— Мы жили в Казани, — продолжил Юрий, нажав на свои часы. Вероятно, так он отмечает время действия кнута. — Снимали огромный, солидный частный дом. Рассказывали всем, что мы таможенные брокеры. Вивьен прекрасно воздействовала на сознание людей, внушала им нужные мысли, играла их желаниями. Тамара тоже умела это делать, хоть и применяла чисто женские чары, действуя более грубыми методами. Мы были непобедимой командой. Но однажды… произошло нечто ужасное.

Его голос дрогнул.

— Тамара, всегда жадная до денег, соблазнила какого-то богатого папика, владельца бизнеса. Узнала комбинацию кода от его сейфа, пробралась в офис… Это были времена, когда наличные деньги предпочитали расчётным счетам. В сейфе оказалось полмиллиона долларов. Неслабо, да? Целое состояние. Мы уже планировали переезд, мечтали о Владивостоке, о новой жизни… Но этот бизнесмен… он оказался не просто богатым. Он был оборотнем. И магия кикиморы, которую применила Тамара, подействовала на него лишь частично. Он пришёл в себя, взбешённый, побежал в офис и обнаружил пропажу. Он позвал своих дружков-оборотней, и вместе они пошли по следу прямо к нашему особняку. И там… там была моя любимая. Там была Вивьен. О, как я жалел, что меня не было рядом… Тамара услышала, как они ломятся в дверь, и просто сбежала, бросив всех и всё. Оборотни ворвались. Вивьен, моя боевая, сильная девочка, она могла бы без труда победить любого обычного человека, но никак не нескольких оборотней. Она напала на них. Глупо… Когда они увидели свои деньги, а рядом с ними разъярённую Вивьен… оборотни сорвались с цепи. Они убили её, забрали деньги и ушли.

Юрий замолчал, в его глазах блеснули слёзы, но они тут же высохли, сменившись ледяной решимостью.

— Я потратил два года, чтобы выследить их, всех четверых оборотней. И отравить. Но месть не утолила моего одиночества. Я узнал о ритуале обмена. Древнем, запретном знании. Обмен одной души на другую. Тогда я попытался применить его к оборотням, однако мир Нави их не принял. Они просто умерли и всё. Оказалось, для такого ритуала нужен истинный виновник смерти. Тот, чьё действие напрямую привело к гибели. А истинная вина лежала на Тамаре. Она была причиной всего.

Его голос стал сдавленным, полным одержимости, слова сочились сквозь плотно сжатые зубы.

— Долгих восемнадцать лет заняло, чтобы найти её. Зная, что Тамара была одержима идеей найти колдун-камень, я обследовал пять известных мест, где могли быть такие артефакты. Ждал, следил. Но здесь, в этом забытом богом Колдухине, она оставила своё старое ремесло. Была просто женой, пусть и той, что убивала своих мужей. Я подписался на все аккаунты всех социально активных людей, кто проживал в районах поиска. И вот однажды одна девушка, потом оказалось, что это её дочь, выложила в соцсети фотографию с Тамарой, на которой спустя столько лет я узнал её. Это было очень трудно, скажу я вам. Эти дебилы, пользователи соцсетей чего только не размещают в интернете. Но, момент настал! Я приехал и похитил её. Я сделал всё точно по описанию в книге, провёл ритуал обмена. И каково же было моё разочарование… Тамара исчезла! А Вивьен… Вивьен не появилась!

Он посмотрел на нас, в его глазах плескалось отчаяние, смешанное с яростью.

— Я боялся, что ошибся. Что всё напрасно. Но когда пару дней назад ночью я услышал вой Пса, то понял, раз он кого-то вынюхивает, то моя любимая тут! И вы, мерзкие ублюдки, — его взгляд ожесточился, — прятали её от меня!

Он указал на Чёрного Пса, который обнажил свои зубы в гримасе злости:

— А ты, недостойная блохастая скотина, пытался утащить её обратно на тот свет!

Всё это время энергия Мегалита, заёмная, текла в меня и я почувствовал, что теперь даже смогу пошевелиться.

Василиса, встретившись со мной взглядом, многозначительно кивнула. Она тоже заметила, что сил у меня прибавилось.

— Подожди! — голос Василисы, несмотря на слабость, прозвучал твёрдо, перебивая очередную тираду Юрия. — Остановись! Ты не понимаешь! Есть глобальные законы. Мёртвые должны быть в мире мёртвых. Это базовое правило.

