Вернувшись с прогулки я задержался на первом этаже доходного дома и поговорил с добродушным старичком консьержем заселившим нас сюда этой ночью.

— Еще ничего. Не то что в моей молодости, а там… — Предавался он ностальгии (приятный запах), почесывая лоб под форменной фуражкой, пока я вглядывался в его глаза и погружался в чужую память, припорашивая ее пылью — делая его воспоминания обо мне и моих спутниках нечеткими, спутанными и неважными. Мальчишки тоже обо мне забыли. Для их же блага.

Обижать старика я не стал и поговорил с ним по душам еще около получаса, угощаясь чаем и баранками.

— Жена пекла, — добродушно и щербато, улыбнулся он, пододвигая вазу ближе ко мне.

Я тоже улыбнулся.

— Вкусно. Спасибо.

Поднявшись на наш этаж, я нашел своих друзей там же где их и оставил — в постели. Нет, это уже слишком. Семь утра!

Настроение было прекрасным, хотелось пошалить, так что я кинул в них подушку.

— Эй! КАЙ! Сдурел⁈

Я рассмеялся, и показал Титию на часы висящие на стене.

— Вставайте. Пора. У нас много дел. А вечером — поезд.

— Н-е-е-е-т, — простонала Ирга нежелающая вставать и спрятавшая голову сразу под две подушки — словно это поможет…

Пока они копошились, я сбегал до кассы железнодорожного вокзала, уточнил несколько моментов, а потом быстренько-быстренько посетил склад с моими вещами, договорившись с его работниками о том чтобы они погрузили их на поезд. Накладную я им передал.

— Сделаем.

Когда я вернулся, друзья ждали меня на улице. Оба хмурились и были похожи на злых снеговиков из-за накинутых на голову и припорошенных снегом капюшонов их шуб.

— Голодные? — Уточнил я, зная ответ наперед.

— Перекусить бы не помешало… — «Потер руки» Титий.

Я хохотнул.

— Не получится. Опаздываем.

— Зачем тогда спрашивал? — С подозрением воззрилась на меня Ирга.

— Чтобы посмеяться над вами.

Девушка обиделась и стала лепить снежок.

— Ты какой-то чересчур веселый, — прищурился Титий, рассматривая меня с неким подозрением. — Случилось что-то хорошее?

— Просто люблю снег, — пожал я плечами.

Уворачиваться от снежка я не стал и позволил Ирге «отомстить».

По пути в мэрию — на регистрацию, случилось одно странное происшествие. При переходе дороги — движение по ней остановил регулировщик, подняв руки в жесте стоп (светофор вышел из строя) — нам навстречу шли люди с другой стороны и один из этих людей — женщина, случайно задела меня плечом. Все бы ничего, но когда она хотела извиниться, ее лицо исказилось ужасом и вместо нормальных извинений она упала мне в ноги, и я услышал это:

— Простите, ПОВЕЛИТЕЛЬ! Простите…

— Что это с ней?

На этот вопрос Ирги я неопределенно дернул плечом и мы ушли.

Но запах…

Не стерпев, я оглянулся. Регулировщик как раз успокаивал женщину помогая ей перейти дорогу и приговаривал что ни о каких Повелителях Пыли в Союзе Республик он не слышал. «Но как же!» — вскрикивала она, указывая пальцем мне в спину.

Я прибавил шаг.

— Ты что-то знаешь! — Упрекнула меня в скрытности Ирга, но ей это не помогло. Я продолжал сохранять молчание. — Ну и ладно. Я сама проведу расследование и все-все узнаю, — сказала она искоса посматривая на меня.

Я хмыкнул.

— Расскажешь потом. Мне тоже интересно.

А сам подумал — «Ничегошеньки она не узнает! Мы покинем город уже сегодня».

Моим друзьям в мэрии и в департаменте железных дорог уделили до прискорбия мало времени — пара подписей и все, а вот мне пришлось задержаться.

— Вам незачем меня ждать, — сказал я им. — Погуляйте по городу. Посетите ресторацию.

