Никита Михайлович попрощался со мной и вышел из кабинета. Впервые за долгий сегодняшний день я остался один.

Немыслимая роскошь.

Я сел в кресло начальника Тайной службы и немного поёрзал, устраиваясь поудобнее.

Кресло неспроста считали магическим. Волна бодрости сразу же начала разливаться по моему телу, но она была слишком слабой, чтобы одолеть усталость.

— Немного посижу, и всё будет в порядке, — вслух пообещал я и откинулся на удобную спинку.

За окном назойливо верещала какая-то птица, но она мне совсем не мешала. Я закрыл глаза, и передо мной сразу же замельтешили всполохи цветного тумана. Затем медленно проплыл обрывок какого-то сна. Я не успел его разглядеть, потому что провалился прямо сквозь него глубже — в чёрную пустоту.

Не знаю, сколько времени я там пробыл, пока не ощутил, как что-то мокрое и холодное касается моей руки.

— Интересно, что это? — лениво подумал я.

Ощущение пропало, затем снова вернулось. Вместе с ним я услышал громкое, дружелюбное сопенье.

— Кажется, кто-то лижет мне руку, — сообразил я и открыл глаза.

Передо мной сидел Волчок. Увидев, что я проснулся, Лунный волк радостно замахал хвостом и снова лизнул мою ладонь.

— Привет, дружище! — обрадовался я. — Откуда ты взялся?

Шерсть лунного волка искрилась потусторонним сиянием, и я догадался, что всё ещё сплю.

Волчок громко заскулил. Затем подбежал к двери и требовательно оглянулся.

— Ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой? — догадался я. — Что ж, показывай дорогу.

Лунный волк привёл меня прямиком к камере призрака. Дверь была заперта, но стоило мне потянуть её на себя, и она легко распахнулась. Мы с Волчком вошли в камеру.

Призрак тоже спал, испуганно съёжившись на узкой койке. Ничего удивительного, ведь аптекарь Кауфман дал ему успокоительное зелье.

На тонких запястьях призрака по-прежнему красовались тяжёлые магические кандалы. Теперь ржавчина покрывала их полностью, и я озабоченно нахмурился. Похоже, заряженные призрачной магией предметы разрушаются куда быстрее обычных. Нужно будет заказать Гораздову новые кандалы взамен этих.

Волчок подбежал к призраку и ткнулся носом в его руку, но призрак даже не пошевелился. Тогда Лунный волк снова оглянулся на меня.

— Я правильно понимаю, что этот призрак должен пойти с нами? — уточнил я.

Волчок опять заскулил.

— С тобой удивительно легко найти общий язык, — улыбнулся я. — Хорошо, сейчас я его разбужу.

Всё это происходило во сне, поэтому не стоило опасаться, что призрак сбежит. Первым делом я снял с него кандалы и бросил их на пол. Они упали с громким стуком.

Я дотронулся до плеча призрака.

— Михаил Александрович, просыпайтесь. Нам нужно идти.

Призрак пошевелился и открыл глаза, затем увидел меня и испуганно приподнялся.

— Что вам нужно от меня?

Он машинально вскинул руку и с недоумением посмотрел на свободное от оков запястье.

— Это магический сон, — объяснил я. — Ничего не бойтесь. Нам с вами нужно идти.

— Куда? — спросил призрак.

— Вы же хотели, чтобы я выпустил вас из камеры, — улыбнулся я. — Ну вот, ваше желание исполнилось. Лунный волк отведёт нас в нужное место. Идёмте.

* * *

В управлении Тайной службы не было ни души. Ничего удивительного, кому из сотрудников придёт в голову спать днём? Все они сейчас в реальности и заняты очень важными делами.

Проходя мимо кабинета Зотова, я с трудом удержался от того, чтобы заглянуть внутрь и посмотреть на себя спящего. Не то, чтобы удержался — просто почувствовал, что делать этого не стоит.

Мы вышли на улицу.

Здесь тоже было безлюдно. Только немногие чудаки спят днём, но зато делают они это на всю катушку, и сны им снятся поистине удивительные.

Мимо нас неторопливо прошествовал важный аристократ в старинной одежде, на его бедре висела тяжёлая шпага. Аристократ окинул нас высокомерным взглядом и удостоил снисходительного кивка.

Следом четверо мускулистых носильщиков несли красотку в лёгком паланкине. Паланкин был украшен шёлком и кружевами, а красотка загадочно улыбалась.

В небе послышался шелест огромных крыльев. Я поднял голову и увидел когтистого дракона, который летел прямо над крышами Столицы. На длинной шее чудовища сидела девочка лет восьми, не старше. Она счастливо смеялась и махала нам рукой.

