Сделав два шага назад, «Черный феникс» послушно остановился, плавно переходя в «спящий режим».

Немного посидев в пилотском кресле, отходя от синхронизации, я встал, поднял вверх руки, упер ладони в потолок и потянулся всем телом, разгоняя кровь.

Хватит на сегодня. Пообедаю и займусь другими делами. Может вечером, после ужина выкрою еще часик другой на «Феникса».

Времени мало, а новая машина, это всегда новая машина.

С големами, как с лошадьми. У каждого если не экземпляра, то модели свои особенности, характер. У «Черных драконов» слегка нарушена центровка. Это особенно заметно на высокой скорости — машину постоянно тянет вбок. Нужно быть внимательным при поворотах. Великогартские «ДК-3–2» довольно манёвренные, но склонные к опрокидыванию на высокой скорости. «Крабы» медлительны. Из-за дополнительной брони и длинного корпуса их бы следовало назвать «Черепахами».

Насчёт «Черных фениксов», вернее, одного единственного «Феникса», я пока никаких выводов не сделал. Не потому, что машина не имеет недостатков. Их список увеличивается с каждым днём. Но чтобы полностью раскрыть характер машины пары дней мало.

— Уже лучше, — скупо бросил я Ардару.

Заместитель Галноса довольно быстро освоился с позицией второго номера «Феникса» и бодро действовал в башне, управляя спаренными орудиями. Получалось у него куда лучше, чем у меня.

В ответ немногословный сержант молча кивнул, принимая похвалу. Свое внезапное повышение до… названия для его нового статуса пока что нет, он воспринял спокойно, с присущей ему флегматичностью.

Кстати, как называть таких вторых номеров? Это пока Ардар один. Если дело с двухместными рыцарями выгорит — а по «Фениксу» видно, что оно не лишено смысла — то таких сержантов или уже не совсем сержантов будет становиться всё больше. Возникнет вопрос названия, чтобы отделить их от других сержантов. Сержант рыцаря? Старший сержант? Ладно, потом что-нибудь придумаю. Или оно само сложится.

— Только после тебя, — кивнул я на люк, предлагая Ардару первому покинуть рыцаря.

Нога всё ещё болит, так что любой спуск и подъем для меня превращается в небольшое испытание. Ардар спустится куда быстрее, освободив лестницу.

Но насчёт ещё одного люка и второй лестницы Бахал прав — не помешает. Проблема в возможном конфликте рунных цепочек на силовом наборе корпуса. Но об этом пусть у Ланиллы голова болит. Она у неё умная — пусть мучается.

Дождавшись, пока ноги Ардара застучат по ступеням на корпусе, я осторожно выбрался из люка. Осмотрелся. Лагерь жил своей жизнью. Работы в долине практически закончились. Вернее, переместились вглубь. В километре от нас вынужденно неугомонные хадры, а как угомониться, если князь приказал, роют новые оборонительные позиции.

В остальном, мы готовы к встрече дорогих гостей. Настолько готовы, что даже хочется, чтобы они поторопились. Ожидание — это слишком утомительно.

Кстати, насчёт гостей…

На дороге показалась очередная пышная группа всадников. Казалось бы, ничего удивительного.

Передовые отряды армии князя всех князей появились ещё вчера вечером. Отряд за отрядом они останавливались у нашего лагеря для ночёвки, чтобы на следующий день продолжить путь к побережью.

Утром был короткий перерыв. Помня о мрачной славе Ховрана, никто не захотел ночевать в руинах. Но к обеду по дороге пошла настоящая живая река. Несмотря на понесённые потери, армия князя всех князей всё ещё была огромна.

Но эти всадники сразу же привлекли мое внимание. Дело не только в роскоши одеяний. Шахарты даже на войну наряжаются, словно на светский приём. Князь всех князей не даст соврать. Руян в этом плане почти аскет. С высоты рыцаря я отлично видел, добравшись до лагеря, от отряда отделилась небольшая группа всадников, самая «расфуфыренная», что говорит о богатстве и важности, и целенаправленно двинулась к шатру Руяна.

Интересно, кто это?

Несмотря на все попытки успеть к встрече незваных гостей, я опоздал. Довольно быстро переговорив с Руяном, незваные гости уехали. Вернее, гость был один. Остальные его сопровождали. Но человек не простой, сразу видно. Вряд ли кто-то из князей, таковых в армии Осомана Сухарата практически нет, скорее всего, один из родственников какой-нибудь княжеской фамилии. Второй, третий сын — те, кого не жалко потерять.

