Короткий привал решено было организовать у брода через Дераг. Играть в прятки не имеет особого смысла. С воздуха нас и так, и так заметят. Баллею не нужна дорога, лишь направление, дорога появится сама собой. Но из-за этой особенности любая маскировка теряет практический смысл.

Скрытый путь через горы после нашего спуска на равнину быстро перестал быть скрытым. Русло и оба берега речки, по которой мы шли, теперь так искорежено грунтозацепами паро-магических големов и копытами лошадей, что одного случайного взгляда достаточно, чтобы понять очевидное — в этом месте прошел крупный отряд из всадников, оруженосцев и рыцарей. Думаю, странности можно заметить даже с высоты. Это если забыть про такой незначительный факт, что с высоты сложно не заметить целый баллей.

Это тебе не копьё паро-магических големов в пустошах Вольной марки прятать. Да и там нам сильно везло — никто такого хода просто не ожидал.

Сейчас же любая дорога баллея не по дороге превращается в дорогу. Хотя с местной растительностью могут быть варианты, это я понял, когда мы достигли Дерага.

Прошло не так много времени, а у бродов через реку не осталось практически никаких следов недавнего сражения. Трава быстро поглотила их, знаменуя победу жизни над смертью.

Только опалённые огнесмесью стволы деревьев справа от дороги с немым укором напоминали о том, что здесь недавно отгремела битва.

Усевшись на земле возле ноги «Феникса», я лениво наблюдал за копошением сахсаров, проверявших наши немногочисленные припасы, большая часть которых становилась их припасами.

Здесь наши пути расходятся. Всадники и обоз будут для баллея не помощью, а гирей на наших стальных ногах, раза в два уменьшая скорость и быстроту марша. А это недопустимо!

Не знаю, удалось князю Норому вывести из строя дирижабли, или нет, но наша главная ставка — скорость и внезапность удара. А значит, следует бросить всё, и рваться к Хальту налегке.

Ихора в баках хватит, чтобы сбегать туда и обратно. С водой на Талхале проблем нет, это не Вольная марка. Еда тоже не такая большая проблема. Мы не по безлюдным пустошам или заснеженным горам идти будем. Всегда можно что-то купить или выменять у местных. В самом крайнем случае можно и отнять.

Впрочем, до этого вряд ли дойдёт, продовольствием на пару дней мы запаслись. А больше и не надо.

Стукнув ногой по выступающему вперёд «пальцу» грунтозацепа, Бахал грузно опустился на землю рядом со мной.

— Сменил портки? — поинтересовался я.

Он закатил глаза.

— И этот человек обвиняет меня в тупых шутках, — взгляд его скользнул в сторону таких далёких и таких близких гор. — Это был интересный опыт, но повторять его мне не хочется. Думаю, после такого наших «птенчиков» можно без всяких скидок считать настоящими оруженосцами.

— С этим сложно спорить, — согласился я.

Путь через горы вышел не простым. Без помощи магов мы бы не прошли, но и помощь магов не отменяет необходимого мастерства пилотов. Магическая сила не бесконечна. Один раз вытащил зазевавшегося оруженосца из пропасти. Второй раз вытащил. А на третий раз у мага не хватит сил. Но всё обошлось — прошли через горы без потерь. Седые волосы не считаются.

После таких испытаний и с учётом полученного «птенцами» боевого опыта, нам просто нечему их учить.

Разве что городскому бою. Но этот пробел образования мы закроем в Хальте.

Хорошо, что князь всех князей словно позабыл про отправленных на обучение юнцов, и не требует их срочно назад. С учётом понесённых потерь, они бы ему не помешали.

— Что дальше? И куда это собирается наша доблестная конница? — устало поинтересовался Бахал, развалившись на траве, словно на пуховой перине.

— Дальше? — сорвав травинку, я пожевал её кончик. — Мы идём на север. А всадники займутся отловом гонцов.

— Север? — На забронзовевшем от загара лице Бахала читалось искреннее удивление. — Разве мы не должны двигаться к Серебряной долине, а затем дальше, к лагерю армии Компании возле руин Ховрана?

В детали плана он не посвящен и сделал неправильные выводы.

— Нет, наша цель — Хальт. Радуйся, твоя мечта исполнится!

Но радостным он не выглядел.

— Да ладно, — не поверил бывший наёмник. — Ты шутишь… Ты же шутишь? — добавил он, уже не так уверенно.

