Эксперт Тайной службы Леонид Францевич Щедрин пил чай с пряниками в своём кабинете. Ворот светлой рубашки эксперта был по-домашнему расстёгнут.

— Можно? — спросил я, просовывая голову в дверь.

— Входите, Александр Васильевич, — добродушно улыбнулся эксперт. — А кто это с вами?

— Позвольте представить: аптекарь Вильгельм Иванович Кауфман. Он лечит призрака, которого мы задержали сегодня ночью. А это Леонид Францевич Щедрин, эксперт Тайной службы и сильный некромант.

— Счастлив познакомиться, — вежливо поклонился Кауфман.

— Присаживайтесь, господа, — гостеприимно предложил Леонид Францевич. — Хотите чаю? Пряники свежие, их испекли только сегодня утром.

Невозмутимое добродушие эксперта всегда поднимало мне настроение, а сейчас это было просто необходимо.

— Мы с удовольствием перекусим вместе с вами, — улыбнулся я. — Ох, простите, я не заметил, что у вас посетитель.

На стуле у стены сгорбился какой-то человек в рыбацкой брезентовой куртке. Неловко орудуя длинной иглой, он зашивал пиджак Леонида Францевича.

— Вы завели себе личного портного? — удивился я.

— Не обращайте на него внимания, — махнул рукой Щедрин. — Вот, полюбуйтесь!

Он привстал, поднял руку и повернулся к нам левым боком. Рубашка эксперта была разорвана, тонкая ткань пропиталась кровью.

— Где это вас так угораздило? — изумился я.

— В портовом трактире, который вы мне посоветовали. Рыбу там и в самом деле готовят отменно, но местечко совершенно жуткое. Я только-только вышел из трактира, как ко мне подошли четверо молодцов и потребовали кошелёк. Разумеется, я отказался выполнить их просьбу, и тогда этот мерзавец пырнул меня ножом. Пришлось немного подраться с ними. Одного я уложил на месте, второго задержал, а двое, к сожалению, успели сбежать.

— Хорошо, что нож скользнул по рёбрам и не зацепил сердце, — встревожился аптекарь Кауфман. — Но рана может быть серьёзной. Вы позволите мне вас посмотреть?

— Почему же не зацепил? — удивился Леонид Францевич. — Очень даже зацепил. Но вы не беспокойтесь, всё это пустяки.

Леонид Францевич налил нам чаю и подвинул тарелочку с пряниками. По его движениям никак нельзя было сказать, что он серьёзно ранен.

— Вы лучше расскажите, Александр Васильевич, как вас-то занесло в этот притон? — спросил меня Щедрин.

Я непонимающе покрутил головой.

— Этот трактир мне посоветовал артефактор Гораздов. Он и словом не обмолвился, что там опасно. Может быть, вы что-то перепутали и заглянули не в то заведение?

— У этого трактира слишком необычное название, чтобы я мог перепутать, — не согласился со мной Леонид Францевич. — «Голова в тарелке». Такое и захочешь — не забудешь.

— И всё-таки вы перепутали, — улыбнулся я. — Мы с Игорем Владимировичем были в трактире, который назывался «Хвост в тарелке».

— Теперь мне всё понятно, — обрадовался эксперт. — Что ж, без таких вот случайностей наша жизнь, господа, была бы куда более скучной. Вы не возражаете, если я переоденусь?

Он открыл шкаф и достал оттуда свежую рубашку, а окровавленное тр\пьё швырнул в мусорную корзину.

— Господин некромант, я закончил, — пробубнил задержанный, протягивая Щедрину пиджак. — Рубашку тоже зашивать?

Он поднял голову, и я вздрогнул от неожиданности. Глаза бандита были совершенно пусты, они блестели, как стеклянные шарики.

— Да этот человек мёртв, — сдавленным голосом сказал Кауфман.

— А вы чего ожидали? — весело усмехнулся Леонид Францевич. — Разумеется, он мёртв.

Покойник как будто не слышал нашего разговора. Он продолжал смотреть на Леонида Францевича.

— Рубашку зашивать не нужно, — сказал ему Щедрин. — Она окончательно испорчена. Ступай в мертвецкую, найди там свободное местечко и можешь умереть окончательно.

Покойник аккуратно положил зашитый пиджак на стул, поднялся и на негнущихся ногах вышел из кабинета.

— Пейте чай и рассказывайте, что у вас за дело, — напомнил нам Леонид Францевич. — Вы же не просто так ко мне заглянули?

Кауфман осторожно взял пряник. Я понял, что аптекарю до сих пор не по себе от увиденного.

— Как я вам уже сказал, Вильгельм Иванович держит аптеку на Васильевском острове, — улыбнулся я, — и частенько готовит лекарства для призраков.

