— Колдунство! — выдохнула Грумхильда.

— Мряяяв! — добавил Бекон.

Я промолчал, глядя, как из-за каменной кладки появляется узкий проход в темноту. Даже света системной лампы не хватало, чтобы её разогнать. По ногам прошёлся прохладный воздух, но сырости я не чувствовал, лишь спёртый запах сухой пыли. Да эту дверь не открывали уже очень давно! Я-то надеялся, что увижу следы Демьяна, он-то точно должен был знать о подземелье!

Но как бы я ни вглядывался в серый сумрак, ничего не мог увидеть. Даже лампу поднёс поближе. И только сделал это, как она ярко вспыхнула. Огненные сгустки тревожно заметались, выхватывая из темноты длинные ступени, плавно уходящие вниз.

Грумхильда ахнула у меня за спиной и схватила меня за рукав.

— Марк, ты куда надумал⁈ Я не пущу! Ты что, с ума сошёл⁈ — её голос дрогнул. — Это не просто подвал! Это могила какая-то! Один чёрт знает, кто там может тебя поджидать! Мало тебе древних сущностей⁈

— Мяу? — Бекон озадаченно посмотрел на меня.

Я обернулся и строго на неё посмотрел. Забота её, конечно, не знала границ, и сейчас её слова однозначно указывали на страх. Переживала за меня. Позади неё с теми же мыслями стоял Фёдор с беспокойным взглядом.

— Грумхильда, — я очень старался говорить спокойно. — Я не могу оставить это просто так и сделать вид, что никакой двери не существует. Скорее всего, это и искал князь, а дед — охранял. Теперь я последний из Винтеров, и мне нужно узнать, из-за чего началась наша история.

— А если ты там погибнешь⁈ — она тряхнула меня. — Не найдёшь выхода или попадёшь в ловушку? Тебе ещё трактир открывать и становится самым известным поваром! Как мы без тебя такое сотворим⁈

— Всё будет в порядке, — твёрдо сказал я, хотя внутри не было такой уверенности, — и не пропаду, и трактир открою, и узнаю все тайны.

— Упрямый, как… — она всплеснула руками и повернулась к Фёдору, ища поддержки.

— Он прав, Грумхильда. С этим нужно разобраться. Я бы и сам пошёл, но… — пробасил Фёдор и опустил голову. — Не для меня создан этот проход.

Да, он прав, проём был слишком узким. Я точно пройду, а вот орчиха и та с трудом. Правда, по её взгляду я понял, что Грумхильда ни за какие коврижки не сунется в эту темноту.

— Это место только для Винтеров, — внезапно добавил Фёдор.

Грумхильда в ответ на его слова хорошенько выругалась. Несколько мгновений она ещё смотрела на меня, думая, что может переубедить, но махнул рукой.

— Если уж и решил идти, — торопливо заговорила она, — то хотя бы возьми с собой еды! И воды! Чтоб я не переживала, что ты там помрёшь с голоду! Нельзя же вот взять и пойти, без подготовки!

Орчиха заметалась по погребу, выскочила до кухни и вскоре вернулась с узелком, в котором по очертаниям угадывались кусок хлеба и что ещё съестное. Фёдор тоже не отставал от неё, вернувшись с топором наперевес.

— Вдруг враги, — он передал мне оружие.

— Я всё подготовила, — продолжала суетиться Грумхильда. — Еда, вода, огниво. Может, ещё что возьмёшь?

— Этого хватит, я же не на неделю ухожу! — отозвался я, убирая всё в котомку. — А вот топор я всё же оставлю, им только дрова рубить, а против сущностей да призраков, подойдёт соль, — я похлопал себя по карману.

Бекон всё это время сидел у порога, время от времени дёргая хвостом. Уши кота были прижаты к голове, а сам он мявчил, но как-то тихо, будто размышлял вслух.

— Ты уверен, что хочешь идти со мной? — спросил я, приседая рядом с ним. — Там может быть опасно.

Кот с укоризной посмотрел на меня, а потом решительно переступил порог, оказавшись на сером каменном полу коридора.

Перед глазами мелькнула картинка, как Бекон грызёт неведомого врага, защищая меня. Я усмехнулся и кивнул ему.