В этот момент Ирга огляделась по сторонам в поисках вещи которую можно в меня кинуть (заметка на будущее — голодную ее лучше не злить).

— Встретимся вечером, на путях. Поезд отходит без двух минут полночь, — напомнил я им, рассматривая девушку друга сквозь улыбку.

— Уверен? — Уточнил Титий, удерживая Иргу от попытки кинуть в меня вазу.

— С этим, — потряс я кипой бумаг в руках, — мне еще долго разбираться. Идите, — улыбнулся я, дурашливо показав Ирге язык. В ответ она продемонстрировала мне свой кулачок.

Два часа мучений… Из кабинета в кабинет. То там не хватает подписи, то там. Растяпы и бюрократы! Только такие здесь на низких должностях и работают.

Итак, не знаю, плохая это или хорошая новость, но в нагрузку на меня «повесили» два десятка солдат, прикомандированных к железным дорогам. И честно предупредили что они проблемные. Кто-то не соблюдает дисциплину. Кто-то выпивает в рабочее время.

— Извините, — пожал плечами чиновник, нисколечко мне не сочувствуя.

Как следствие — у меня возник вопрос. Где их селить? Да и нам первое время надо где-то жить. Старое здание ж/д станции — это развалины. Хм…

Оказалось это и не проблема вовсе. Мне пошли на встречу и выдали одну большую утепленную палатку на жестком каркасе и две переносные печурки для ее обогрева — это не считая других запасов, что шли довеском к солдатам и обеспечению меня, как старшего станционного смотрителя железных дорог.

Что ж. Пора позаботиться о личном.

Земля. Первым делом я купил землю рядом с деревней, а точнее ЗА деревней. Фактически я приобрел большой кусок леса. Я собирался строиться, так что это было необходимо.

Казенная жизнь хуже ведьмы в доме! Нужен свой угол.

Новые согласования. Покупка материалов для строительства. Это «съело» еще пару часов моего времени.

И все! Отмучался!

Осталось последнее запланированное дело на сегодня и как бы ни самое важное. Нужно избавиться от заработанных как честным, так и сомнительным путем средств. Тех, что я держу в бумажных ассигнациях. «Жгут» руки. А избавиться — значит вложить, приумножив свой капитал в будущем.

Вперед.

Торговый дом «Тральщики» — прочитал я название на вывеске здания в порту, перед тем как отряхнуть ноги о порог и зайти.

Я даже осмотреться не успел, как:

— Ох! Давайте я вам помогу. Метель, ужас!

Милая молодая девушка взяла у меня припорошенное снегом пальто, а шляпу я отряхнул сам. Но прежде — пока я стоял в ступоре — она меня причесала и надушила!

— Э-э-э, спасибо, — пробормотал я растерянно и чихнул (душистая вода попала в нос).

Такая учтивость немного настораживает. Медальон, перстень — бакалавр, понятно, но… Здесь точно есть НО. Запах! Мне очень хотят угодить!

Другая девушка принесла горячий шоколад.

— Согреться, — пояснила она, мило мне улыбнувшись.

Мне оставалось только поблагодарить девиц.

Подождав пока я отопью из чашки — покатав во рту шоколад, они переглянулись, и осторожно спросили:

— Как вас представить?

Я назвался, добавив к сказанному:

— Меня должны ожидать.

— Ой! Конечно-конечно! Мы сейчас же доложим о вас!

Чертовки убежали, оставив следить за порядком в фойе торгового дома мужичка-охранника из магов. Всего лишь неофит. В возрасте уже. На вид лет тридцать, а по ощущениям все шестьдесят. Запах груза прожитых лет.

— Не подскажете, — обратился я к нему, — здесь всех так встречают?

Он опасливо посмотрел на дверь, за которой исчезли девушки и отрицательно помотал головой.

— Эти девицы личные помощники управляющего торгового дома. Обычно посетителей встречает старая мегера — Добрена, но сегодня ей дали выходной, — пожал он плечами. — Не знаю почему.

Я хмыкнул и поблагодарил его кивком головы.

