– Что вы здесь забыли? – спрашивает бородатый-усатый мужчина.

Как же тяжело определить его настрой. Вот для чего было настолько запускать растительность на собственном лице? Смею предположить, что там живет не одна разновидность паразитов. Усы так плавно переходят в бороду, что грань между ними стирается, а места для рта так мало, что я даже не вижу губ. Просто черная дыра, откуда исходят звуки. Голос холодный и достаточно громкий, чтобы выдать наше местоположение чудикам.

Заглядываю мужчине за спину, в тумане стоят еще две фигуры, но они остались на той стороне реки и их тяжело рассмотреть. Прищуриваюсь. Там что, еще и лошади есть? Да ладно.

– Я задал вопрос, – напоминает мужчина и подходит к нам еще на шаг. Точнее, он подтаскивает ногу и переводит дуло ружья с меня на Дилана и обратно.

Дилан делает шаг вперед, тем самым прикрывая меня от пули. Спасибо, конечно, но теперь я вообще не вижу человека с оружием и даже не пойму, когда он решится на выстрел.

– У нас незапланированная прогулка, – дружелюбно произносит Дилан. – А вы что тут делаете?

Выглядываю из-за плеча и замечаю по взгляду мужчины, как он нахмурился. Ответного вопроса явно не ожидал.

– Обходим свои территории, – отвечает он.

Дилан поднимает ладони вперед и миролюбиво сообщает:

– Сожалею, что мы забрались к вам. Это в планы не входило.

Тишина тянется не дольше десяти секунд, но из-за того, что я не вижу вооруженного человека, этого вполне хватает, чтобы нервы начали натягиваться.

– Вы пока не на нашей территории, – долетает из черной дыры.

Протяжно выдыхаю, но на всякий случай тянусь к поясу, где без дела спрятался пистолет. Меня так никто и не научил стрелять в мишень на расстоянии дальше вытянутой руки, но ведь даже наличие огнестрела в руках может способствовать более продуктивным переговорам. Так ведь? Вот у мужчины с мохнатым лицом отлично получается, почему бы и мне не попробовать?

– Не могли бы вы подсказать, где она начинается? – спрашивает Дилан, плавно опуская руки.

– На той стороне реки, – моментально отвечает мужчина, а я уже сжимаю рукоять пистолета. Я очень-очень сильно не хочу им пользоваться. В воспоминания тут же врываются девушки в цветастых платьях. Не понимаю, почему они преследуют меня вдвоем? Я стреляла только в одну, вторую сожрал чудик.

– Нам бы проехать, – просит Дилан громко и едва слышно шепчет: – Убери пистолет.

Это он мне?

Хмурюсь и поднимаю взгляд, чтобы убедиться – на затылке у него нет глаз. Тогда как он понял?

– Это для защиты, – шепчу я.

– Убери, – видимо, не размыкая губ более необходимого, шипит Дилан.

Приходится послушаться, ведь я не вижу полной картины происходящего.

– Куда едете? – спрашивает мужчина, не заметив нашего шепчущего диалога.

Возвращаю оружие на законное место и одергиваю края куртки так, чтобы пистолет было не видно.

– В Сачерстер, – честно отвечает Дилан. Хочется пнуть ему под коленку, чтобы он не трындел о наших планах всем подряд.

– Сколько вас? – спрашивает мужчина.

Напрягаюсь всем телом. Надеюсь, Дилан не полный дурак и не расскажет про всех.

– Пока двое. Еще семеро в машинах, – отвечает он, а я закатываю глаза. Если нас схватят, то никакого эффекта неожиданности от появления Дока и остальных не будет. Если нас сейчас застрелят, то пойдут за остальными.

И зачем я только напросилась в эту поездку? Стоит вспомнить причину, как я даю подзатыльник себе, а не Дилану. Я слиняла от Леи. Мне было плевать, куда и на сколько я уеду, а теперь, прячась за спиной Дилана, немного сожалею о поспешности принятия решения о приключении на квадроцикле. Кто же мог предположить, что двадцатиминутная поездка закончится угрозами от мохнатого человека?

