Сжав виски, прочитала результат перевода, получался полный бред. Отложила листы и пошла обедать. Иначе Тина притащит обед в кабинет, в этом плане она была просто маленьким домашним тираном.

– М-м-м-м… Тиночка, это очень вкусно, – откладывая салфетку сказала я. – Ты превзошла сама себя.

– Ой, миледи, да перестаньте… – зарделась Тина. – Как говорила ваша прабабушка, была бы курочка, приготовит и дурочка…

– Миледи, вас к телефону, – заглянув в столовую, сказал Сэм.

– Спасибо, Сэм. Иду, – вставая из-за стола, ответила я. Прошла в холл и взяла трубку.

– Добрый день. Леди Сторн? – раздался в трубке красивый глубокий мужской голос.

– Добрый день, да, это я. С кем имею честь?

– Это инспектор Тандан Донер, главное управление полиции. Леди Сторн, я вынужден пригласить вас в управление.

– А что случилось? Зачем я понадобилась управлению?

– Дело в том, леди Сторн, что вчера вечером было совершено ограбление архива, в результате которого погиб Дарис Гроди, ночной смотритель…

– О Богиня! – вырвалось у меня. – Конечно, инспектор Донер, во сколько нужно подойти?

– К четырём вам будет удобно?

– Да.

– Отлично, я оставлю пропуск для вас. До встречи в управлении, леди Сторн.

– До встречи, – пробормотала я и повесила трубку. – Тина, подготовь, пожалуйста, зелёный костюм.

– Что-то случилось, миледи? На вас лица нет, – забеспокоилась Тина.

– Да, случилось, кто-то ограбил архив, и.… и погиб Дарис Гроди.

– Ох… – прижала ладони к щекам Тина. – Ужас какой…

В управление я прибыла за десять минут до назначенного срока, хмурый сержант на входе придирчиво оглядел меня, мои документы, выдал пропуск и опять уткнулся в книгу регистрации.

– На второй этаж, третий кабинет слева от лестницы, – буркнул он, после моего покашливания.

Не став заострять внимание на этом, направилась по указанному маршруту. Около кабинета стояла жесткая скамейка, на которой сидела утиравшая слёзы Лора.

– Ой! Леди Сторн, добрый день, – вскочила она. – Это так ужасно, такой кошмар…

– Здравствуй, Лора. Да, ужасно. Ты уже там была?

– Да, только вышла, этот инспектор просто невероятный хам, такой грубый, такие ужасные вопросы задавал! Он как будто меня подозревает!

– Ну-у-у.… у него работа такая, всех подозревать.

– Это да, но всё равно… – шмыгнула красным носом Лора. – Он невероятный хам…

Дверь кабинета распахнулась, и оттуда выскочила пышущая негодованием Линдси. Глаза её метали молнии, губы дрожали, руки, казалось, вот-вот порвут тонкий батистовый платочек.

– Хам! – выдохнула Линдси и что есть сил хлопнула дверью, осмотрела нас с Лорой всё ещё гневным взглядом и добавила, – C точки зрения концепции банальной эрудиции, хамы – персонифицированная модификация фoбиoзнoгo иррационализма, рефлексирующей экзистенции, эквидистантно пролонгированной от палеонтологического прототипа. – И тут же без перехода добавила, – Лора, не реви. Леди Сторн, моя личная просьба, размажьте этого нахала, как вы это умеете! Поставьте на место этого выскочку! Всё, пойдём, Лора, мне срочно нужно съесть что-нибудь вкусное и вредное, иначе я взорвусь! Удачи, леди Сторн.

Ухватив за руку всё ещё шмыгающую носом Лору, Линдси направилась к лестнице. Проводив коллег взглядом, постучала в дверь.

– Войдите, – раздался тот самый голос, что я слышала по телефону.