— Правила? — прорычал Юрий, его лицо исказилось от ярости. — Мне плевать на правила! Если они против моей любви, я их нарушу! Я убью вас всех троих, как свидетелей! А если появятся другие твари, которые попытаются её у меня отобрать, то прикончу и их. Я буду жить с Вивьен той жизнью, которую заслужил! Таковая моя правда, личная правда.

— Правда — это осколок льда, — тихо проговорила Василиса, и в её глазах мелькнул холодный блеск. Она посмотрела на меня, и я почувствовал, что она тянется ко мне, просит силы, которую я потихоньку натащил из Мегалита.

Я ответил на это магическое прикосновение и придал Василисе солидную порцию силы.

Воздух в комнате загустел, словно уплотнился до состояния желе. Юрий не был двоедушником и тут это его подвело, потому что иначе он бы почувствовал.

Реальность вокруг нас начала искажаться, стены ДК поплыли, как акварельные краски под дождём. Василиса активировала какую-то магию.

Я вообще-то думал, что она сейчас шарахнет Юрия чем-то фундаментальным, чтобы вышибить из него всю дурь, но помощник участкового меня удивила.

Василиса прямо вот так, лежа на полу ДК, активировала ритуал обмена. И её действия отличались от магии Юрия.

Во-первых, она не чертила схем и магических контуров, не применяла артефакты и прочие атрибуты. А во-вторых, её ритуал был не актом мести, а актом восстановления Баланса, попыткой исправить космическую несправедливость.

В центре ДК полыхнула неровная вспышка. Раздался оглушительный треск, будто сам воздух разорвался. Когда свет рассеялся, Вилена исчезла. На её месте, на полу, лежала женщина. Без сознания, но явно живая и это была Тамара.

Юрий застыл, его неизменная улыбка сползла с лица, сменившись гримасой ужаса и отчаяния.

— Нет! Ыыыыо-о-о! — его крик был полон нечеловеческой боли, разочарования и гнева, неистово рвущихся из потаённых глубин души.

В этот момент самообладание ритуалиста рухнуло. Его внимание было полностью поглощено шоком и горем.

Я, несмотря на боль и слабость, заметил, что наш противник, как говорят в боксе «раскрылся».

Собрав остатки сил, я сумел вскочить и бросился на Юрия. Мы сцепились, его тело оказалось удивительно сильным. Но сейчас моя ярость, моя связь с этой землёй, которая тоже страдала от подобной несправедливости, придали мне достаточной мощи. Кнут выскользнул из его рук. Собравшись с силами, я ударил его в лицо, сильно, резко, прямым ударом в скулу и Юрий безвольно рухнул на пол.

Чёрный Пёс, который всё это время наблюдал, зашевелился. Он поднялся, уже не как чудовище, а скорее, как громадный служебный пёс. Его мысль, переданная телепатией, пронеслась у меня в моей голове:

«Мёртвая возвращена. Моя миссия закончена».

Передав это мне, Пёс растворился в воздухе, оставив после себя лишь лёгкий привкус озона.

Внезапно и без видимых причин, ветер за стенами начал стихать.

Я, тяжело дыша, поднял с земли кнут. Тело болело как у столетнего старика, и я знал о чём говорю, потому что не так уж давно был таковым.

Василиса уже стояла над нокаутированным Юрием, её взгляд был полон усталости, но и решимости.

— Что мы будем с ним делать? — спросила она, её статус полицейского, казалось, боролся с желанием совершить банальную месть. — Убивать его нельзя. Ну, вроде бы. Я всё-таки служу закону.

— Для начала… Можешь… можешь его как-нибудь магически обезвредить? — откашлялся я, чувствуя, как кровь стучит в висках. — Чтобы он какой-то фокус не выкинул, этот хренов Копперфильд? А то видела, как он запертый замок открыл?

Василиса кивнула.

— Сделаю. А потом… давай перевезём его в опорник. Лучшее место для него сейчас — в клетке.

Затем она посмотрела на общую разруху вокруг, на меня, на мои обожжённые волосы, так, словно видела их впервые:

— Вадим, ты… сам-то как? В порядке?

Я попытался улыбнуться, но получила только кривая гримаса:

— Да не особо. Хотя… Смотря что считать «порядком» и нормой. Так, голова немного поджарилась. Главное, что мы смогли остановить его. И, возможно, восстановить вселенский баланс. Хотя цена этого восстановления может показаться слишком высокой.

— Тебе жаль Вилену?

Я лишь молча кивнул. Да, хоть она и полуденница, мне было её жаль.

Ветер между тем стих окончательно и эта тишина давила на уши не хуже штормового ветра.

