидкости и принялась читать сакральную мантру.

«Святые, уберегите императора и императрицу от зла. Укройте их невидимым плащом, отведите стрелу, сломайте смертоносный кинжал. Даруйте спасение и защиту. Покарайте виновных».

Восприятие действительности искривилось. Я была убеждена, что с нашего с Дарием разговора минул целый час, а на самом деле прошло не больше пяти минут. Ледяной дракон с тяжелыми кожистыми крыльями и непробиваемой сверкающей чешуей бесшумно опустился на балюстраду и смерил нас снисходительным покровительственным взглядом.

А уже в следующую секунду на мраморный пол спрыгнул обычный человек, одетый в черные штаны и черную куртку, застегнутую наглухо. Хвала тому, кто изобрел огнеупорную и морозостойкую одежду, благополучно переживающую трансформацию в зверя и обратно.

— Малышка Ри, пообещай, что не будешь совершать никаких опрометчивых поступков, — обманчиво мягко попросил Его Высочество, а моя интуиция завопила корабельной сиреной.

— Что произошло, Константин?

— Поклянись, что не предпримешь никаких действий без согласования со мной или с Дарием.

— Ладно, клянусь.

— Твоего друга, Кристофера Вейла, задержали по обвинению в убийстве девушек.

— Что-о-о?

— В его постели нашли бездыханное тело адептки Клере. Она окончательно и бесповоротно мертва.

Новость, озвученная старшим принцем, обрушилась на меня гранитной плитой и выбила воздух из легких. Я крутила брошенные им фразы и так, и эдак, только вот картинка не складывалась, словно ее писали кисти трех разных художников.

— Этого не может быть. Крис был без ума от Аннабет. Он пылинки с нее сдувал, перестал замечать других девчонок, за которыми раньше увивался, и ни за что не лишил бы ее жизни. Да он скорее бы отрубил себе руку, чем причинил бы ей вред, — выпалила я, ни разу не сбившись и не взяв паузу, и почувствовала, как ладони Дара опускаются на мои закаменевшие плечи и нежно их гладят.

— При нем найден механизм, похожий на тот, что мы изъяли у Прюденс, — бесстрастным тоном сообщил ледяной дракон, а я еле сдержала порыв кинуться к нему и встряхнуть за грудки.

— Бред! Это ничего не доказывает. Амулет ему могли просто подбросить.

— И я здесь, чтобы во всем разобраться. Не вмешивайся в расследование, Рея. Я не собираюсь выносить приговор твоему другу без веских аргументов и неопровержимых доказательств.

— Было бы славно.

Кивнула я понуро и укрылась в целительных объятьях любимого. В носу предательски защипало, ощущение вселенской несправедливости затопило все мое существо и заставило тоненько всхлипнуть. Позади послышался шелест мощных крыльев, и спустя пару секунд мы остались с Дарием наедине.

— Ри, мне нужно вернуться во дворец, пока брат будет расхлебывать заварившуюся в Академию кашу. Пожалуйста, пообещай, что не совершишь какое-нибудь громадное возмутительное сумасбродство.

— Я не сделаю ничего такого, за что нам с тобой было бы стыдно.

Ответила я обтекаемо и поднялась на цыпочки, вздергивая подбородок. Я сама нашла губы Дара и растворилась в греховном трепетном поцелуе, от которого почва уходила из-под ног и бабочки щекотали низ живота своими крыльями.

— Будь примерной девочкой, Рея. Ходи на занятия, готовься к зачетам и не береди душу. Ладно?

— Хорошо.

Я крепко обняла своего принца напоследок, и уже спустя полчаса превратила свою комнату в полевой штаб. Мы собрались втроем с Литой и Мелиссой, обжились планом подземелий Фаргиса и с пятой попытки справились с пологом непроницаемости.

— Лита, ты можешь узнать, где держат Кристофера?

— Попробую.

— Отлично, действуй. А мы пока прикинем, куда двинуться дальше, если получится его вытащить.