— Очень похвально, — кивнул Леонид Францевич. — Я давно считаю, что власти должны уделять призракам больше внимания.

— Так вот, для некоторых зелий Вильгельму Ивановичу нужен необычный ингредиент, — продолжил я. — Кровь некроманта.

— Мне нужно всего несколько капель, — торопливо добавил Кауфман: — Если, конечно, это удобно.

— Отчего же неудобно? — удивился эксперт. — Для хорошего дела крови не жалко.

— А я за это приглашу вас пообедать именно в тот трактир, о котором говорил, — улыбнулся я. — Обед за мой счёт.

— Договорились, — обрадовался Леонид Францевич. — Подождите минуту, я только возьму чистую пробирку.

Он сам уколол себе палец, наполнил пробирку кровью, аккуратно заткнул пробкой и отдал аптекарю Кауфману.

— Прошу вас.

— Сердечно благодарю, — пробормотал аптекарь, пряча пробирку во внутренний карман.

— Вы делаете хорошее дело, господин Кауфман, — подбодрил его эксперт. — Имейте в виду, я всегда рад вам помочь.

— Вильгельм Иванович, подождите меня, пожалуйста, за дверью, — попросил я. — Мне нужно переговорить с господином экспертом наедине.

— Хорошо, — кивнул Кауфман.

Возле двери он замешкался и сначала осторожно выглянул в коридор.

Леонид Францевич сразу же понял причину его заминки.

— Мертвеца там нет, не беспокойтесь, — сказал он.

Когда Кауфман вышел, я коротко изложил Леониду Францевичу нашу версию о том, что произошло в доме князя Долгорукова.

— Я считаю, что подмена сущностей была произведена при помощи османского обряда, о котором вы говорили. Предполагаю, что таким же образом можно устроить и обратное перемещение.

— Вы хотите вернуть молодому Долгорукову его тело? — заинтересовался эксперт. — А зачем? Не проще ли одним выстрелом убить двух зайцев, Александр Васильевич? Выселить из тела старого подлеца и отправить его за Грань, а потом похоронить обоих Долгоруковых, и дело с концом. Насколько я их знаю, они оба не подарок.

— Не подарок, — согласился я. — Но мы всё-таки попробуем спасти молодого княжича. Почему-то мне кажется, что магия одобрит такой вариант.

— Если вам кажется, значит, так оно и есть, — легко согласился Леонид Францевич.

— Так вы сможете провести этот обряд? — спросил я.

— Разумеется, если вы достанете для меня его подробное описание, — кивнул Леонид Францевич.

— А сумеете проводить призрака за Грань?

— Легче лёгкого, — улыбнулся Щедрин. — За свою жизнь я проводил за Грань немало призраков, и ни одному из них не удалось отвертеться. Не беспокойтесь об этом, Александр Васильевич.

* * *

Разговор с Леонидом Францевичем здорово поднял мне настроение. Я попрощался с экспертом и вышел в коридор, где меня поджидал аптекарь Кауфман.

— Этот человек — очень сильный некромант, — тихо сказал аптекарь.

От волнения его акцент стал заметнее обычного.

— Да, Леонид Францевич прекрасно владеет своим даром, — согласился я. — Что ж, Вильгельм Иванович, теперь мы с вами можем навестить призрака.

Я сам проводил аптекаря в камеру. Надзиратель, звеня ключами, открыл тяжёлую дверь, и мы вошли.

Призрак Михаила Александровича Долгорукова, сгорбившись, сидел на койке и тоскливо смотрел в окно. Магические кандалы с него так и не сняли. Я заметил, что прочные звенья цепочки уже покрылись лёгким налётом ржавчины.

Призрак выглядел намного лучше, чем вчера. Клубящийся туман вокруг его головы совершенно исчез, черты лица стали чёткими.

— Как вы себя чувствуете? — спросил Вильгельм Иванович.

— Благодарю вас, — равнодушно ответил призрак, даже не повернув головы. — Мне лучше.

— Вот и хорошо, — дружелюбно кивнул аптекарь. — Сейчас мы с вами опять примем зелье. Ещё два-три дня, и вы окончательно поправитесь. Ваша форма станет стабильной, вы превратитесь в абсолютно здорового призрака.

Он протянул Михаилу Александровичу пузырёк с зельем.

Призрак выпил лекарство одним глотком. По его телу снова побежали фиолетовые всполохи — они были намного слабее, чем в прошлый раз.

— Замечательно, — удовлетворённо кивнул Кауфман.

Михаил Александрович молча вернул ему пустой пузырёк. На меня он так ни разу и не посмотрел.