Выразительное молчание стало лучшим ответом из возможных. Бойся своих желаний. Даже шуточных.

— Князь всех князей не взял его огромной армией, — напомнил Бахал, яростно почесав короткую бородёнку, отросшую за это время.

— Его ждали, а нас никто не ждёт, — усмехнулся я, помахав травинкой, словно дирижерской палочкой. — Тогда Компания стянула к Хальту все силы, а сейчас все эти силы бьются лбом о нашу оборону в Долине гейзеров. Они сделали то же самое, что проделали мы с Сонгалем — сняли все орудия с фортов, прикрывающих город со стороны суши.

Насчёт всех орудий, я не уверен. Но звучит красиво. Да и большая часть пушек взята оттуда. Ошибка, за которую Компании ещё предстоит заплатить.

— Рыцари пусть и с поддержкой магов, плохо воюют в городе, — Бахал явно решил поиграть в скептика, ища дыры в моём плане. Лезть в город, несмотря на возможную добычу, ему не хотелось. Могу его понять.

— Даже в городе рыцарь остаётся рыцарем, — пожал я плечами.

Да, у латников и сержантов, что уж говорить о магах, открываются новые возможности для его поражения. Но он всё равно остаётся достаточно трудной мишенью. Особенно под прикрытием своих латников.

— А кто будет чистить дома? Сам знаешь, латники не станут встречать нас на улицах, принимая удар грудью. Затаятся и постараются ударить в спину, — справедливо напомнил Бахал.

— С зачисткой нам помогут, Дивия приведёт не меньше тысячи «непримиримых», — пояснил я, приоткрыв часть наших планов.

— Обещать легко. Будем надеяться, что княгиня выполнит хотя бы часть своих обещаний, — вздохнул он.

— Что там насчёт моих обещаний? — раздался из-за рыцаря знакомый голос, заставив вздрогнуть не только Бахала, но и меня.

Ненавижу эту привычку Дивии незаметно подкрадываться со спины. У неё это слишком хорошо получается!

— Бахал говорит, хорошо, что твои «непримиримые» помогут нас с Хальтом. Без них у нас мало шансов, — не моргнув глазом, соврал я.

Тем более, это не ложь, а чистая правда. Я в глазах Бахала так и вижу, что именно это он и хотел сказать.

— А мне послышалось что-то другое, — заметила Дивия, появившись из-за ноги «Феникса». — Что-то похожее на сомнения. Причем, в моей честности.

— Вот именно — послышалось, — не отступал я.

Она раздражённо фыркнула, но настаивать на правильности своей версии не стала.

— Пожалуй, я пойду. — Бахал решил, что самое время провести манёвр отступления и быстро ретировался.

— Не понимаю, как ты его терпишь? — нахмурилась Дивия, проводив бывшего наёмника нечитаемым взглядом. — Рыцарь он хороший, но слуга — плохой. Слишком независим и довольно жаден.

Опять она мерит моё окружение своими, дхивальскими мерками, сравнивая Бахала с сахсарами.

Каста воинов Дхивала — странное явление. Боевые слуги, если не сказать рабы. Добровольные, довольные своим положением и фанатично преданные господину. Мечта наших фольхов, воплощённая в реальности.

Может и великогартские фольхи на Дхивал лезут из чувства зависти?

— Ты описываешь Бахала или меня? — хмыкнул я, отлично понимая, зачем затеян этот разговор.

С некоторых пор Дивия очень аккуратно, можно сказать нежно и любя, начинает подминать меня под свой каблучок. По крайней мере, пытается это сделать, прощупывает почву.

Желание понятное — Дивия из тех женщин, что во всех смыслах любят быть сверху, доминировать и повелевать. Но с чего она взяла, что у неё что-то получится? Я не против равного партнерства. Но ведомым не буду.

Странно, что Дивия этого не понимает. Или, обманывая себя, не хочет принять, оставаясь в заблуждении иллюзий, что меня можно как-то переделать.

— Так ты не против моей компании в рыцаре? — резко сменив тему, поинтересовалась она, смерив «Феникса» задумчивым взглядом.

— С каких это пор тебе нужно моё разрешение, — искренне удивился я.

— Ты прав, оно мне не нужно, — на её губах появилась улыбка, — но хотя бы из вежливости следовало показать, что я в нём нуждаюсь.

Слишком откровенная она сегодня — это не к добру.

Встав с земли, я напустил на себя важный вид и слегка поклонился, указывая рукой на «Феникса».