Ещё раз проверил котомку, там у меня целый набор юного исследователя подземелий: и жаровня, и чугунок, и солонка, и даже тёрка. В остальных ячейках лежали продукты, а нож, как всегда, висел на поясе. Да, я точно был готов к любому повороту событий.

— Ладно, — я выдохнул и шагнул вперёд. — Не могу сказать точно, через сколько вернусь, но дверь оставьте открытой.

И не дожидаясь ответа от орчихи, шагнул через порог и оказался рядом с Беконом. Первое, что я ощутил, как изменился воздух. Он стал плотнее, словно я не в коридор шагнул, а в другой мир. От этой мысли у меня по спине пробежала толпа мурашек, но я лишь покрепче сжал лампу и пошёл вперёд.

Чем дальше мы с котом отходили от светлого прямоугольника прохода, там ярче светились огненные сгустки. Это подсказывало мне, что вокруг всё древнее некуда.

— Виталик, ты куда пропал? — в пустоту спросил я.

Он появился, как всегда, бесшумно, с мрачным лицом и скрещёнными на груди руками. Дух внимательно оглядел меня и коридор, а потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он негромко. — Всё сделал правильно. Продолжай.

Бекон из-за появления духа резко повернулся к нему и зашипел. Впервые он так отреагировал на Виталика. Ещё чуть-чуть и бросился бы на него, невзирая на призрачную сущность.

— Ты чего, дружище? Не узнал нашего ворчливого друга? — спросил я тихо.

— Место для него непривычное, — пожал плечами дух, пропустив мои слова о нём мимо ушей. — Фамильяры волнуются, когда находятся на древней земле. Скоро привыкнет, или нет, тут как повезёт, — он странно усмехнулся. — Иди дальше, если что, я скажу.

Перед нами был длинный каменный коридор, уходящий вниз. Свод над головой был сложен из тёмных плит, настолько старых, что мне казалось, они вот-вот рассыпятся. А вот стены были все в пятнах, мне показалось, что от них веет холодом. По краям пола тянулись узкие желобки, предназначенные для отвода воды. Хотя вокруг было так сухо, что непонятно, откуда там вообще могла взяться влага.

Мы зашагали по широким ступеням, оставляя в пыли чёткие следы. Проход уходил вниз под небольшим углом, но оступиться я не боялся, камень под сапогами был шершавым и сухим.

— И всё-таки, что это за место? — спросил я, и мой голос полетел в темноту с гулким эхом.

— Это часть подземелий, — Виталик остановился и глянул на меня, — они тянутся далеко от трактира. Сам видишь, они старше всех городов в этом краю. Они все созданы для сохранения тайны. Ты ведь уже понял, что твой род — не просто трактирщики, — он выразительно посмотрел на меня. — Винтеры были хранителями важного артефакта.

— Артефакт? — переспросил я.

— Да, — кивнул Виталик. — Сердце силы Винтеров. Это дало роду возможность вывести готовку на иной уровень. Магия еды в превосходном смысле этого слова. Но с учётом того, что я вижу, — он выразительно огляделся, — сила артефакта начала угасать. Может быть, никто и не рассчитывал на то, что у тебя хватит способностей найти сюда дверь.

Я быстро пожал плечами, стараясь сохранить невозмутимость, хотя внутри всё сжалось. Слова духа были логичны, ведь Демьян был уверен, что у его внука не было способностей к готовке. В отличие от меня. Впрочем, духу об этом знать не нужно.

— Важна не только кровь и дар, — сказал я уклончиво. — Иногда нужны ещё и обстоятельства.

Виталик не ответил, только усмехнулся в бороду и двинулся дальше.

Пока мы шли дальше, я постоянно держал «Распознавание магии» активным. Здесь оно работало иначе, едва заметно подсвечивая остатки магии. Хотя, может быть, наоборот, они только просыпались с моим появлением. В любом случае, опасности пока не было.