Кауфман спрятал пузырёк в карман и повернулся ко мне:

— Я вам ещё нужен, Александр Васильевич?

— Нет, вы можете идти, — ответил я. — Полицейский отвезёт вас обратно в аптеку.

— В таком случае я благодарю вас за помощь. — Вильгельм Иванович поклонился и вышел из камеры.

Мы с призраком остались вдвоём.

— Что же, Михаил Александрович, — сказал я, — настало время поговорить серьёзно. Ваш дядя провернул с вами мерзкий фокус, но я думаю, что мы сможем всё поправить. Для этого мне нужна ваша помощь.

— Мой дядя ни в чём не виноват, — тихо произнёс призрак. — Это получилось случайно. Я уверен, что дядя хочет всё исправить.

Он говорил неуверенно, как будто пытался убедить не меня, а себя самого.

— Вот как? — усмехнулся я.

Михаил Александрович неприятно удивил меня своей наивностью, но я не стал говорить ему об этом, чтобы не портить разговор ненужными обидами.

Вместо этого предложил:

— Давайте попробуем рассуждать логично. После того, что с вами произошло, вы виделись со своим дядей?

— Нет, — покачал головой призрак. — Я несколько раз пытался попасть в дом, но у меня ничего не вышло. Что-то отталкивало меня от дома и тянуло на кладбище.

— Скорее всего, это было защитное заклинание, — кивнул я. — Предполагаю, что сразу после обряда ваш дядя установил магическую защиту от призраков. Скоро мы узнаем это наверняка.

— Я вам не верю, — ровным голосом ответил Михаил Александрович. — Вы просто хотите поссорить нас. Вы заперли меня в камере, но держать здесь вечно не сможете. Когда-нибудь вам придётся отпустить меня на свободу, и тогда дядя всё исправит. Я его наследник, я стану главой рода Долгоруковых.

— Вы глупец, — поморщился я. — Ваш дядя хотел во что бы то ни стало остаться главой рода. Для этого он вышвырнул вас из тела, а сам занял ваше место. Но и этого ему было мало — он подсыпал вам отраву. Ещё несколько дней — и вы были бы окончательно мертвы. И после всего этого вы пытаетесь убедить меня, что дядя вам поможет?

Я прошёлся по камере и остановился прямо перед призраком.

— Пока вы его выгораживаете, он спокойно готовится к церемонии признания. Если ваш дядя узнает, что вы до сих пор живы, он убьёт вас без раздумий. Пообещает помочь и снова подсунет яд под видом лекарства. Нет, Михаил Александрович, вы можете надеяться только на нас. Но чтобы мы могли вас спасти, вы должны нам помочь. Где-то в доме вашего дяди хранятся записи о магическом обряде. Вы знаете, где они лежат?

Пока я говорил, призрак раскачивался из стороны в сторону. Затем его начала бить крупная дрожь.

— Я не верю вам! — взвизгнул он. — Не верю! Вы всегда были нашим врагом и теперь хотите окончательно уничтожить меня. Уходите, оставьте меня в покое!

Он стремительно взмыл вверх, но тяжёлые кандалы потянули его к полу. Не удержавшись в воздухе, Михаил Александрович свалился на пол и забился в истерике.

— Уходите! — хрипел он сквозь рыдания. — Не верю. Не верю!

Дверь распахнулась, и в камеру снова вбежал аптекарь Кауфман.

— Что здесь происходит? — встревоженно спросил он. — Александр Васильевич, вы что, хотите окончательно убить этого юношу?

— Я всего лишь хочу, чтобы он помог нам спасти его от смерти, — ответил я. — Будьте добры, Вильгельм Иванович, дайте господину Долгорукову успокоительное.

Кауфман чуть ли не силой влил в Долгорукова какое-то зелье. Постепенно призрак успокоился и затих.

— Сейчас он заснёт и проспит до следующего утра, — строго сказал мне аптекарь. — Пожалуйста, не беспокойте его. Прежде всего этого юношу нужно вылечить. Иначе все ваши старания окажутся бесполезными.

— Хорошо, — согласился я.

Мы вышли из камеры, и охранник запер за нами дверь.

— Дело настолько серьёзное? — спросил меня аптекарь.

— Очень серьёзное, — ответил я. — Но я не могу вам ничего рассказать. И вы тоже должны молчать.

— Господин полковник уже взял с меня магическую расписку, — кивнул Вильгельм Иванович. — Что ж, я ещё раз благодарю вас за помощь. Кровь некроманта поможет многим призракам. Увидимся завтра, Александр Васильевич.

* * *

Аптекарь направился к выходу, а я вернулся в кабинет Зотова.

— Как прошёл допрос? — поинтересовался Никита Михайлович. — Узнали что-нибудь интересное?

