– Ну не томи! – воскликнули Сизи и Энди.

– В вечер выпускного он должен был улетать, видимо в отпуск, ну туда, где тепло и всё такое. Устроили банкет для инструктора, на посошок, так сказать… а потом закантовали его бесчувственное тело в самолет. После того, как самолет взлетел, выяснилось, что это не тот самолет… То–то летчики сопротивлялись… Кроме того, по ошибке, вместо нормального багажа ему в чемодан засунули специально разработанное для него руководство «Как правильно разводить кур в условиях оазисов пустыни Халса». Он вернулся через три недели…

Весёлый хохот разнёсся по каюте.

– Так, всё. Я устала, – отложила я дневник. – Я хочу в душ, хочу есть, и хочу спать.

– Тут есть джакузи и бассейн, – поиграл бровями Энди.

– Я всё так же могу двинуть тебе в челюсть.

– И всё так же бессердечна… – вздохнул Энди. – Ладно, Сизи вырубай глушилку. Надо позвонить Докери, расскажу, что вы умники весь день читали дневники, ахали и охали, но так и не наши ничего.

– Эй! Притормози! – возмутился Сизи. – Эту тайну уже больше тринадцати тысяч лет пытаются разгадать, а ты хочешь, чтобы мы за день со всем справились?

– Спорьте сколько хотите, но на сегодня с меня хватит, – сказала я, поднимаясь со стула.

Взгляд зацепился за фальшивые карты, лежащие на столе одна на другой. Свет лампы ярким пятном высветил часть карты, лежащей под первой картой… а что если…

– Клин, смотри. На первой карте есть прокол. А на второй есть?

– Да, но они не совпадают…

– Так, я пойду, ребята, мне нужно позвонить Докери, – поднялся Энди.

– Я с тобой, мне уже надоело тут. Хочу спать. К тому же у меня есть собственная каюта, – вспорхнул на плечо Энди Сизи. – Сами тут разбирайтесь.

– Отлично, ну раз вы не будете больше работать с дневниками, то я заберу шкатулку, и мы уходим.

– Да–да, идите… – рассматривая карты на свет, сказала я. – Клин, возьми–ка лампу и стань вот тут.

Сложив карты одну на другую, я поднесла их к лучу света лампы.

– Что пытаешься найти?

– В дневниках, как и сказал Докери, упоминался механизм, а он должен нам что–то показать. Но мы уже проверяли на картах, на всех, но по одной. Я тут подумала… а если их сложить… и совместить по местам проколов… та–а–ак… карта первого форзаца на карту второго форзаца…

– Но эти карты, они все разные… разных мест…

– Вот именно, возможно, это как мозаика, ну знаешь как детские цветовые мозаики, нужно положить один цвет на другой – получишь третий.

– Но тогда… тогда получается… ничего не получается.

– Нет, ты не прав… получается… смотри, я совместила проколы на просвет… держи ровнее… и получается… хм–м… ерунда получается…

– Дай–ка я посмотрю, подержи ты. Хотя нет, сделаем по–другому.

Положив лампу на стол, Клин поставил по бокам от неё две толстых книги, а сверху положил тонкое стекло вынув его из фоторамки с изображением яхты. И получился миниатюрный стол со стеклянной поверхностью. Аккуратно уложив карты на импровизированную столешницу, Клин начал подгонять проколы на просвет.

– Смотри, у нас наложились координаты… но они странные…

– Сложи их.

– Но тогда это получится просто набор цифр…

– Нет, не просто, ты сам говорил, что механизм использовали в навигации, а что, если это зашифрованные координаты?

– Так, нужно попробовать ввести эти цифры в механизм, – взяв механизм Клин начал выставлять шестерни согласно полученным цифрам. Скрежет и тихие щелчки в полной тишине, я даже дыхание затаила…

– Та–а–ак, – выдохнул Клин. – У нас есть новые координаты… только чего?

– Возможно старые карты на форзацах нам скажут?

– Точно!

Я оказалась права, карты на форзацах показали нам две точки. Два острова. И один из них необитаем…

– Это невероятно! Столько лет! И вот! – воскликнул Клин. – У нас есть реальный шанс найти гробницу эльфийского князя! И всё благодаря тебе! Невероятно! – продолжал восхищаться он. – Ты невероятная! Ты самая невероятная и прекрасная женщина во всех мирах! Я без ума от тебя! – и впился в мои губы сумасшедшим поцелуем.

Одновременно почувствовать себя счастливым фейерверком с подкашивающимися коленками, и взлетевшим от переполняющих тебя пузырьков нежности воздушным шариком, было ново… Определённо, Клин Грасс умеет целовать женщин.