Войдя в кабинет, зажмурилась. Солнечный свет, бивший из окна за спиной сидящего в кресле за большим столом мужчины, резанул глаза. Проморгавшись, прошла в кабинет. Из-за стола поднялась огромная фигура. Действительно огромная. Мужчина был ростом семь футов, не меньше. Даже мне, с моими шестью целыми и двумя десятыми футами, пришлось бы задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза, окажись мы рядом. Черный китель подчёркивал могучий разворот плеч, непокорная шевелюра цвета самой тёмной ночи, резкие, но гармоничные черты лица, прямой нос, четко очерченные губы, темные дуги бровей и невероятные серо-голубые глаза. Стоило ему протянуть руку в приглашающем жесте, как под форменным кителем прокатились канаты мышц, казалось, всё его большое тело было сплетено из этих канатов. Весь его вид мог внушить страх и трепет. Но мне не было страшно ни одного мгновения.

– Что вы хотели?

– Добрый день, – решила быть вежливой я, садясь на не самый удобный стул. – Я леди Сторн.

– А вы уверены?

– В чём? Что день добрый? – недоуменно приподняла бровь.

– Нет. В том, что вы леди? Знаете ли, незаконное присвоение титула уголовно наказуемое деяние в нашем королевстве. Да и что-то не тянете вы на леди, – перешел на панибратский тон этот хам. – Если вы хотели набить себе цену, дамочка, то не стоит, с такой фигурой, это не к чему.

– Согласно пункту три статьи двадцать четыре закона семь Королевского кодекса, незаконное присвоение титула карается лишением свободы и принудительной каторгой от трёх до семи лет, – ответила я. – Я действительно леди Лисандра Аурелия Танаис Сторн, графиня Сторн, что подтверждает родовое кольцо на моём среднем пальце правой руки, – ответила я и продемонстрировала фамильное кольцо с изумрудом, подняв сжатый кулак и оттопырив упомянутый палец. – А теперь, если мы закончили с выяснением и подтверждением моей личности, позвольте уточнить, с какой целью вы пригласили меня?

– Ух, ты! Какие мы… – широко улыбнулся этот нахал, задержав взгляд на моём пальце. – Ну надо же, действительно леди Сторн, славящаяся своей удивительной и исключительной памятью. Отлично. Я обязан предупредить, наш разговор будет записан на звуковой кристалл. Ну что ж, начнем. Леди Сторн, вас пригласили для уточнения некоторых данных. Ответьте, пожалуйста, леди Сторн, где вы были вчера с десяти вечера и до половины первого ночи?

– Дома.

– Кто может подтвердить эту информацию?

– Моя экономка и дворецкий.

– Мм-м.… экономка, дворецкий? И позвольте узнать, откуда у разорившейся аристократки дворецкий и экономка?

– Несколько лет назад моя прабабушка оставила мне в наследство дом, в котором я сейчас проживаю, и некоторую сумму денежных средств, ко всему прочему, я лицензированный маг и дипломированный специалист в сфере древней истории и языкознания. Это даёт мне возможность оказывать хорошо оплачиваемые услуги архивариуса и переводчика в Главном управлении архива.

– Услуги? Очень интересно. Вы только в архиве услуги оказываете? – тоном выделил он, слово услуги.

– Нет, ещё я недавно оказала услугу леди Мойн, жене главе департамента Магических расследований, подарив ей сборник Рауля Рости в первой редакции, что весьма кстати оказалось, поскольку их сын сейчас заканчивает Академию в столице и собирается стать дипломатом. Ему прочат отличную карьеру, – тонко намекнула я.

– Да, весьма одарённый юноша, – кивнул головой инспектор, кинув на меня грозный взгляд, прекрасно поняв намёк. – Так же, вы сильны в юриспруденции, насколько мне известно. Вы смогли доказать невиновность Патрика Бон.

– Всё верно. Обвинение и задержание были не законны, так как были нарушены все процессуальные нормы. Улики не были оформлены, а свидетельские показания не были задокументированы должным образом. Главными уликами инспектор Роук посчитал ссору Патрика Бон и Милинды Вартис, накануне убийства последней, наличие царапин на щеке Патрика Бон, рубашку со следами крови, и найденное на самом видном месте орудие убийства. Как показал в последующем опрос свидетелей, в момент совершения преступления у Патрика Бон было алиби, следы от царапин появились в результате нелепого стечения обстоятельств, а сама рубашка не принадлежала Патрику Бон. Её, как и орудие убийства, подкинул убийца, которым оказался младший брат инспектора Роук, уговоривший своего брата пойти на должностное преступление, подтасовать улики, показания и обвинить в этом преступлении Патрика Бон.