И только об этом подумал, как увидел на стене впереди странное свечение. Сгустки в лампе заметались сильнее, и сияние сконцентрировалось на том же месте, привлекая моё внимание. Бекон подошёл ближе и требовательно мявкнул. Я присоединился к нему и с удивлением обнаружил крошечные шляпки грибов. Забавные такие, с серебристой окантовкой и синими прожилками. Они словно излучали лунный свет. А запах от них шёл землистый с нотками мёда. Вот уж неожиданность.

Я сосредоточился и активировал Оценку.

Лунные грибы (редкие)

Вид: магический гриб, растущий в местах с высокой концентрацией древней магии

Свойства: При употреблении восстанавливают 10 % маны в течение минуты

При добавлении в блюдо повышают его общее качество на одну ступень

Особенности: требуется термическая обработка для полного раскрытия свойств, употребление в сыром виде опасно для здоровья

— Полезная вещь, — заметил я, срывая несколько штучек. — С такими свойствами они мне пригодятся.

— Мелочь, — фыркнул Виталик, глядя на мои действия. — Магическая ерунда, мы не для того сюда пришли.

— Если они здесь растут, значит, не просто так, — отрезал я. — Идёмте дальше.

Он хмыкнул, но ничего не сказал. Бекон же заинтересованно принюхался к ножкам грибов, оглушительно чихнул и недовольно поморщился. Следующие полчаса мы шли молча, думая каждый о своём.

— Виталик, — я решил задать вопрос, который мучал меня уже давно, — а что это за артефакт, который так охраняют Винтеры? Ты уже второй раз мне о нём говоришь. Как он хотя бы выглядит?

Силуэт на мгновение размазался, едва не потерявшись среди теней коридора.

— Это… — он замялся, заговорив рублеными фразами, будто выдумывал на ходу. — Очень сложно объяснить. Это не вещь, а сила. Знание! — он замолчал на мгновение и продолжил. — Он принадлежит тому, кто готов его принять. И я знаю, что без него ваш род теряет силу.

— Ты хочешь сказать, — удивлённо спросил я, — что не знаешь, что охраняешь?

— Я знаю, что охраняю! — возмутился Виталик. — Просто не знаю, как оно выглядит. Он точно в этих подземельях, и я его прекрасно чувствую. Внизу.

Он махнул рукой вперёд, и я понял, что всё в этих подземельях не так просто, раз даже он ничего толком не знает.

Дальше коридор раздваивался, и мы озадаченно остановились. Левый тоннель уходил глубже вниз, в то время как правый шёл ровно. По виду как раз он выглядел гораздо удобнее. Но я заметил, что у входа в соседний коридор что-то поблёскивало. Я снова применил «Распознавание магии».

И едва не открыл рот от удивления, потому что над входом в арку появились надпись. Буквы чётко угадывались, подсвеченные навыком. Это была загадка! И не банальная, а из области кулинарии. Вот это да! Самое интересное, что надпись выглядела, будто её мне подсветила Система, а не магия подземелья.

«Когда четыре встретятся с одним, и тепло превратится в холод, а холод станет теплом — назови то, без чего не родится ни один истинный соус, но что никогда не кладут в суп»

— Вот это по-нашему, — улыбнулся я.

— Что ты там видишь? — Виталик удивлённо приподнял брови. — Я не вижу.

— Загадка, — ответил я. — И, кажется, я знаю на неё ответ.

Я мысленно перебрал варианты. Сначала четыре ингредиента, соединённых вместе, потом речь идёт о термической реакции, а дальше важный момент с соусом и супом. Для меня это был простым ответом, но меня скорее интересовало, как дать ответ⁈ Тут же нет строки для ввода слова!

— Так что за загадка? — не унимался Виталик. — Ты понял уже?

— Да, — кивнул я. — По отдельности непонятно, а если разложить всё по очереди, то всё становится ясно. Всё дело в эмульсии. Первая часть — это классическое соотношение для неё. Холод и тепло — это часть рецепта, когда тёплое масло вбивают в яичную основу. Вместе они становятся единым целым. А истинный вкус держится на эмульсии или связке. И последнее, никогда эмульсию не кладут в суп.

Брови Виталика взлетели в вверх, словно я произнёс тарабарщину. А я же закрыл глаза и положил ладонь к правому проходу, проговаривая ответ. Но ничего не произошло. Но я не отчаивался, повторил то же самое с левым коридором. И стена дрогнула!