— Ты сама-то как?

— Ничего, бывало и хуже, — отмахнулась Василиса, после чего принялась колдовать над Юрием.

Она чертила магические символы, которые тут же наполняла магией и направляла в ритуалиста.

Не очень-то я понимаю в истинной магии, но кажется, слегка разгневанная Василиса лишает его возможности колдовать не только на ближайшее время, а на всю жизнь.

— Убить его в бою, — задумчиво заключил я, после того как Василиса для верности ещё и стянула его руки строительными стяжками, — понятный поступок, а вот казнить после драки — нельзя. Я не могу, ты не можешь. Но у нас с тобой есть такой фокус, называется «звонок другу».

— Кому звонок? — не поняла Василиса. — У тебя есть друзья? Я думала, что Водяные дружат только с рыбами?

Не в силах ответить на эту глупую подколку, я достал из кармана телефон, на удивление не пострадавший во время всех этих злоключений и трясущимися руками выбрал номер в середине списка, прижал телефон к уху.

Пошёл долгий вызов.

Трубку взяли, но это сопровождалось каким-то треском, хрустом, словно вокруг телефона были какие-то работающие электроприборы.

— Да. Кто это? — спросил собеседник.

— Денис, привет, это Вадим из Колдухина. Помнишь меня такого?

— Привет, «почта». Чего надо? — не особенно дружелюбно ответил инквизитор.

— Денис Иванович, ты дорогу в наш Колдухин не забыл? — мой голос звучал чуть хрипло, но я старался говорить уверенно.

— Допустим, помню. А что?

— У нас тут один человечек баловался с магией мёртвых, похищением занимался и пытался убить меня, Василису и одну почти что мирную собачку. Считай, жестокое обращение с животными, причём с особо редким видом, который, кажется, оказался в нашем мире по ошибке.

— Ээээ… Вадим… — Денис тяжело вздохнул, и я представил, что в эту секунду он спасает мир, а я его отвлекаю. — Всё прямо так серьёзно, как ты говоришь?

— Ну да, буквально. Полиции мы его отдавать не спешим, сам преступник выжил, а мы теперь не знаем, что с ним делать. Это же по твоему ведомству вопрос?

— Да, всё верно, моя сфера… Короче, через сутки буду. Ждите.

Денис отрубил связь, а я в бессилии опустился на пол.

Ждите. Слово-то какое канцелярское. Звучало так, будто мы тут товар в маркетплейсе заказали, а он будет его доставлять через мексиканскую границу.

Я поправил пострадавшую от огня куртку, думая над тем, что вероятнее всего, придётся покупать новую. И что Виктору говорить по поводу бардака в ДК? Сказать, что тут банка растворителя взорвалась? Они вообще взрываются, это хотя бы сколько-то правдоподобная история?

Я подумал, что бардак в ДК прибирать не буду. В задницу.

Ветер стих и это радует. Надо перенести Тамару. Куда её класть? Прямо на пол в салоне УАЗа? Ну, допустим. А Юрия как, рядом? Тамара, по крайней мере, хрупкая женщина, в отличие от этого борова. Надо рассчитывать на свои силы, всё же Василиса хоть и могущественный двоедушник, она ещё и хрупкая девушка.

От мыслей меня отвлекло то, что в дверном проёме бокового входа в ДК показалась фигура.

В проёме стоял Руслан. Слегка потрёпанный и даже немного окровавленный. Не смертельно, но достаточно, чтобы это привлекало моё внимание.

— Здорова, сектант! Ты чего тут? — вырвалось у меня непроизвольно, когда я шагнул к нему, стараясь закрыть собой лежащие в ДК тела. — Что с тобой случилось? Откуда кровь, ты подрался?

Руслан, кашлянув, стряхнул пыль, грязь и следы крови с плеча, после чего присел на корточки, по-пацански.

— Нет, я не дрался, не совсем так. Я гулял.

— Вышел из АБК? Ну, я же просил…

Василиса не поняла, о чём мы говорим, но не стала встревать с вопросами, только с любопытством рассматривала Руслана.

— Ну, прости. Скучно в четырёх стенах. Я решил пройтись, сто раз так делал.

— И? — спросил я. — Чего из тебя всё клещами приходится тащить⁉

— Ну, я гулял за корпусами и меня укусили.

Он запнулся, и в его глазах выразилось нечто наподобие на недоверие к собственным словам.

— Чего? Кто укусил? — подозрительно переспросил я, ожидая услышать про гигантскую чёрную собаку, которую я недавно победил. — Гигантский чёрный пёс? По дороге сюда напал на тебя?