— Что происходит? — удивлённо спросил призрак Долгорукова.

— Это мир снов, Михаил Александрович, — объяснил я. — В этом мире сны всех живых существ сплетаются самым причудливым образом.

Волчок неторопливо трусил по булыжной мостовой, мы с призраком шагали за ним. Без малейшего труда мы переходили из одного сна в другой. Некоторые из этих снов были настолько удивительны, что никак не могли сниться людям. Может быть, это были сны домов или уличных фонарей — кто знает?

Мы шли совсем недолго и в конце концов оказались возле дома князя Долгорукова.

— Так вот куда ты нас привёл, — улыбнулся я, потрепав Волчка по голове.

Княжеский особняк тоже спал. Во сне он видел себя новеньким дворцом, который только что возвели на берегу широкого Галерного канала. По каналу, чернея смолёными боками, скользили узкие гребные суда. Слышался мерный плеск вёсел и торопливый стук плотничьих топоров неподалёку.

Гранитной набережной не было и в помине, берега канала были илистыми и топкими, как в первые дни существования Столицы.

Похоже, княжескому особняку снились времена его молодости.

Видимо, особняк Долгоруковых был старше всех других домов в этом квартале, потому что сейчас он стоял на берегу канала совершенно один. Со всех сторон его окружал просторный сад. А в этом саду хищно извивались ядовито-зелёные лианы с длинными шипами на толстых стеблях. Я догадался, что это и есть заклинания магической защиты, о которых говорили кладовики. Лианы росли очень густо, никто не смог бы пробраться через них к дому.

— Зачем мы здесь? — настороженно спросил Долгоруков. — Что вы собираетесь делать?

Я пожал плечами.

— Я ведь уже говорил, что пытаюсь вас спасти. Для этого нам нужно пробраться в дом и найти описание обряда, при помощи которого ваш дядя превратил вас в призрака.

Михаил Александрович испуганно попятился.

— Как вы собираетесь это сделать? Я не полезу в эти кусты, они убьют кого угодно.

— Попробуем договориться с домом, — решил я. — Это наш единственный шанс.

Когда-то домовой Семён научил меня разговаривать с магическими зданиями Столицы. И сейчас я послал к княжескому особняку зов:

— Привет. Меня зовут Тайновидец, и я хочу с тобой поговорить.

Ответный ментальный импульс коснулся моего лица, и я почувствовал, что здание насторожилось. Сон вокруг нас побледнел и съёжился. Ядовито-зелёные лианы кровожадно потянулись к нам.

Я строго покачал головой.

— Не стоит так волноваться, я не враг тебе и твоим владельцам. Вижу, ты скучаешь по старым добрым временам, когда Столица только строилась на здешних болотах? Мне это время тоже нравится. Тогда здесь происходили настоящие чудеса, и среди них не было места жадности, зависти или подлости. Наши предки работали сообща. Они трудились вместе, чтобы однажды здесь возник удивительный город. Вражда началась много позже. И сейчас я пришёл, чтобы положить ей конец.

Я чувствовал, что дом внимательно прислушивается к моим словам. Но он не доверял мне. Хищные лианы по-прежнему извивались за оградой.

— Ты служишь роду Долгоруковых, — сказал я. — Верно исполняешь свой долг. Поэтому я не прошу тебя помогать мне. Помоги ему.

Я указал на призрака, который беспокойно колыхался рядом со мной.

— Знаешь, кто это? Это законный наследник Долгоруковых. Он должен был стать главой рода, но собственный дядя занял его тело, чтобы не расставаться с местом главы. Этот призрак выжил чудом, его спасла магия. И сейчас магия хочет, чтобы законный наследник вернулся в свой дом. Впусти его.

Кажется, мне удалось подобрать нужные слова, потому что княжеский особняк послушался. Ядовитые лианы раздвинулись и образовали широкий проход, который вёл прямо к крыльцу.

— Нас приглашают войти, Михаил Александрович, — сказал я призраку. — На правах хозяина вы должны идти первым.

Призрак испуганно замотал головой:

— Я не пойду туда. Что, если это ловушка? Вы не в своём уме, господин Тайновидец. Нам оттуда не выбраться!

— Вы хотите вернуть своё тело? — спросил я. — Хотите получить титул, который принадлежит вам по праву, и стать главой рода? Тогда идите вперёд.

— Ни за что, — попятился призрак.

— Значит, ваш дядя окончательно победил, — кивнул я. — Что ж, это ваш выбор. По крайней мере, вы не умерли окончательно и сможете увидеть, как ваш родственник в вашем теле снова будет править вашим родом.