— Эмульсия! — твёрдо сказал я.

Внезапно вокруг этого тоннеля вспыхнул мягкий свет, а надпись с загадкой пропала. Есть! Бекон радостно мявкнул, а Виталик присвистнул.

— Неплохо, повар.

Я скромно пожал плечами, чувствуя приятное удовлетворение от этой небольшой победы.

Дальше мы снова пошли вперёд, навстречу неизвестности. Я сканировал всё навыком, пока через минут десять он не подсветил мне странноватое растение. Небольшие фиолетовые листья с золотистым отливом по краям. Я наклонился, принюхался и с удивлением понял, что эта трава мне напоминает одновременно базилик и мяту.

Я применил Оценку.

Фиолетовый окимон (редкое)

Вид: магическое растение

Свойства: придаёт блюду сладковато-пряный вкус с мятным оттенком, увеличивает восстановление здоровья на 5 % при употреблении

Синергия с лунными грибами: усиливает их эффект на 30 %

Рекомендуется: использовать в горячих блюдах для полного раскрытия аромата

Я сорвал несколько листиков и убрал в карман. Бекон внимательно следил за мной и одобрительно мявкнул. А потом резко отпрыгнул в сторону, как только по ногам прошла ледяная волна воздуха. Потом и сгустки в лампе заметались, то собираясь в кучу, то расползаясь по стенкам. На всякий случай я не двигался, а снова применил навык. И не зря.

В трёх шагах от нас по каменному полу тянулись тонкие магические линии. Они пересекали коридор, образуя плотную паутину. Ловушка!

— Всем оставаться на своих местах! — выдохнул я и подхватил Бекона, чтобы он и не думал шагнуть ближе.

Кот недовольно фыркнул, но я не отпускал его, продолжая разглядывать паутину.

— Думаю, что если наступить на эти линии, то случилась бы беда, — сказал я, аккуратно опуская кота позади себя.

— Хорошо, — одобрительно проворчал Виталик. — Ты чувствуешь магию!

— Ты тоже их видел, но не сказал? — прищурился я. — И когда ты собирался мне про это поведать?

Виталик сделал вид, что не расслышал, и упёрся взглядом в стену. Я тоже на неё посмотрел и в шероховатых трещинах разглядел вырезанный в камне знак.

— Вода? Здесь? — удивлённо спросил я сам себя и достал из котомки флягу. — А если так?

Плеснув на знак воды, я с интересом смотрел, как капли быстро бегут по стене вниз, как раз туда, где секундой ранее я заметил под пылью лёгкие разводы. Значит, дед и до меня так делал. Только вода добежала до нужного места, как знак вспыхнул, а линии погасли.

Виталик удивлённо посмотрел на меня.

— Как ты узнал, что это символ воды? Это же древний язык! Как много в тебе секретов, повар!

— Я и есть обычный повар, — я снова пожал плечами и добавил. — Дед в своих дневниках оставил заметки про такие штуки.

Виталик прищурился, но больше не стал задавать вопросов и молча поплыл вперёд, даже не обернувшись. Мы с Беконом переглянулись и двинулись следом. На нашем пути больше ловушек не было, но я всё равно держал навык активным. В какой-то момент, Бекон остановился и поднял на меня взгляд. Передо мной вспыхнул образ здоровенной миски супа и краюхи хлеба. Я усмехнулся, кивая коту.

— Ты прав, пора бы подкрепиться, — я огляделся. — Место вроде неплохое.

Достал жаровню, чугунок и задумался о том, зачем я вытащил их из котомки. Из продуктов у меня только хлеб и сыр! И тут я вспомнил, что есть же найденные в коридорах грибы и окион. А почему бы и не, да?

— Мы могли бы ещё немного пройти, а ты тут обедать решил. У нас время, между прочим, не бесконечное.

— Голодный воин — плохой воин, — спокойно ответил я. — Ты же сам говорил, что я должен быть готов. Вот этим и собираюсь заняться.