Не понимаю, в какой момент мужчина и Дилан окончательно сменили тон беседы и стали общаться на равных. Будто позиции «у меня пушка, и это моя территория» и «мы мимо проходили» стерлись в пыль.

– Застряли возле моста святой Августины? – спрашивает собеседник Дилана.

– Да, – спокойно отвечает он.

– В прошлом году река вышла из берегов и разрушила его.

– Сожалею.

Щепотка тишины после короткого соболезнования Дилана рассеивается, мужчина произносит уставшим голосом:

– Нам не нужны проблемы. Мы – маленькое поселение, которое живет и старается не нарываться на неприятности.

– Нам тоже не нужны проблемы, – говорю я, выглядывая из-за плеча.

Мужчина уже опустил ружье, а к нему успели подойти два парня, которые по возрасту подошли бы Арчи в друзья. Они не выглядят агрессивными. Даже оружие, висящее у каждого на плече, скорее является фоном нового мира, чем актом агрессии.

– Можете заехать к нам, у нас есть мясо, можем обменять его на лекарства, – предлагает мужчина.

– Буду рад посотрудничать с вами, – уверенно говорит Дилан и представляется.

– Николай, – произносит мужчина. – А это Гарри и Диего.

Понятия не имею, чем Дилан будет меняться, Док вряд ли отдаст свои пилюли.

Уже через пару минут я сижу за спиной Дилана и еду за мужчинами, которые скачут на лошадях. Две черные и невероятно красивые кобылки несут на себе троих всадников. Держимся на почтительном расстоянии, чтобы не напугать животных звуком мотора. Скорость небольшая, это отличный вариант расспросить Дилана.

Приходится сильнее прижаться к спине, чтобы слова не забрал ветер.

– Ты уверен, что нам следует ехать за ними? – спрашиваю я.

– Да, – коротко отвечает он.

Ладно. Я очень надеюсь, что мясо, о котором говорил мужчина кролик или курочка.

Больше ничего спросить не удается, мужчины уже остановили лошадей и спешиваются.

Оказывается, мы подобрались достаточно близко к поселению, хотя даже не подозревали об этом. Оно состоит всего из десяти построек, которые даже не огорожены забором. Поселение раскинулось на холме, а вокруг него растут сосны, но единственное, от чего они могут спасти, так это от ветра. Когда мы подъезжаем достаточно близко, из домов выходят, видимо, все, кто живет в этом месте.

Дилан глушит мотор и, обернувшись, ловит мой растерянный взгляд.

– Жди здесь, – просит он.

– А если они опасны? – спрашиваю я, глядя на незнакомцев.

– Не опасны, – настаивает Дилан.

– Ты откуда знаешь? – Перевожу внимание на Дилана и тычу пальцем ему в плечо. – Ты всех выдал.

Он лишь коротко улыбается и снова повторяет:

– Жди здесь.

– Ладно, – только и отвечаю я.

Дилан спускается с транспорта и идет к незнакомцам. Я же сижу и пытаюсь понять, как они выжили? Где стены, которые не будут пропускать каждого чудика, пробегающего мимо? Где вооруженная охрана? Сетка под электричеством?

Немного левее поселения огород. Отсюда плохо видно, что они там выращивают. Неужели местные смогли выстроить нормальную жизнь даже в эпоху тумана? Уму непостижимо.

Где-то есть подвох.

Но в чем он?

Переключаю внимание от огорода, и немного подавшись вперед, пытаюсь рассмотреть жителей самого микроскопического поселения, из мною увиденных.

Три женщины, одна из которых очень сильно беременна. Двое детей, на вид им от пяти до семи лет – обе девочки, и они заняты тем, что по очереди выглядывают из-за стога сена, к которому подвели черных кобыл. Четверо мужчин. Троих из них я знаю, а вот четвертый держится немного в стороне.