– Какие отношения вас связывали с Дарисом Гроди?

– Никакие. С ночным смотрителем Дарисом Гроди за почти три года работы в архиве я поздоровалась и попрощалась двадцать семь раз, всё.

– Когда вы в последний раз посещали секцию три-семь?

– Три дня назад. Необходимо было составить ответ на запрос.

– Какой запрос?

– Это секретная информация. Если вам необходима эта информация в рамках данного расследования, согласно приказу семь-пятнадцать, вы можете направить запрос по форме четыре-семь моему непосредственному руководителю.

– Вам знаком Чедвик Доусон?

– В сущности, нет, я никогда не видела и лично не была знакома с ним. Но человек известный под именем Чедвик Доусон был женихом леди Эолантры Виктории Сторн, которого, вышеупомянутая леди застала в пикантный момент измены. В ходе ссоры Чедвик Доусон толкнул леди Эолантру Викторию Сторн, и она, ударившись виском об острый край стола, скончалась на месте. Сам Чедвик Доусон, скрылся с места убийства. По данным следствия, имя Чедвик Доусон вымышленное, под ним скрывался брачный аферист по кличке Аристократ. В ходе следствия выявили ещё три эпизода. В которых фигурировали: Александр Мар, он же бывший жених леди Розалии Кристины Горсс, Винсен Лори, бывший жених леди Жанеты Анны Фонте, Себастин Корт, бывший жених леди Каролины Августы Виоллы Трикс. Всех леди объединяло то, что они являлись аристократками и весьма состоятельными вдовами. По данным следствия, Аристократ в ходе своих афер обманным путём завладел суммой в восемь с половиной миллионов золотых, которые ему передавали вышеупомянутые леди, в том числе и леди Эолантра Виктория Сторн. Но только леди Эолантра Виктория Сторн была убита. Все остальные леди, хоть и остались без средств, но сохранили жизнь. Сценарий был всегда один и тот же, леди заставали своего «жениха» в компрометирующей ситуации, далее следовала ссора, после которой «жених» скрывался с деньгами. Через два года после убийства леди Эолантры Виктории Сторн было найдено тело, которое опознали как Чедвика Доусона. Дело об убийстве леди Эолантры Виктории Сторн, моей матери, было прекращено.

– Дело в том, что из архива, точнее из секции три-семь, были похищены документы по всем четырём эпизодам. Ни осталось ни одного задокументированного упоминания. Даже кристаллов с записями.

– Но ведь наш архив не единственный, где хранятся документы по этим делам.

– В том-то и дело, леди Сторн, это не первый случай, это целая серия грабежей архивов, за последние два дня были ограблены все три управления Королевского архива.

– И что? Везде были жертвы?

– Нет. Жертва только одна, Дарис Гроди. Видимо он очень добросовестный ночной смотритель, его нашли у раскрытых дверей секции три-семь. На месте преступления присутствовали следы борьбы. Дарис Гроди хотел остановить вора. Но не справился. Рядом с телом был найден амулет, – на столе появился красный шнурок с черной пластинкой. – Взгляните, вам знаком этот предмет?

– Нет.

– Понятно, – шнурок с амулетом исчез в ящике стола. – Леди Сторн, вы интересовались ходом расследования по делу вашей матери?

– Нет.

– Тогда откуда вам известны такие подробности?

– Я изучила дела, когда они пришли в наш архив. Предварительно написав запрос по форме один-три на имя своего начальника.

– Вы делали копии этих дел Леди Сторн?

– С моей памятью это излишне.

– Понятно. Запись окончена.

– Я могу быть свободна?

– Да.

– Всего доброго.