Бернар не заставила себя долго ждать. Отточенным движением она полоснула стилетом по ладони и скользнула в туманную зыбкую пелену. С каждым днем путешествия по изнанке давались ей все легче и уже практически не отнимали сил. Все-таки Мрак был прекрасным учителем — строгим, требовательным, внимательным.

С того момента, как Лита растворилась в тенях, минуты потекли преступно медленно. Я кусала губы в кровь, мерила пространство рваными шагами, а Мелисса гипнотизировала отрешенным взглядом одну точку и походила на призрака. Бледного, беспокойного, пугающего. Она что-то бормотала себе под нос и ругала на чем свет стоит мироздание и себя.

— Я же говорила, что от Клере одни неприятности. Если бы я была рядом с Крисом, ничего такого никогда бы не произошло!

— Не хочешь же ты обвинить несчастную девушку в том, что она умерла?

На этом наш разговор зашел в тупик. Лисса спрятала лицо в ладонях и горько расплакалась. Ну а я устало выдохнула, приблизилась к ней и ободряюще сжала ее хрупкое плечико. Сейчас нас объединяла одна проблема, и было бы глупо ссориться, доказывая, кто из нас прав, а кто нет.

Признаться честно, я боялась, что наша затея обернется крахом и Литу просто-напросто обнаружат и серьезно накажут. Но мои страхи оказались беспочвенными. Бернар выскочила из пустоты, когда колокол возвестил о начале обеда, и опустилась прямо на пол, скрещивая ноги и вытирая бисеринки пота со лба.

— Девочки, я нашла нужную камеру.

— Превосходно. Отравляемся?

— Только я смогу взять кого-то одного из вас. Двоих не проведу. Вышвырнет где-нибудь на полпути. Опасно.

— Я пойду.

Мы с Лиссой воскликнули одновременно и уставились друг на друга. Я искренне понимала желание подруги увидеть любимого человека, но была убеждена, что в случае чего принесу больше пользы.

— Не обижайся, Лисс, я все-таки маг иллюзий и смогу отвлечь тюремщиков, если нас засекут.

— Разумно, — нехотя согласилась Мелисса и посмотрела на нас с затаенной надеждой. — Передайте ему, что я верю в его невиновность.

— Обязательно.

Мы с Литой решили не медлить, взялись за руки и помчались тропами теней. Коридоры академии сменялись парковыми аллеями, площадь с фонтаном уступала место учебным аудиториям, но я видела лишь робкий свет маяка, мигавший вдали.

Застенки, где томился наш приятель, были мрачными, тесными, но чистыми. Кристофер сидел на продавленном матрасе и выглядел жутко. Его глаза ввалились, зрачки почернели, а скулы заострились. Его локти упирались в колени, руки были сцеплены в замок, и во всей позе читалась тоскливая обреченность.

— Тшш, — это Лисса вынырнула из мрака и приложила указательный палец к губам, я же опустилась на корточки перед другом и осторожно тронула его за запястье.

— Как ты?

— Хреново, — односложно просипел Крис и поднял на нас мутный взгляд, в котором плескалась кромешная мгла.

— Я помогу тебе выбраться отсюда. Заберу тебя, а потом вернусь за Реей.

Лита по-военному коротко озвучила разработанный нами план, только вот Вейл не желал хвататься за спасительную соломинку. Он отрицательно покачал головой и выдал безапелляционно.

— Я благодарен вам за беспокойство, но я останусь здесь и дождусь приговора.

— Почему?

— Потому что бежать глупо. Я не знаю, как жить, как дышать без Аннабет. Это все не имеет смысла.

— Но, что если тебя осудят? Ты готов провести остаток дней в темнице?

— Да плевать. Нет разницы, где существовать без нее.

— Не думаю, что Бет одобрила бы твой выбор.

— А если я убийца?

— Что-о-о?

— Я ничего не помню, Рея! Ни-че-го! Когда я проснулся, она лежала рядом со мной вся в крови. Что, если я ее убил⁈ Лучше бы я сдох вместе с ней!