* * *

Для кого–то блаженство – это золото, деньги, для кого–то – мысль, что он особенный, не как все, для кого–то – секс или еда, а для кого–то – власть над миром и людьми… И все это имеет место быть и имеет право на существование… но не для меня и не сегодня. Сейчас я блаженствовала. Морское путешествие, водная прогулка… Кто же об этом не мечтает? Мечты должны сбываться. И мечтами нужно наслаждаться. Особенно если ты лежишь в шезлонге на палубе шикарной яхты и попиваешь коктейль. На горизонте великолепный пейзаж, восхищающий своей первозданной красотой, высокие горы, достающие вершинами до облаков, розовато–кремовые вечерние закатные облака, лёгкие и нежные, бирюзовая прозрачная морская вода бухты, сквозь неё видны проплывающие мимо рыбки, пальмы и другие экзотические растения, сладкоголосое пение птиц. Блаженство.

– Расслабляешься? – раздался голос Клина над головой.

– Ну, мне кажется, имею права.

– Ну конечно имеешь, но если ты помнишь…

– Доктор Грасс, я помню, что именно я разгадала тайну карт и вычислила место…

– Предположительное место…

– Пф… у вас и этого не было. Клин, что ты хочешь?

– Я хочу поговорить. О нас.

– Нет никаких нас. Мы просто поцеловались. И всё. Клин, мы взрослые люди. Иногда такое бывает. Это просто поцелуй. Я не сержусь на тебя. Ты не сдержался. Такое открытие и всё такое…

– Ну раз так… – потёр висок Клин. – Тогда у нас всё хорошо?

– Ну, конечно. У нас всё хорошо. Иди к ребятам, а то опять появится кто–нибудь из команды, и я вынуждена буду щебетать в стиле Мари Фарго, а мне это надело. Всё иди. Не мешай, – махнула я рукой и продолжила любоваться прекрасным видом.

* * *

Магия. Когда–то давно, её было чрезвычайно много в нашем мире. Он был пронизан магией. Буквально пропитан ею. Постепенно, её становилось меньше, и меньше, и меньше… начали появляться гости из других миров, неся искры, с их появлением наш мир начал неуловимо меняться… Однажды одна из девушек–попаданок мне рассказала, как она представляла магический мир. Это прекрасное место, где все обладают чарами, и вокруг, конечно же, всеобщее благополучие, цветущие сады и зеленые нивы, и богатые урожаи, и богатые города. Возможно, где–то и существуют такие миры, но наш мир определённо был другим. Вернее, стал другим. После ухода Драконов. Магия стала возвращаться в наш мир с появлением попаданцем. Но, магически одарённых стало рождаться меньше… Расы нашего мира научились жить с теми крохами магии, что остались. Научились распределять их. Делать амулеты, накопители, артефакты. Маги, владеющие сырой силой, научились частично отдавать её. Маги сильны, очень сильны, но их, вернее нас, всё равно очень мало. После закона о сохранении магических растений и животных, маги стали улучшать свойства обычных лекарственных растений и животных, делать из обычных вещей магические. Наш мир шагнул в развитии. Некоторые попаданцы действительно приносили в наш мир очень интересные и невероятные знания и навыки помогающие развиваться технологиям. В какой момент наш мир стал техномагическим, что неизбежно, ибо магия шла рука об руку с технологиями. Единственные существа, которые могли использовать магию без всякого контроля и практически безразмерно – фамильяры. Их магия особенная… защитная. Она была безграничной и незаметной. И её не отследить, никак. Фамильяры могут сделать практически всё для защиты своего доминирующего спутника. Например, поменять внешность, поставить купол–глушилку или накинуть отвод глаз. Многое, очень многое могут фамильяры. Чем я и пользовалась, я хороший следователь, но несмотря ни на что, не очень хороша как актриса, Сизи ворчал и бурчал, но всегда помогал. Как и Гизи помогал маме… всегда… Фамильяры особенные, по–настоящему особенные. Долго скрывать магию фамильяров не получилось, и вскоре на них началась охота.

Но, как всегда, вмешался случай. Вернее, любовь родителей. Маленькая Сюзи была дочкой богатых и влиятельных родителей, и Сюзи очень хотелось иметь маленького крылатого кролика. Очень хотелось. Папа любил свою крошку, не пожалел ни денег, ни времени. Ко дню рождения, в самый разгар вечеринки для пятилетних принцесс, малышка Сюзи получила своего кролика. Это был фурор. Крылатые пушистики всех мастей стали самыми популярным подарком. Через полгода они заполонили весь мир, и отличить настоящего магического фамильяра от обычного говорящего зверька с крылышками стало невозможно…

– Мистер Докери просто в восторге от ваших открытий, – прервал мои размышления голос Энди. – У нас полный карт–бланш.

– Неужели? А то, что эти два острова в нескольких тысячах миль друг от друга, его не смущает? – не отрывая глаз от прекрасного вида, спросила я.

– Он миллиардер, и может себе это позволить.

– Ох! Мистер Эндрю, – перешла я на птичий язык мисс Фарго, заметив одного из матросов. – То, что мистер Докери богат, это приятное дополнение. Прежде всего, мистер Докери помогает найти культурное наследие той эпохи! Это так прекрасно! Вы же понимаете?! У нас появился уникальный шанс! И это невероятное везение для моей диссертации! Я уже несколько лет ищу материалы для неё, но только сейчас смогла продвинуться. И я чрезвычайно рада этому! Вы только представьте мистер Эндрю…

– Он ушел.