— Это неправда, — замотал головой Долгоруков. — Дядя не может так со мной поступить.

— Вы ещё не устали твердить одно и то же? — спросил я. — Посмотрите на эти ядовитые кусты. Как вы думаете, от кого они защищают вашего дядю? Это ваш последний шанс, Михаил Александрович. Если вы им не воспользуетесь, потом вините только себя.

Призрак закрыл лицо руками и замер на несколько секунд. Потом посмотрел на меня.

— Хорошо, господин Тайновидец, я поверю вам. Вы привели ко мне целителя, сняли с меня кандалы и выпустили из камеры. Я пойду.

Не давая себе времени испугаться, он быстро подплыл к воротам.

— Не забудьте пригласить нас с Волчком, — напомнил я. — Дом должен услышать ваше приглашение.

Призрак Михаила Александровича замер, затем отчётливо произнёс:

— Я разрешаю господину Тайновидцу и Лунному волку войти в мой дом. Они мои гости.

* * *

Внутри дом оказался абсолютно пуст. Ни шагов, ни голосов, ни единого человека.

— Где все? — испуганным шёпотом спросил меня Михаил Александрович. — Почему здесь никого нет?

— Все очень заняты, — усмехнулся я. — Готовятся к церемонии признания. Куда нам идти?

— Нам нужен рабочий кабинет моего дяди, — сказал призрак. — Там он хранит все свои бумаги.

— Показывайте дорогу.

— Это в дальнем крыле. Нам сюда.

Нам пришлось идти бесконечной чередой комнат. Когти Лунного волка звонко цокали по разноцветной каменной плитке. Мои шаги гулко отдавались в тишине, а призрак двигался абсолютно бесшумно.

За толстыми стёклами буфетов сверкала дорогая посуда. Блестела позолотой тяжёлая дубовая мебель. Сквозняк шевелил тяжёлые портьеры.

Вдруг Волчок тихо зарычал и неуловимым движением скользнул за диван. Я замер и услышал в коридоре чьи-то шаги.

— Прячьтесь, — шепнул я призраку. — За портьеру, быстро!

Призрак спрятался за портьерой. А я пробормотал заклинание магии домовых и стал невидимым. Вовремя: шаги уже приближались к двери.

— Кто здесь? — повелительно спросил громкий голос.

Я затаил дыхание, а в дверях комнаты появился князь Долгоруков. Он выглядел точь-в-точь как при жизни — высокий, властный, с седеющими висками и суровым взглядом.

— Кто здесь? — повторил князь, внимательно осматривая комнату.

Я с тревогой подумал, что призрак выдаст себя, но каким-то чудом ему удалось сдержаться. Долгоруков постоял ещё немного и пошёл дальше, заглядывая по пути в другие комнаты.

Когда его шаги окончательно стихли, я снова стал видимым. Призрак выплыл из-за портьеры. Его глаза были широко раскрыты, а тело стало совсем прозрачным.

— Это же был мой дядя, — заикаясь, сказал он. — Почему он жив?

— Видимо, он тоже сейчас спит, — объяснил я. — А во сне человек всегда видит себя настоящим. Идёмте, Михаил Александрович. Нам нельзя терять время.

— Но если дядя сейчас спит, значит, он может нас увидеть. Что будет, если он застанет нас в своём кабинете?

— Он ушёл в другую сторону, — нетерпеливо объяснил я. — Дом большой. Пока он обойдёт его, мы успеем найти бумаги. Быстрее, Михаил Александрович!

* * *

Наконец мы отыскали нужную комнату. Во сне кабинет князя Долгорукова был похож на логово обленившегося паука. Здесь было темно и мрачно, а по стенам свисали клочья старой паутины.

— Именно так вы всегда представляли себе эту комнату? — спросил я призрака. — Вам было неприятно здесь находиться?

— Да, мне всегда было страшно, когда дядя вызывал меня к себе в кабинет, — признался призрак.

— Если нам повезёт, всё это скоро закончится, — успокоил я его. — Давайте искать бумаги.

Мы бесшумно, но тщательно обыскали кабинет. Открыли все шкафы, выдвинули ящики письменного стола и даже проверили сейф. Во сне он оказался открыт — видимо, магия помогала нам изо всех сил.

Документов было предостаточно, Долгоруков хранил в кабинете деловые письма, тайные соглашения, финансовые отчёты, какие-то ведомости с пятизначными числами.

Но ни одна из этих бумаг не была похожа на описание обряда.

— Здесь одна шелуха, — поморщился я. — Уверен, эти бумажки очень заинтересуют Тайную службу и Имперское казначейство, но для нас в них нет ничего полезного.