— Прошу, моя грозная госпожа, экипаж подан.

Скрывая улыбку, Дивия благосклонно кивнула, шагнула на грунтозацеп и начала ловко забираться вверх по скобам лестницы. Немного помедлив, я последовал за ней, любуясь интересным видом.

Да, всё же вторая лестница на «Фениксе» просто необходима. И скорость «залезания-покидания» увеличится, и отвлекающих факторов меньше, когда экипаж разнополый.

К чести Дивии стоит заметить, сгонять Ардара с заслуженного места второго номера она не стала, пристроившись рядом с люком, из которого явно планировала торчать большую часть пути. Хотя Ардар был явно не против ей уступить. А ещё лучше — поискать себе другую машину. Но такой возможности у него нет, и не будет.

Мне нужен рабочий второй номер. Дивия, хоть и маг, с рунным орудием не справится. Не потому что не может, а потому что не обладает необходимыми навыками. А учить её мне некогда.

«Черный феникс» ожил. Где-то на задворках сознания появилось почти забытое ощущение дискомфорта от чужого присутствия в кабине. Свербит, словно неглубокая заноза, а скорее впившийся в ступню жесткий волос. Боли вроде бы нет, наступаешь на ногу без проблем, но чувство неправильности не отпускает.

— «Феникс-1» всем «Фениксам», доклад о готовности, — пробудив рыцаря, бросил я через амулет связи. Выслушал доклады от командиров полукопий, и добавил, отдавая последние приказы о построении походной колонны: — «Феникс-3», на тебе передовой дозор. Дистанция сто. «Феникс-4», ты смотришь за нашим тылом, дистанция пятьдесят. Доклады каждые пятнадцать минут. Остальные «фениксы», построение по номерам, я ведущий. Начинаем движение.

Ведомое Амратом передовое полукопье двинулось в сторону от брода. Пересекать Дераг, повторяя ошибку князя всех князей, мы не будем. Пойдём напрямую к Хальту вдоль левого берега.

Князь всех князей хотел захватить не только Хальт, но и обширную, плодородную равнину правобережья, а наша задача — скорость и наглость. Никаких захватов, оставленных в тылу для контроля территории гарнизонов.

Да — это рискованно. Но выбора нет. И этот риск оправдан стратегической пустотой, что ожидает нас до стен Хальта.

Мерный шаг рыцаря успокаивал. Первую часть пути можно смело назвать «по памятным местам былой славы». Вот холм, где мы разбили лагерь мага Компании… не помню, как там его звали? Неважно!

Обломки разбитых оруженосцев и рыцарей пропали, сгоревшая земля покрылась свежим ковром зелёной травы, которая скрыла практически все следы недавнего боя.

В этой низине Амрат рассеял полк колониальной пехоты, а потом бегал от паладина, пока я в лесу неудачно прятался.

Дальше пошли места ещё интереснее.

От лагеря Компании, расположенного за рощей, осталось только пятно выжженной земли, на месте порохового обоза. Вездесущая местная растительность брала своё, но медленно. Трава еле-еле, небольшими зелёными точками пробивалась сквозь пепел.

Три часа движения прошли гладко.

Одна из причин, по которой выбор пал на левобережье — большинство поселений расположено за рекой. Правый берег — одни сплошные поля: рис, просо, местные пряные травы. А где поля, там и люди, которые эти поля обрабатывают. Но левый берег отдан во власть местных джунглей. Тут только редкие дороги, да вырубки ценной древесины, жителей практически нет. Мелкие поселения пойдут ближе к Хальту. Но до них мы доберёмся ближе к вечеру. Вернее, не доберёмся. Встанем на ночевку в месте, где потише и нет лишних глаз. А рано утром, пока солнце не встало, сделаем последний рывок к стенам города.

— Это «Феникс-3», у нас контакт! — подал голос Амрат, сообщив что-то кроме стандартных докладов.

— Что у тебя? — насторожился я, всматриваясь вперёд. Нет, ничего не видно, очередная роща перекрыла обзор.

— Небольшой караван. Но везут что-то важное. Три повозки. Десять человек охраны и один оруженосец.

Оруженосец? С учётом понесённых потерь, на простой груз Компания оруженосца не выделит, пожалеет. Значит, Амрат прав — груз ценный. Скорее всего, это проклятое демонами серебро из Серебряной долины — главный источник богатства и проблем Талхала.