– А можно без них продолжать наше путешествие? – скривилась я.

– Нет. Докери мне доверяет конечно, но не столько, – мотнул головой Энди.

– Жаль…

– И не говори… – вздохнул Энди. И тут же спросил без перехода, – Что у тебя с Грассом?

– Воу! Воу! Притормози! С каких пор ты вдруг стал моей дуэньей? – спустила солнечные очки на кончик носа.

– Ты сестра моего друга, ты и мой друг к тому же, – скептически поднял бровь Энди. – Я знаю, что сделает со мной дядя Шерр, в случае если я допущу ошибку…

– Я большая девочка…

– Эви, перестань увиливать.

– Хорошо, он ничего такой, без закидонов и видимых заскоков, и мы целовались. Это было спонтанно. Но мне понравилось. На этом всё. Пока.

– Ты уверена?

– Что он без заскоков? Ну, не знаю, мы не настолько знакомы…

– Я не про это…

– Энди, я полицейский, а он доктор наук…

– И что? – пожал плечами Энди. – Когда это мешало?

– Энди, перестань, не лезь в это. Пожалуйста.

– Ты ставишь меня в неловкое положение. Скотт и Шерридан…

– Энди…

– Вот вы где, – раздался голос Сизи. – Развлекаетесь? Мари ты же помнишь, меньше говори, особенно с таким сердцеедом как мистер Эндрю. Кстати, доктор Грасс бормотал что–то о координатах острова, а конкретика будет?

– Нет. Пока.

– А вот и да! – раздался голос Клина. – Одна мысль не давала мне покоя, вы слышали о камне Ваара?

– Да–а–а… – протянул Сизи. – Считается, что его нам оставила ушедшая цивилизация…

– Классная теория, но нет, – опроверг его Клин. – Его обнаружили три тысячи лет назад, и дело в том, что с лицевой и задней стороны мрамор отшлифован, а с боков нет. Это означает, что там что–то было сбоку и поскольку это верхняя часть, сверху была статуя, то она на чём–то стояла, снизу было какое–то сооружение. По всей видимости, это могло быть какое–то общее большое надгробие. И кроме всего прочего его обнаружили на морском дне.

– Если допустить, что это надгробие, то получается Княжеская могила на дне морском? – спросил Энди.

– Нет, – ткнул в побережье пальцем Клин, – Дело в том, что у этой бухты весьма специфический рельеф дна, из–за сейсмоактивности оно меняется очень быстро. Вулкан. Мне кажется, княжеское надгробие попало в море совершенно случайно. Где–то в начале четвёртого века нашей эры тут был построен подводный фундамент для портового сооружения. А для этого жители острова собирали камни по всему городищу, так как на острове тогда был дефицит камня…

– Тогда получается, что кусок надгробия, который притащили туда и вложили под водой в фундамент, был выломан. И поэтому сохранилось это надгробие, иначе оно не дошло бы до нас, – сказала я.

– То есть, надгробный камень с могилы князя оказался на дне морском, поскольку был перенесён из своего изначального места? – спросил Энди.

– Да, и косвенным доказательством служит тот факт, что боковые грани надгробия обработаны довольно грубо. Не думаю, что надгробие для могилы князя и его жены делали спустя рукава, – ответил Клин.

– Согласна, одинокая могила на дне бухты – это странно… Но… можно предположить, что человек завещал похоронить его таким образом…

– Допустим, одна могила – да… Но целый подводный некрополь – это уже как–то чересчур. – сказал Энди.

– Итак, жена князя была всё–таки похоронена на суше, то есть искать сокровища на дне морском бессмысленно? Или нет? – подвёл итог Сизи.

– Да, бессмысленно, – кивнул головой Клин.

– И чему ты радуешься? – подняла бровь я.

– Вот тут, смотрите, – Клин положил капитанский журнал Черного Пирата на столик, где стоял мой коктейль. – На сороковой странице, на полях, видите, рисунок. Я сначала не понял, думал просто рисунок летящей птицы. А потом присмотрелся… он нарисован неправильно. При таком расположении крыльев ни одна птица не сможет летать.

– Пф… и что? – спросил Энди. – Ты много знаешь пиратов способных нарисовать птиц с правильным положением крыльев?

– Нет, ты прав, в девяносто девяти процентах из ста пираты были неграмотны. Но! – поднял палец вверх Клин. – Наш Буревестник был не просто пиратом, он получил блестящее образование! А в то время для мальчика из благородного семейства, коим и был Джеймс Мориган, кроме всех полагающихся наук, обязательны были танцы и рисование! И Мориган был очень талантливым художником! Он не мог вот так нарисовать.

– Допустим, что Мориган действительно специально нарисовал неправильно. И что нам это даст? Правое крыло и клюв этой птицы указали, где лежат сокровища? – спросила я.