Крутанул кристалл жаровни, поставил сверху чугунок, а потом мелко нарезал грибы. Масла, конечно, не было, но ничего не пригорело. Только выделился сок, сделав грибы мягкими и ароматными. Конечно же, посолил из системной солонки, как без неё-то? Следом я добавил листья окиона, чтобы соединить системные бонусы двух продуктов. Вскоре по коридору поплыл сумасшедший аромат. Бекон потянул носом и кивнул, терпеливо ожидая свою порцию.

Я взял ломоть хлеба, положил на него горячие грибы, а сверху тонкий кусочек сыра. Всё украсил свежим листиком окиона.

— Вуаля! — объявил я, делясь с Беконом бутербродом, и сам с удовольствием откусил.

Перед глазами появилось сообщение:

Внимание! Вы создали новое блюдо: «Подземный бутерброд с лунными грибами и фиолетовым окионом»

Качество: отличное

Особое свойство: восстановление маны +5 % на 10 минут, утоление голода +10 %

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в Кулинарную книгу

Текущий опыт: 140/700

Пока мы с котом ели, Виталик не отрываясь, смотрел на нас. Мне показалось, что даже облизнулся. Я сделал вид, что ничего не заметил, и, как только мы закончили с трапезой, убрал жаровню с котомкой и поднялся. Усталость отступила, да и желудок приятно тянуло сытостью.

Вот только не успел сделать и шагу, как увидел, что свет лампы отражается от стен немного иначе, чем до нашего обеда. На камнях появились крошечные светящиеся крапинки, которые мерцали ровным светом.

— Что это? — спросил я Виталика.

— Не знаю, — у него дёрнулся глаз. — Ты же повар, вот коридор и отзывается на твою силу.

Да, звучит вполне себе логично. Я же не просто повар, так ещё и наследник рода, и ещё к тому же будущих Хранитель.

Мы пошли дальше, ориентируясь на эти крапинки. По мере движения по коридору их становилось всё больше. А вот дышать с каждым шагом было всё сложнее и сложнее, да и проход сужался. Вскоре мы с Беконом едва могли разойтись.

Очень скоро мы упёрлись в глухую стену. Она была до странного тёплой и чуть пульсирующей.

— Тупик, — сказал я оглядываясь. — Или очередное испытание.

— Очень похоже, — согласился Виталик, возникнув рядом.

«Распознавание магии» снова помогло мне, подсвечивая голубоватые строчки загадки.

«Когда белое встречается с жёлтым, а воздух становится твёрдым, я поднимаюсь выше тарелки, но падаю от первого взгляда. Мой век — мгновение, без меня не бывает праздника, и я боюсь сквозняка. Назови меня».

— Опять кулинарная загадка, — выдохнул я. — Белое, жёлтое, воздушное, но твёрдое, хрупкое и праздничное. О! Да это же просто!

— Чего ты там бормочешь? — проворчал Виталик.

— Суфле, говорю, — ответил я, не глядя на него. — Смешиваешь белки с желтками, получается воздушная масса. В печи она затвердевает, но если слишком рано открыть дверцу, они опадут. И суфле чаще всего делают на праздник.

— Тогда открывай скорее, чего стоишь-то?

В тот же момент Бекон поднялся на задние лапы и требовательно мявкнул. Я наклонился к нему и увидел символ в виде книги.

— Наверное, там библиотека. Молодец, рыжий! — я приложил ладонь к стене и мысленно проговорил ответ на загадку.

Одновременно с этим, я надавил на символ возле лапы кота и затаил дыхание. И через секунду стена бесшумно ушла в сторону, открывая проём. Из него пахнуло теплом и чем-то очень домашним.

Мы с Беконом вытянули шею и заглянули внутрь, чтобы потом удивлённо переглянуться. Кухня! Кухня под землёй! Да ещё какая!

Каменные стены, старый очаг, добротные столы и аккуратно сложенная посуда. Но меня это мало интересовало, ведь на столе, покрытая слоем пыли, лежала потрёпанная книга в кожаном переплёте и перевязанная ремешком.

Не замечая ничего вокруг, я подошёл к ней и осторожно открыл первую страницу. И в тот же миг лампа в моей руке засияла так ярко, что ослепила меня.