Дилан ведет с ними разговоры, активно кивает и кладет ладонь на плечо беременной. Она всхлипывает и через мгновение уже висит у Дилана на шее.

Да что там происходит?

Наклоняюсь еще ниже и чуть не падаю на бак. Сажусь ровно и поджимаю губы. Дилану лишь бы с кем-то пообжиматься, даже если этот кто-то баржа.

Одна из женщин отходит от толпы и движется в мою сторону. Она мягко улыбается, но я подобному больше не верю. В городе людоедов тоже раздавали улыбки направо и налево.

– Октавия? – аккуратно интересуется она.

– Да.

– Я Мегги. Пойдем со мной.

Я бы не пошла, если бы в этот момент Дилан не обернулся и не кивнул мне. Он не слышит, о чем мы говорим, но и без этого все знает. Видимо, он Мегги ко мне и отправил.

Спускаюсь с квадроцикла и следую за женщиной. Ни на мгновение не забываю про пистолет за поясом.

– Дилан согласился перевести дух перед тем, как привезет к нам доктора. Мы напоим вас чаем, – обещает Мегги и неожиданно берет меня под руку. Дергаюсь, будто она ударила меня током.

– Зачем ты меня трогаешь? – спрашиваю я, стараясь держаться от Мегги на расстоянии вытянутой руки.

Девушка смотрит на меня с сожалением.

– Прости, я просто очень тактильная, – мягко произносит она, смотря на меня извиняющимся взглядом.

А я, видимо, – нет, потому что первой мыслью после неожиданного касания было врезать и сбежать.

Никак не комментирую новую информацию, просто шагаю рядом с Мегги, внимательно наблюдаю, чтобы она не нарушала мое личное пространство.

Чай. Давно я не пила подобную роскошь.

– Как вы тут живете? – спрашиваю я. – Такое маленькое поселение.

Мегги подводит меня к Дилану и отвечает:

– Я не знаю. С Божьей помощью.

– Все в порядке, – успокаивает Дилан. – Нам предоставят ночлег на пару дней, а мы поможем Николаю и Ольге.

– А…

– Знакомься, – перебивает Дилан и представляет меня всем собравшимся. Имен я почти не запоминаю, кроме Николая, – это тот что нас встретил на мосту и Ольги – его сильно беременной жены. Как звать парней я уже позабыла.

Уже через пять минут,ю сижу на какой-то лавке возле здания, из которого торчит труба, а из нее валит дым. В руках у меня и Дилана по чашке чая, а между нами прямо на скамейке стоит тарелка с лепешками.

Нас оставили одних, чтобы мы смогли отдохнуть перед дорогой.

Где этот чертов подвох?

Может, чай отравлен? Косо наблюдаю, как Дилан делает несколько глотков и в эйфории прикрывает глаза. Считаю до пятнадцати, а он так и сидит на скамейке. Даже не свалился, не отключился.

Заглядываю в кружку. Чаинки плавают и не собираются в знак морского Роджера.

Может, и не отравлено.

– Что мы делаем? – спрашиваю я у Дилана.

Он беззаботно жует стряпню и, откинувшись на стену здания, отвечает:

– Им нужна помощь.

– И? Мы-то при чем? – Тише добавляю: – Они могут быть опасными.

– Эти не опасны, – уверяет Дилан.

– С чего ты так решил?

Дилан поворачивает голову ко мне и спокойно отвечает:

– Внимательно посмотрел и послушал.

– Начинаешь меня бесить. Объясни нормально.