— И кто это был? — поинтересовался я, встав рядом с Руяном, вышедшим проводить гостя.

— Сарох еми! Гарн! Зачем подкрадываешься? — вздрогнул он, ругнувшись на дхивальском.

Забавная реакция, словно я поймал его на чём-то постыдном.

— И не думал — всегда так хожу. По сторонам чаще смотри.

— Ты со спины подошел. А на затылке глаз нет, — проворчал он, досадуя на свой мимолётный испуг.

— По сторонам смотри, — лениво повторил я, приветственно кивнув выглянувшей из шатра Зуми. — Периферийное зрение — слышал о такой штуке?

— Выучил новое умное слово?

— Не будем мериться длиной остроумия. Так кто это был? — вновь вернулся я к незваным гостям.

— Что мериться, если у меня длиннее… — опять недовольно проворчал Руян, но всё же ответил: — Это один из сыновей князя Линьа.

— А подробнее, для несведущих? — добавил я, напрягая память.

В Дхивале такое количество княжеств, что запомнить их я даже не пытался. Линьа — звучит знакомо. Явно какое-то из княжеств, расположенных поблизости. Хонгал отпадает, спасибо Компании. Значит это Салвал или Биномал. Но больше память ничего не выдаёт.

Руян посмотрел на меня с лёгкой укоризной, словно я сморозил какую-то глупость.

— Линьа — это княжество на Салвале. Именно на его земле твои люди организовали перевалочный пункт, — терпеливо пояснил он, тоном мастера-наставника.

Почти угадал! Теперь понятно, почему название показалось мне знакомым. Впрочем, дхивальские местные названия — это отдельная песня. Некоторые слова дхивальского звучат практически одинаково, а обозначают совершенно разное. Прибавим любовь дхивальцев к однотипным окончаниям, обычно означающим какую-то характеристику места… На десятом «ал», частом окончании в названии острова, начинаешь спотыкаться, путая один остров с другим. Добавим к этому названия городов, многие из которых оканчиваются на «аль», княжества, названые по названию столиц — в голове возникает дикая путаница.

Но сейчас не время и не место разговорам о фонетике дхивальского языка и географических названиях.

— Подозреваю, заехал он не за тем, чтобы выказать тебе свое почтение или попрощаться, перед отплытием на родину, — отметил я, всем своим видом показывая, что жду продолжения.

— Правильно подозреваешь, — не стал отмалчиваться Руян. — Причина не в этом. Князь Линьа как никто другой заинтересован в успехе моей компании на Талхале. Особенно после того, что произошло на Хонгале. Не трудно догадаться, кто станет следующей целью Компании.

— Так это твой таинственный союзник?

— Один из многих, — не стал отрицать племянник князя всех князей. — Я поддерживаю планы дяди. Но разделяю далеко не все его идеи с этим связанные. Мало власти в одних руках — плохо, но много власти в тех же самых руках — опасно. Князю всех князей необходим противовес. Среди князей хватает людей, думающих в таком же ключе, готовых объединиться и поддержать единомышленников.

Ничуть в этом не сомневаюсь. Руян хоть и послушно следовал в кильватере политики дяди, но явно внимательно посматривал по сторонам. Выжидал нужного момента, чтобы проложить свой собственный курс. Вот и дождался, вырвавшись на Талхал. Если ему удастся закрепиться на острове под носом у Компании. Удастся сделать то, что дхивальцам не удавалось десятки лет — отвоевать часть земель, которые они считают своими. То Руян сумеет превратить это в политический капитал.

Может он и не метит на место князя всех князей. Но кто сказал, что он не планирует забраться куда-нибудь выше своего текущего положения? Глава какого-нибудь Совета князей Дхивала, который станет тем самым противовесом власти князя всех князей. Чем не вариант?

Это дело не одного года. Возможно, десятилетия. Но Руян довольно молод — спешить ему некуда.

Осталось маленькая, незначительная деталь — нам нужно выжить и победить. Победителей все любят, а проигравших в лучшем случае жалеют.

— Я — шанс для князей Салвала получить надёжный щит от Компании. И они воспользуются предоставленным шансом. Много кораблей и войск они не дадут. Но из небольших ручейков складывается могучая река. Для обороны побережья сил будет более чем достаточно. Но Долина остается за нами. Всё решится здесь!

Князья Салвала…

Только что речь шла об одном князе. Интересно, Руян случайно оговорился или это толстый намёк, рассчитанный если не на меня, то на Дивию. Не зря же она уши греет, бесшумно заняв любимое место возле костра.