Ждать пришлось недолго. Девицы вернулись и препроводили меня к кабинету своего начальника, оставшись за дверью. Я прислушался и хмыкнул. Они обсуждали мою необычную внешность и спешно готовили для меня вторую порцию горячего шоколада и сладкие закуски.

— Господин, Кай!

Из-за стола выскочил управляющий торгового дома «Тральщики» — уважаемый Вилорик, спеша мне навстречу и протягивая пухлую ладонь для рукопожатия.

Чем-то, неуловимо, он напомнил мне о румяном пирожке что я съел пока искал это место прогуливаясь по порту и ловя языком снежинки.

— Прошу сюда, — указал он на отдельный столик и пару кресел для приятных переговоров между двумя людьми.

Я присел, после чего кресло напротив занял этот суетливый Вилорик.

Мужик волнуется и сильно. Переживает. Надеется. Много запахов.

Даже глаза не отводит, позволяя мне на краткие моменты нырять в его память и просматривать воспоминания о которых он сейчас думает.

Я решил «помочь» ему и заговорил первым. Не хотелось терять время.

— Один мой знакомый посоветовал мне обратиться в ваш торговый дом. Я. ХОЧУ. ВЛОЖИТЬ. В НАДЕЖНОЕ. ДЕЛО. СВОИ. СРЕДСТВА! — Отчеканил я каждое слово в этом предложении максимально жестко, намекая этим что с ним случится в случае если я потеряю эти деньги. — Это возможно? — Добавил я уже нормальным, мягким голосом.

— Конечно, — кивнул он, утерев платком пот со лба. — Сейчас самое время вкладывать! — Заверил он меня.

Одно мне не понравилось — как пах его пот. Это был страх. И хоть я отчасти понимал в чем дело, все же, я решил выслушать его, и только потом принимать решение.

— Я мало понимаю в рыбном промысле… Это проблема?

— О-о! Нет-нет. Конечно, нет. — Отмахнулся он от этой новости. — Я посвящу вас во все нюансы нашей работы. Это не займет много времени. Уверяю.

— Тогда начинайте, пожалуйста. Через несколько часов меня уже не будет в городе, и я хотел бы решить все свои дела до полуночи, — указал я на циферблат его позолоченных ходиков выскочивших из кармашка.

— Да. Разумеется. Так, — пробормотал он, сосредотачиваясь перед разговором. — Важно знать что наш торговый дом принадлежит держателям паев. Я лишь управляющий, — пожал он мясистыми плечами (и словно этого было мало, беспомощно развел руки в стороны). — Да-да. Управляющий поставленный руководить делами на месте. Кхым, — кашлянул он, набираясь духу чтобы спросить. — Вы разбираетесь в этом или мне стоит чуточку углубиться в тему паев?

— Я бы послушал вас. Продолжайте.

— Хорошо. Кхым. На данный момент, после неких событий, о которых я расскажу вам чуть позже, более половины наших пайщиков потеряли свои вложения в торговый дом и их пай более… Эм-м-м… Да. Извините. Забегу вперед, чтобы вам стало яснее. Войти в состав пайщиков торгового дома непросто. В нашем случае, из-за квот на вылов рыбы — новый пайщик — это уменьшение общего дохода. Но сейчас сложилась уникальная ситуация. Мы вынуждены искать новых складчиков. Решение об этом принято на общем собрании среди оставшихся держателей пая.

Закономерно у меня возник вопрос.

— Что случилось?

Вилорик поморщился.

— Совокупность обстоятельств. На протяжении целого года на промысловые суда — сейнера, траулеры, краболовы, драггеры (добывают водоросли и моллюсков на мелководье) — нападала одна тварь заплывшая к нам из более глубоких вод. Пострадали не только мы, — начал он зачем-то передо мной оправдываться. — Вся отрасль встала. Суда потеряны. Люди массово отказывались выходить на работу и теряли ее.

Мой взгляд был достаточно красноречив чтобы управляющий ответил на вопрос который я не задавал.