– Николай хромал на правую ногу, когда переходил по мосту. Потом я рассмотрел, штанина разорвана, потому что опухоль уже огромная. Он бесполезен в ближнем бою, но тем не менее подошел и сократил дистанцию настолько, чтобы разглядеть нас. Двое парней были больше напуганы, чем воинственно настроены. Они пришли на мост не для борьбы, а проверяли силки, у каждого к лошади были привязаны тушки кроликов. Наша с ними встреча была чистой случайностью. Николай действовал по обстоятельствам. Он даже не сразу же решился выдать себя. Я дал им время уйти, пока мы с тобой стояли у квадроцикла. Они боятся нас больше, чем ты их, – заканчивает Дилан.

– Я не боюсь.

– Разумеется, ты же со мной.

– Пф-ф. Корона самомнения не жмет? – спрашиваю я, закатив глаза.

– Нет. Она мне в самый раз.

– И все это ты увидел, когда не разрешал мне оборачиваться? – уточняю я.

– Да.

– А женщина… Ольга, она почему тебя обнимала?

Дилан хищно улыбается и отвечает:

– Ты не обнимаешь, приходится принимать объятия от чужой беременной дамы.

Лишь закатываю глаза и отпиваю глоток чая.

– С чего мне тебя обнимать, – говорю я, отрывая кусок лепешки. – Не заслужил.

– То-то ты и жалась ко мне.

– На квадроцикле?

– Ага.

– Не было такого. Это ты жался.

– Замужняя женщина, а…

– Ой, заткнись.

Дилан мягко смеется и отвечает на вопрос, о котором я уже забыла. А я стараюсь не улыбнуться в ответ. Я скучала по нашим идиотским диалогам.

Рада, что разлука в несколько лет не убила в Дилане все то, за что он мне нравился.

– Она благодарила меня, была рада новости о том, что у нас есть доктор, который сможет осмотреть ее и Николая.

– Надо было идти учиться на врача, – говорю я и откусываю еще теплую лепешку.

– У них всегда будет работа.

– Даже у ветеринара, – не успев прожевать, отвечаю я.

На скамейку напротив садятся Николай и Ольга, я была настолько увлечена разговором, что даже не заметила, как они подошли. Только теперь успеваю подметить, насколько Дилан был прав, из широкоплечего мужчины с разросшейся бородой совершенно никчемный боец. Он еле ходит.

Усевшись, Николай ловит взгляд Дилана и говорит:

– Я надеюсь на вашу помощь, но если вы решите ограбить нас, или…

– Не продолжайте, – перебивает Дилан. – Мы не причиним вам вреда.

Он говорит это настолько искренне, что плечи Ольги опускаются, а Николай протяжно выдыхает.

Они действительно боятся нас больше, чем я их.

– Надеюсь на это, – говорит Ольга с сильным акцентом. – Мои дети… мы стараемся вырастить их добрыми и отзывчивыми.

Это все, конечно, хорошо, но я бы учила детей, что нужно уметь за себя постоять и иногда следует выпустить коготки, а не стараться быть добрым.

– У вас получается, – говорит Дилан, мягко улыбнувшись. – Мила и Лиза прелестные юные леди.

Как он запомнил их имена?

Ольга расплывается в улыбке и поглаживает живот. Если честно, то он похож на бомбу замедленного действия. Раз, и Ольга взорвется.

– Пока мы ждем вас с доктором, натопим баню и приготовим дичь на огне, – сообщает Николай.

– Намек понят, – произносит Дилан, отставляя кружку, поднимается и подает мне руку. Я отчего-то ее принимаю и тоже встаю. – Мы приедем примерно через час.

– Ждем вас, – произносит Ольга и бросает на мужа полный боли взгляд. – Николаю очень нужен врач.

Когда мы с Диланом садимся на квадроцикл, спрашиваю:

– Ты не сказал им, что Док не настоящий врач?

– Нет.

– Ясно.

Дилан заводит квадроцикл, и мы возвращаемся на путь вдоль реки. Едем в тишине, я пытаюсь найти в словах или действиях новых знакомых хотя бы зацепку на ловушку или обман. Но ничего не получается. Неужели нам попались обычные люди с базовыми настройками? Неужели еще остались те, кто не потерял лицо в борьбе за выживание?