Как и я, заметила странных гостей и поспешила к месту действия, но не стала привлекать к себе внимания. Это она умеет, хоть и пользуется этим умением довольно редко, предпочитая эффектные появления.

Закончив свой непонятно на кого рассчитанный спич, Руян поспешил вновь укрыться в шатре. Постояв немного, я присел возле костра. Но Дивия картинно сделала вид, что меня не замечает.

Забавная она. Неужели всё ещё дуется? Было бы с чего.

Некоторое время мы любовались пламенем, не обмениваясь даже взглядами.

— И как тебе новая игрушка, понравилась? — она не выдержала первой, разорвав затянувшееся молчание.

Путь к примирению или ей просто надоело играть в молчанку?

— Рыцарь неплох. А насколько он хорош — бой покажет.

— Ты всё еще не проверил заложенные мины, — как бы невзначай обронила она, задумчиво посмотрев в сторону руин Ховрана. — Я их осмотрела, но что я в этом понимаю?

После стольких лет тайной войны, думаю, что очень много.

— Сегодня ближе к вечеру обязательно посмотрю. — Главное не улыбаться. Эта пантера слишком обидчива, как и полагается гордой, независимой кошке.

Остается проблема её вечной тени. Но когда я боялся теней?

— Лучше завтра утром, — внесла корректировки Дивия, и как бы невзначай добавила: — Намхол в это время будет очень занят.

Всё предусмотрела, как грамотный тактик.

Намёк понятен. Похоже, примирение произойдёт раньше, чем я думал. Оно и к лучшему. Судя по всему, дней через пять, максимум через декаду, долгое ожидание закончится. Придётся приложить немало усилий, чтобы с ним не закончились наши жизни.

Ожидание тяготит, пока ждёшь. Когда всё начинается, ты вспоминаешь о нём с ностальгией и теплотой. Особенно когда удаётся вырвать в начавшемся хаосе время для краткой передышки.

— Мне кажется, или вон та точка в небе, это дирижабль? — внезапно спросила Дивия, указав рукой, направление, в котором следует смотреть. Далеко, над руинами Ховрана на фоне серых облаков темнело небольшое пятнышко. Сразу и не заметишь.

— Тебе не кажется, — подтвердил я, напрягая глаза. Кто-то с интересом изучал нашу оборону с высоты. Но держался на почтительном расстоянии, не решаясь подлетать ближе.

Явный намек на то, что скоро всё начнётся. Компания настроена на решительную победу, а значит, пойдёт напролом.

Именно поэтому и надо жить здесь и сейчас, не откладывая на потом.

— Значит, завтра утром я проверю мины, — медленно протянул я, продолжая лениво наблюдать за крошечной точкой дирижабля в небесах. — Не хочешь составить мне компанию?

Дивия задумчиво склонила голову набок, локон чёрных волос упал на тонкую бровь, закрыв левый глаз. Тонкие губы изогнулись в предвкушающей усмешке.

— Я подумаю об этом, — кивнула она, смахнув с лица непокорную прядь. — Но на тот случай, если утром меня в лагере не будет — ты знаешь, где искать, — небрежно добавила она, подавив улыбку.

Толком не зажившая спина заныла. За остаток дня нужно срочно отыскать толстые перчатки.

* * *

— Как всё прошло? — встретила его вопросом Ришья, стоило Ринору переступить порог своего временного жилища.

Прежде чем ответить, князь Норома расслабленно откинулся на подушки ложа, и устало прикрыл глаза. Летать он не любил. А после любого полёта чувствовал себя совершенно разбитым.

Небо создано для птиц, а не для людей.

Сев на колени в изголовье ложа, Сетар молча начала массировать его плечи.

Благодарно кивнув, Ринор пересилил приступ лени и преступил к рассказу.

— Капитан «Небесного Стража» вошел в моё положение и любезно решил пролететь чуть дальше, чем требовалось по заданию. Мы осмотрели не только Серебряную долину, но и Долину гейзеров.

— Ты всучил ему взятку, — правильно расшифровала его слова Ришья.

— Услышать отказ было бы странно — все любят золото, — пожала плечами Сетар. Прервав массаж, она налила стакан тонизирующей воды и протянула его князю.