— Здесь есть тайник, — вдруг сказал призрак. — В детстве я случайно нашёл его, дядя ничего об этом не знает. Сейчас.

Призрак присел на корточки возле письменного стола и принялся ощупывать низ его тумбы.

Раздался тихий щёлчок, и наружу выдвинулся узкий ящик. В закрытом состоянии он был совершенно незаметен. В ящике лежали свёрнутые в трубочку документы. Я развернул их и увидел, что они написаны вязью, похожей на арабскую. Османского языка я не знал, но в управлении Тайной службы наверняка найдутся специалисты.

— То, что нужно, — кивнул я и спрятал документы в карман. — А теперь давайте выбираться отсюда.

Из особняка Долгоруковых мы выбрались без помех. Волчок безошибочно находил дорогу. Дом тоже помогал нам, услужливо открывая нужные двери. Наконец мы снова оказались на набережной Галерного канала. Заросли ядовитых лиан мгновенно сомкнулись за нами, от прохода не осталось и следа.

— Это было очень страшно, — признался Михаил Александрович. — Я до сих пор не могу успокоиться. Господин Тайновидец, мы можем немного прогуляться?

— Давайте, — согласился я.

Мы пошли вдоль Галерного канала и скоро вышли к берегу Невы. Река была самая настоящая. Ничего удивительного, ведь она текла здесь задолго до того, как кто-то начал видеть сны на её берегах.

Вдали едва заметно выступал из воды низкий остров, на нём возвышалась земляная крепость. На стенах застыли солдаты в зелёных мундирах.

За крепостью теснились невысокие разноцветные домики. Среди них попадались и деревянные избы.

— Значит, вот как оно было, — вздохнул призрак. — Александр Васильевич, почему я никогда раньше не видел магических снов?

— Сноходчество — очень редкий магический дар, — улыбнулся я. — Но сегодня вам повезло. Возможно, у вас тоже пробудится эта способность, такое иногда случается.

— Правда? — жадно спросил Долгоруков. — Я не представлял себе, что магия может быть такой. Я думал, это просто умение, которым нужно овладеть, подчинить его себе, и тогда станешь сильнее.

— Так думают многие, — кивнул я. — И это очень большая ошибка. Магию невозможно подчинить, как невозможно удержать воду в ладонях. Ей можно только довериться, и тогда она понесёт вас прямиком к настоящим чудесам. Но сейчас не время говорить об этом. Видите, Волчок уже беспокоится.

Лунный волк и в самом деле проявлял признаки нетерпения. Он то и дело тыкался носом мне в колени и тихо поскуливал, требуя, чтобы я обратил на него внимание.

— Нужно просыпаться, Михаил Александрович, — сказал я призраку. — Теперь нас ждут важные дела в реальном мире.

— А как проснуться? — растерялся Долгоруков. — Что для этого нужно сделать?

— Это проще простого, — рассмеялся я.

Наклонился, зачерпнул ладонью невскую воду и плеснул ей в лицо призрака.

Михаил Александрович Долгоруков охнул от неожиданности, зажмурился и медленно растаял в воздухе.

— Спасибо, что помог нам, — сказал я Лунному волку. — Теперь можешь бежать к своей хозяйке.

Волчок только этого и ждал. Весёлой рысью он понёсся вдоль берега.

Я посмотрел ему вслед и почувствовал искушение провести в этом сне ещё час или два.

Но стоило мне подумать об этом, и в моём сознании зазвучал чей-то настойчивый голос:

— Господин Тайновидец, хватит спать. Просыпайтесь.

А затем кто-то бесцеремонно тряхнул меня за плечо. Я открыл глаза и увидел перед собой довольного Зотова.

— Ну и здоровы же вы спать, — рассмеялся он. — Меня не было почти три часа, и всё это время вы бессовестно храпели в моём кабинете.

— Ага, — широко зевнув, согласился я. — Ну, как ваши успехи? Поймали разбойников?

— Разумеется, — хищно усмехнулся Никита Михайлович. — Взял их тёпленькими и самолично привёз в управление. Они уже обживаются в камерах, готовятся рассказывать о своих подвигах. Так что мы с лёгким сердцем можем вернуться к расследованию. Вы случайно не придумали во сне, как нам пробраться в дом Долгорукова?

— Не только придумал, но и пробрался, и даже достал там любопытный документ, — рассмеялся я. — Вот, смотрите.

Я достал из кармана свёрнутые трубочкой бумаги и положил их на стол.

Никита Михайлович изумлённо уставился на меня:

— Ну, вы даёте, господин Тайновидец!