Я поднялась со стула и направилась к двери, но стоило только открыть её, как могучая рука, заставив вздрогнуть от неожиданности, закрыла её обратно.

Глава 6.

– И всё же, – раздался голос инспектора над ухом, – Вы сделали копии, леди Сторн?

– Да.

– Только бумаги или и кристаллы тоже?

– Всё.

– Я почему-то так и подумал. Где они?

– В архиве, конечно. Вы знаете, оттуда нельзя вынести ни одного документа или кристалла. А как кстати смогли обойти систему охраны? – задала встречный вопрос я, разворачиваясь лицом к инспектору.

– А ни как, если быть точным, то документы не совсем были украдены, они были уничтожены. Прям в архивах, преступник очень умен, использовал только одноразовые амулеты, рядом с документами клался активированный боевой амулет, всё это накрывалось малым защитным куполом, тоже активированным посредством амулета. И всё. Локальный взрыв уничтожал все документы и кристаллы, а купол не давал пройти сигналу на пульт охраны. Пропажу и уничтожение обнаруживали даже не на следующий день, защитный купол рассчитан на неделю. Только в Калле пропажу и уничтожение заметили практически сразу, и то потому, что погиб смотритель.

– Но подождите. Разве после первого случая ограбления не было заведено дело, не был послан запрос?

– В том-то и дело. Первый зафиксированный случай ограбления, не был первым.

– То есть?

– Первый именно зафиксированный случай был в Стелфе, в пятницу там обнаружили действующий купол. Направили запрос в столичный архив. А вот там-то в пятницу и сработала система охраны. Купол перестал действовать. Пока разбирались, пока объединяли дела, к концу дня отравили запрос в Калле. Вот только не успели, выходные…

– Нет-нет, наш архив обрабатывает запросы даже в выходные, – покачала я головой.

– Да, ваш архив обрабатывает, но столичный инспектор, которому передали это дело, решил вечер пятницы провести с друзьями в одном весьма интересном месте, и составленный запрос оставил на столе секретаря. Секретарь, госпожа весьма пунктуальная, ровно в шесть вечера покидая своё рабочее место, оставила все запросы дежурному. Дежурный первым делом отправил «уголовные» запросы, а потом его отвлекли коллеги из смежного подразделения, прося срочно связаться с другим смежным подразделением, поскольку сами они этого сделать не могли, что-то там со связью. А дальше, дежурный, потратив на решение вопроса около двух часов, захотел выпить чаю и позвонить своей жене, которая в положении, и весь день себя плохо чувствовала. Разговор затянулся ещё на три часа, так как у неё начались роды. И он очень переживал, что в общем-то нормально, особенно если ты слышишь крики любимой женщины в трубку телефона. Роды проходили дома, поскольку они преждевременные, и доктор принял решение не везти пациентку в лечебницу. Сам дежурный два раза терял сознание за это время. Коллеги решили чуточку успокоить его и добавили пять капель экстракта валерианы в его чай, не зная, что у него аллергия на данный препарат. И доктор уже понадобился самому дежурному. Впопыхах все забыли про запросы, а дежурный, который должен был сменить его в субботу, тоже очень хорошо отметил вечер пятницы и отравился устрицами. Вызвать на замену третьего дежурного не смогли, он, как и четвёртый, уехал с семьёй из города отдыхать куда-то в горы, и они прибудут не раньше понедельника. И на место дежурного поставили молоденького практиканта, у которого нет доступа к системе отправки, так как, этот доступ выдаётся только тому, кто ознакомился, под подпись разумеется, с номенклатурой и кучей приказов. Чтобы ознакомится, нужно иметь квалификацию, а у практиканта ее, конечно же, нет. И естественно, ему никто не дал бы этот доступ. В субботу все запросы инспекторы, ругаясь сквозь зубы, отправляли сами. И про стопку запросов на столе дежурного практиканта все забыли. А сегодня, в воскресенье утром, обнаружили тело Дариса Гроди и активированный малый защитный купол, под которым был только пепел, – закончил свой рассказ инспектор, гневно сверкая глазами.