Незаметно для себя действительно близко подбираюсь к Дилану и более крепко обхватываю его талию. Все дело в огромных кочках. Я ведь не хочу свалиться и свернуть себе шею?

Когда мы добираемся до места назначения, я чопорно отодвигаюсь от Дилана и первой спускаюсь на землю. Не хочу, чтобы Луиза видела джентельменские поступки Дилана и злилась на меня больше, чем уже имеется.

Все стоят в линию и смотрят на нас. На Дилана с вопросом во взглядах, а на меня… как-то странно.

Док, Эрик, Арчи, Бобби, Рита и Луиза молча на нас глазеют.

– Где вы так долго были? – спрашивает Луиза, тем самым нарушает неопределенность.

– Мы встретили местных, – отвечаю я.

– Мост цел и мы договорились о ночлеге, – сообщает Дилан. – Док, а тебя ждет работа.

– Всегда готов, – отзывается старик и убирает с лица прядь седых волос, бросает на меня косой взгляд.

– Что случилось? – спрашиваю я, ощущая, как напряжение просачивается под кожу.

Рита отводит взгляд. Арчи закатывает глаза и говорит:

– Это все тетка твоя неадекватная.

– Где Лея? – тут же спрашиваю я и прохожу мимо шеренги, притормаживаю перед Арчи и, глядя ему в глаза, говорю: – Не смей ее так называть.

– Она сбежала, а потом…

– Где она? – снова повторяю я, рисуя ужасы произошедшего.

Сбежала?

Цела ли она?

– В машине, – отвечает парень и бросает взгляд мне за спину.

Быстро бегу к машине и распахиваю заднюю дверцу. На сиденье только Шерстяной, увидев меня, он жалобно мяукает и выскальзывает на улицу.

Хлопаю дверью, и тут подходит Док.

– Она в багажнике, – обреченно говорит он.

Бросаюсь к багажнику и открываю его. Тетя тут же принимает сидячее положение и с воинственным видом глядит на Дока.

– Вылезай, – прошу ее я и корю себя. Я сбежала от нее, даже не подумав, что может пойти не так, пока меня не будет. Эгоистично с моей стороны, ведь Лея – все, что у меня осталось.

– Они помешали, – зло причитает она, пока я помогаю ей выбраться. – Мы должны уйти от них.

– Док, оставь нас, – прошу его и обнимаю Лею за плечи. Цела.

Она обнимает меня в ответ и шепчет так тихо, чтобы никто не смог услышать:

– Мишель нашла место, где нет чудиков и злых людей. Она зовет нас.

Отстраняюсь от тети и чувствую, как она одними лишь словами прокручивает острие лезвия у меня в животе.

– Мы не должны оставлять ее. Мы ведь семья, – давит она.

– Лея, Мишель мертва, – как можно мягче произношу я.

От этих слов снова становится погано. Будто и не было поездки с Диланом. Смеха и словесных перепалок.

– Нет, – спорит Лея, отрицательно качая головой.

– Теперь только ты и я. Мишель больше нет.

Лея отрицательно качает головой. Так агрессивно, что ее волосы хлещут меня по щекам.

– Ты лжешь! Это они тебя подговорили! – кричит тетя и толкает меня в грудь.

Непроизвольно делаю шаг назад.

– Лея, – начинаю я миролюбиво, но она продолжает укорять меня. Молча жду, когда тирада стихнет, и спокойно произношу:

– Если ты не прекратишь кричать и драться, то вернешься в багажник.

Впервые за все годы Лея смотрит на меня, как на предателя. Кивает и молча забирается на заднее сиденье автомобиля. Сжимаю пальцы в кулаки, прикрываю веки и глубоко дышу около минуты.

Когда-нибудь все наладится.

Когда-нибудь Лея прекратит разговаривать с Мишель.

Когда-нибудь я буду счастлива.

Когда-нибудь…