Но плевать на ценность груза. Оруженосец — это проблема. Остановить нас он не сможет, а вот удрать, подняв тревогу…

— Отступай, пока вас не засекли! Подожди остальных. Мы идём, — коротко приказал я.

Три оруженосца против одного — расклад хороший, но не идеальный. Копье — гораздо лучше. Если бить, то наверняка.

— Поздно, нас заметили. Вступаем в бой! — бодро доложил Амрат и замолчал.

Заметили их! Опять детство в одном месте заиграло! Отматывать час за часом всё новый и новый километр скучно, а тут такое развлечение.

Если потеряет хоть одну машину, даже если она просто получит небольшие повреждения и не сможет держать скорость, низведу «Феникса-3» обратно в «птенцы».

— «Феникс-2», ускоряемся, — приказал я Бахалу. — Остальные «Фениксы» продолжают движение. «Феникс-5» ведёт колонну и остается за главного.

— Что-то случилась? — впервые за это время подала голос Дивия.

Даже не знал, что она может столько бодрствовать и молчать. Не женщина, а почти идеал. Со своими властолюбивыми тараканами в голове. Но кто из нас без греха?

Впрочем, я же не вижу. Возможно, она всё это время дремала где-то в углу кабины. Хотя люк вроде бы открыт, чувствуется дуновение ветерка.

— Пока что ничего не случилось, но может случиться, — отозвался я, прибавив скорости.

По всем параметрам расклад в нашу пользу. Три против одного. И Амрат давно уже не желторотый птенец. Несмотря на юность, его боевому опыту может позавидовать иной эданский рыцарь. Но всегда есть место какой-то гадской случайности.

Слишком гладко всё идёт — верный признак, что всё не гладко. Да, возможно я излишне потворствую своей паранойе. Но лучше так, чем погружаться в самообман, что всё идёт хорошо, а затем с разбега влетать в стену неприятностей.

Несмотря на мои опасения, авангард справился. Когда мы появились на поле боя, всё было кончено. Оруженосец охраны, старый добрый знакомец «К-3–3» валяется в кювете, окутанный паром и дымом. Пилот выбраться из машины не смог. Судя по обилию пара — сварился заживо. Да смилостивится над ним Синее пламя. Охрана и возницы так же перебиты, бежать они просто не успели.

Проблема пленных перестала быть проблемой из-за полного отсутствия сдавшихся в плен. Случайно так получилось или Амрат проявил разумную инициативу, не знаю.

Ладно, вру — не хочу знать. В любом случае, не добей он потенциальных пленников, пришлось бы взять эту грязную работу на себя. Нам некогда возиться с пленными. А отпускать их глупо.

Если бы это произошло дальше, чуть ближе к Хальту — были бы варианты для маневра. Убить лошадей и оставить пленных на дороге. Пусть побегают, пытаясь поднять тревогу раньше, чем мы достигнем города.

А так… одной проблемой меньше.

Но совсем без проблем не обошлось. Как я и предполагал, такое сопровождение означало ценный груз. А именно — серебро. Одна из повозок во время боя была полностью разбита. Необработанные самородки валялись в пыли, словно простые камни. Но каждый такой камушек порождал в душе приступ алчности.

Серебро — не золото. Но это всё ещё серебро! И оно валяется вот так просто в дорожной пыли.

— Амрат, что застыл? Всё чисто? Никто не ушел?

— Нет, все здесь, — отозвался он, отсалютовав глефой.

— Тогда чего стоим, кого ждём? Привала не будет — продолжаем движение, — бросил я, поборов приступ алчности.

— А как же серебро? — влез в беседу Бахал.

— К демонам это серебро. Привала не будет! — повторил я, стараясь убедить не только его, но и себя. Во второй раз побороть алчность было проще, чем в первый.

— Но это же серебро!

Несмотря на амулет связи, я почти физически ощущал возмущение Бахала, подтверждавшее слова Дивии об исключительных деловых качествах моего заместителя. Только проявились они очень не вовремя.

— Подели на всех, — напомнил я, отыскав идеальную причину. — Выйдет ктанов по пятьдесят на человека.

Спорное утверждение. Но добыча только кажется большой. Для одного человека эти несколько ящиков серебра — небольшое состояние. А для нашего отряда — досадная помеха в пути. Потеря драгоценного времени.

Оно того не стоит! Тот редкий случай, когда журавль в небе лучше зажатой в руках синицы.

Начинается гонка со временем — самым ценным, критически недооценённым и постоянно уменьшающимся ресурсом нашей жизни.