— Да. Мы тоже увольняли тех кто отказывался выходить в море. Иного выхода просто не было. В том случае если объем улова нашего торгового дома непозволительно уменьшится и мы не выберем свою квоту, нам ее порежут или вовсе… лишат квоты. Понимаете?

Я кивнул, уточнив.

— Как я догадываюсь, ситуация изменилась к лучшему?

— Верно. По-началу, когда тварь появилась и начала топить суда и убивать людей мы не восприняли проблему всерьез и выделили на ее поимку слишком мало средств. Если бы знать тогда! А-а! — Махнул Вилорик рукой в расстройстве и продолжил рассказ. — За дело взялись несколько команд охотников-зверобоев на опасную дичь и… И их не стало! — Цокнул он языком. — Мы увеличили выплаты, но все кто брался за эту работу — не выживали. И люди и маги. Неофиты, ученики, бакалавры. Десятки спаянных команд охотников! Стало только хуже. Значительные средства были потрачены. Выплаты за смерть магов едва не разорили всех нас, и торговым домам связанным с рыбным промыслом пришлось обратиться за помощью к городскому совету… — «Скис» он на последних словах.

— С этим связана какая-то проблема? Вы как-то поникли?

— Городской совет это сборище…

Вилорик замолчал, бросив на меня настороженный взгляд.

Тон он смягчил.

— Они вытащили из нас последние свободные средства, а потом долгие месяцы ничего не делали… Или нам так казалось, — пожал он плечами, скрывая в себе злость на них. — Тварь убили совсем недавно. Не знаю даже кому это поручили, — еще раз пожал он плечами. — Должно быть постарался младший магистр. Только вот…

— Только, что?

Он «проглотил» язык и мне пришлось подтолкнуть его (приподняв бровь — выражая тем самым вопрос).

— Все что я скажу дальше — это лишь мои догадки, домыслы. Понимаете?

Я медленно кивнул.

— Кхым. Да. Как-то все странно… Слишком быстро на замену полностью выбывшим торговым домам пришли наши конкуренты из другого, расположенного восточнее города. Заячья губа. Слышали? Но это только мои домыслы. Не могли же они… эм-м… Ну не могли же? — Плаксиво спросил он, словно я знаю ответ.

Хотя знаю — могли. Но это не мое дело. Вести торговые войны я не нанимался.

Я решил прервать его стенания и перейти к конкретике. Назвал сумму что хочу вложить в общее дело и спросил.

— На что я могу рассчитывать, и как это будет работать?

— Замечательно! — Просиял подрумянившимися щеками Вилорик. — Так, так, так… Дайте-ка я подумаю… — Застучал он пальцами по столику стоявшему между нами. — Хым… Да. Думаю мне удастся купить на эти средства сразу ТРИ траулера. Кхым. Они будут в полном вашем владении, но состоять на балансе будут у нас — это ваш вклад. Ваш пай будет рассчитываться исходя из стоимости имущества вложенного в дело. Так мы работаем.

— Понятно. Другие суда тоже принадлежат пайщикам? И сколько их у вас? Это же не секрет?

— Для вас — нет. Сейчас у нас одиннадцать судов. Из них — пять во владении магами-бакалаврами. А остальные шесть принадлежат богатым горожанам. Э-э-э, до этих событий, — неопределенно «поиграл» пальцами в воздухе управляющий, — наш торговый дом выпускал в море флот из двадцати трех судов. Но не волнуйтесь! С учетом вашего вклада я смогу уговорить кое-кого кто пострадал серьезнее чем мы влиться в наш торговый дом своими кораблями и квотой на вылов — сами-то они ее не выберут и потеряют все, так что мы только окрепнем! Будьте уверены.

Вилорик аж раздулся от довольства.

— Найм команды, ремонт кораблей, все это курируете вы? Я правильно понимаю? Мне не нужно этим заниматься?

— Конечно. Вы будет получать прибыль, а все остальное оставьте мне, — ткнул он себя пальцем в грудь.

— Хорошо. Меня все устраивает. Давайте оформим сделку, и я пойду.