— Пока нет, — ответил я. — До сих пор Михаил Александрович верил, что стал призраком случайно. Когда я рассказал ему правду, у него началась истерика. Пришлось дать ему успокоительное, так что сейчас он спит.

— Мы теряем время, — поморщился Зотов. — Церемония признания уже послезавтра.

— Аптекарь сказал, что призрак проспит до вечера, — заметил я. — Думаю, он будет готов сотрудничать с нами когда проснётся.

— Было бы неплохо, — согласился Никита Михайлович. — Что ж, если у вас ничего не выйдет, я сам допрошу его. Мы не можем допустить, чтобы Долгоруков прошёл церемонию, последствия будут катастрофические.

Он отложил бумаги в сторону и потянулся.

— Ну, а как там ваши кладовики? Они разобрались с магической защитой?

Я не успел ответить. Посреди кабинета появилась знакомая светящаяся точка и превратилась в портал.

— Получилось! — весело заявил Репей, высовывая голову из портала. — Мы попали точно на место. Вылезайте!

Кладовики тут же оказались в кабинете.

— Как вы смогли сюда пролезть? — изумлённо нахмурился Зотов. — Вы что, обошли магическую защиту управления Тайной службы?

— Это было не так уж и трудно, — поддразнил его Репей. — Вашу защиту давным-давно пора усилить. Кстати, за работу на благо Империи мы берём не очень дорого, мы ведь теперь имперские граждане.

— Я вас на каторгу отправлю за такие фокусы, — разозлился Никита Михайлович. — Будете имперскими заключёнными.

— На каторгу? — удивился Репей. — Ты думаешь, там защита лучше, чем здесь?

— Никита Михайлович, позвольте дать вам совет, — улыбнулся я. — Не ссорьтесь с ценными специалистами. Пусть они улучшат вашу защиту, разумеется, под вашим присмотром.

— Цирк какой-то, — фыркнул Зотов. — Хорошо, я отправлю запрос в Имперское казначейство.

— Здорово! — обрадовался Репей. — Деньги нам не помешают.

Тиша и Дивень счастливо улыбались.

— Ну а что с магической защитой дома Долгорукова, господа специалисты? — язвительно спросил Никита Михайлович. — Вы придумали, как можно её обойти?

— Ничего не выйдет, — развёл руками Репей. — Князь постарался на славу. Понатыкал защиту от людей, от магических существ и даже от призраков. Там мёртвая мышь не проскочит.

— Не может такого быть, чтобы в огромном особняке не было ни одной лазейки, — поморщился Зотов.

— Лазейки-то есть, — поморщился Рипей. — А что толку? Княжеский дом сам себя охраняет. Не знаю, как Долгоруков это устроил, но это чистая правда. Дом у него злющий, как цепной пёс. Учуял нас за два квартала и дальше не пустил. Ты, Тайновидец, даже и не суйся туда. Эти защиты с тобой церемониться не будут — сожгут на месте, и пепла не останется.

— Понятно, — разочарованно кивнул я. — Что ж, спасибо за помощь, ребята. Как я могу вас отблагодарить?

— Можешь, — оживился Репей. — Скажи, чтобы нас пропустили к порталу на Внешние острова. Мы там никогда не бывали, а посмотреть хочется.

— Договорились, — улыбнулся я. — Решили отправиться на экскурсию?

— Конечно, — убеждённо кивнул Репей. — Там же не ступала нога ни одного кладовика. Представляешь, сколько там может быть кладов?

— Никита Михайлович, вы предупредите стражу, чтобы она пропустила наших помощников? — спросил я Зотова.

— Обязательно, — поморщился начальник Тайной службы. — Чем дальше эти господа будут от Столицы, тем мне спокойнее.

Обрадованные кладовики убрались обратно в портал, а Никита Михайлович мрачно посмотрел на меня.

— Что будем делать дальше, господин Тайновидец?

— Подождём, пока призрак проснётся, — ответил я. — Может быть, он подскажет нам, как пробраться в дом его дяди. Если из этого ничего не выйдет, тогда я отправлюсь в Незримую библиотеку. Нужно обязательно найти подробное описание обряда. А сейчас мне бы хотелось немного отдохнуть, день выдался трудный.

— Хорошо, — согласился Никита Михайлович. — Чтобы не терять времени, можете воспользоваться моим креслом. Заодно покараулите мой кабинет, пока я буду в отъезде.

— А куда вы собрались? — поинтересовался я.

— Ловить разбойников, которые напали на нашего эксперта, куда же ещё, — усмехнулся Зотов. — Мне, знаете ли, тоже иногда нужно отдыхать и развлекаться.