За свою долгую службу в Дхивале, Ринор видел, как малярия выкашивает целые армии. Поэтому ценил этот напиток куда выше самого дорогого и изысканного вина. Угощая тонизирующей водой только тех гостей, которые ему по той или иной причине интересны или симпатичны. Для остальных есть вино. Их, как и его, не жалко.

— В данном случае это были рубины, но да — кто же его не любит, — согласился он, пригубив воду.

— Как тебе картинка с высоты? — нетерпеливо поинтересовалась Ришья. — Ходят слухи, что дхивальцы роют в долине, что кроты.

Ринор хмыкнул.

— Не наговаривай на кротов. Слухи врут — они столько не работают. Но картинка внушает. Я и раньше не горел желанием атаковать Долину гейзеров в лоб, а теперь точно знаю, что это бессмысленно. Дхивальцы укрепились так, что осада Ховрана может показаться лишь небольшим, непродолжительным приключением. Огневой мешок! Единственная приличная дорога находится под прицелом. Десятки пушек стоят на пристрелянных позициях, ждут гостей. Широкие рвы, снижающие возможность маневрировать. Лабиринты траншей, в которых прячутся латники и сержанты. Каждую нору придется методично выжигать. И только то, что на виду! Демон знает, что ещё Гарн Вельк придумал и спрятал, ожидая нашей скорой встречи. Этот мальчик воюет странно, не по правилам. Потому и побеждает. Предсказуемый враг — малоопасный враг.

— Не жалеешь, что отпустил его тогда? — полюбопытствовала Сетар.

— Немного, — согласился Ринор. — Из него вышел отличный собеседник. Смотреть за его попытками меня обмануть было забавно. Интересно, он понял, что это я дал ему уйти? Или поверил в свою невероятную удачу? Кстати, хорошо, что напомнила. От атаки Серебряной долины нам, увы, не отвертеться. Зато я знаю, как нам избежать сомнительной чести возглавить первый штурм Долины гейзеров.

В том, что именно его людей погонят в наступление, Ринор не сомневался. Бывший друг Голтар Трагал стал совсем бывшим, упокоившись в земле Талхала. Но правление Компании никуда не делось. Как и планы Великогартии по ослаблению одного князя, ставшего слишком сильным, наглым и независимым. Но Ринор не обижался. Привык.

Ещё посмотрим, за кем останется эта партия.

Жить в тени Компании Южных морей, которая и сама пребывает в тени Великогартии, лишь поначалу комфортно. Рано или поздно тебе надоедает быть послушной марионеткой. Хочется разорвать опостылевшие нити. Особенно если кукловод положил глаз на твой кукольный домик.

— Если была одна ночная диверсия, то почему бы не быть другой? — мгновенно просчитала ход его мыслей Ришья.

— Испорченный ихор? Как четыре года тому назад на островах Черепах? — вставила Сетар. — У меня осталось склянок десять нужного состава. Выведем из строя наших оруженосцев, рыцарей и твоего «Жреца». Полный дисбаланс личных щитов, трудности с движением — все огненные кристаллы паровиков под замену.

Ринор, прикинул траты, и слегка приуныл. Неучастие в битвах — удовольствие дорогое. Но потеря оруженосцев и рыцарей выльется в ещё более крупную сумму. С заменой в последние годы стало совсем плохо. Великогартия и Компания не горят желанием усиливать ставшее слишком независимым княжество.

Хоть к князьям за рыцарями обращайся!

— «Жреца» нельзя, — вздохнул он. — Огненный кристалл таких размеров придется делать под заказ, а это долго и дорого. К тому же, выход разом всех машин будет слишком подозрительным. Так что «Жрец» будет участвовать в наступлении. Он крепкий, выдержит.

— Ночь — лучшее время для маленькой диверсии, — начала Ришья.

— Не сейчас. После битвы у Серебряной долины, — вставила Сетар.

— Понадобится жертва ночного нападения. Для правдоподобности, — продолжили девушки, дополняя друг друга.

— Утром заметим пропажу, но не обратим внимания.

— Запустим машины — обнаружим факт диверсии, начнём искать следы, найдём тело одного из наших.

— Поднимем тревогу, сольем испорченный ихор с «Жреца» — в последний момент «спасем» паладина от поломки.

— Главный вопрос, кто станет жертвой?

Ришья и Сетар вопросительно посмотрели на Ринора.

— Главный техник, — вздохнул он в притворном сожалении. — Он все равно шпионит для компании. Да ещё и подворовывает, поганец. Давно планировал «дать ему отставку», а тут такой удобный случай. Пусть хоть в смерти послужит мне, а не кому-то другому.