Тем временем за Руслана взялась Василиса, она без труда нашла место укуса — запястье. Рана неглубокая, жить будет.

— Какой ещё пёс? — Руслан мотнул головой, кровь на его запястье казалась неестественно яркой на фоне пыли, которая его покрывала с головы до ног.

— Волк?

— Да какой там волк, Вадим? Ты дичь какую-то говоришь. Волк, пёс… Нет, меня укусил барсук. Здоровенный такой барсук! Никогда таких не видел.

Барсук. Твою дивизию! Меня словно ударило током. Барсук? Ах, ты ж, етицкий конь! И почему это дерьмо случается сейчас? Я взвыл от абсурдности случившегося.

— Твою-то мать! Барсук? — я почувствовал, как внутри начинает рождаться раздражение. — Ты уверен, что это был барсук?

— Я не биолог, конечно, но он был… У него полосы на морде, барсука чёрта с два с кем-то спутаешь, — Руслан пожал плечами, пытаясь казаться невозмутимым, однако его пальцы нервно теребили край куртки. — Честно говоря, Вадим, я сам охренел. Барсук, наверное, тоже. Испугался, сволочь и цапнул со страху. Я чего пришёл… Я только тебя в Колдухине знаю, поможешь мне? Мне же теперь укол нужен от бешенства, а?

Василиса, которая переводила взгляд с Руслана и на меня, подала голос:

— Что за барсуки, пояснишь, Вадим?

— Щёлкни пальцами, — шёпотом попросил я, показывая глазами на Руслана.

Василиса, не задавая лишних вопросов, щёлкнула. Руслан замер.

— Так что за ерунда по барсукам? — переспросила Василиса.

— Оборотень.

Василиса посмотрела на меня с плохо скрываемым ужасом.

— Какой ещё оборотень? — спросила она, и в её голосе мелькнуло недоверие.

— Ну, — я пожал плечами, чувствуя, как тело отзывается новой волной тошноты. — Оборотень. Не рассказывал, не успел. И потом, не забывай, ты мне тоже не всё рассказываешь.

— Давай об этом потом. Какой вид? Барсук?

— Да, прямо Барсук. А Руслан теперь оборотень-барсук. Понимаешь? Долбаный Барсук.

— А откуда, не постесняюсь спросить, в наших степях оборотни, тем более Барсуки?

— Работают они на кирпичном заводе.

— Работают?

— Что? Они просто геодезисты. Они не знали, что не все сектанты свалили, он действительно случайно его куснул.

— Это ты их туда пригласил? Чего я спрашиваю, конечно, ты. Всё пошло кувырком с той самой минуты, когда ты приехал к нам на автобусе, Вадим Иванович.

Я устало потёр виски, стараясь не думать о том, как будет выглядеть Руслан после трансформации.

Колдухин, где многие события и так попахивали идиотизмом, подбросил мне новую партию абсурда.

— Это… это писец, — выдохнул я, более чем уверенный в правильности этого выражения. — Только Барсука оборотня нам и не хватало в Колдухине. Ладно, Василиса Александровна. Давай что-то уже сделаем, пока в эту дверь не нарисовался ещё кто-то с очередным сюрпризом. Приведём в чувства Тамару.

— Она в глубокой отключке, — ответила Василиса. — Я её уже проверила, это просто сон, ей понадобится отдых как после серьёзной болезни.

— Скажем дочерям чтобы взяли на себя реабилитацию. Тогда давай погрузим её в УАЗ. И Юрия. И Руслана. Целый, мать его, табор. Отвезём, сдадим на руки, девчонки рады будут. Потом Юрия поместим в клетку и под магические чары. Сделаем?

— Пусть твой Барсук помогает, — коротко ответила Василиса.

— Хорошо. Его так и так посвящать в наши дела. Боюсь, что прививка от бешенства ему не нужна. Тут вообще нет подходящей прививки.

— Он станет оборотнем, — констатировала Василиса.

— Да, оборотнем и нашей проблемой. Поэтому сейчас, после развоза всех участников шоу, я предлагаю поесть шашлыка и отвлечься от дел наших скорбных.

— Что? Ты слишком ударился, когда падал. Как ты так переключаешься, ты только что насмерть дрался?

— Ну, не всё же нам время с демонами ада биться? У нас тут в Колдухине музыкальная группа образовалась, «Амбар-Драйв» называются. Думаю, нам всем не помешает немного… человеческой еды и пива. И подумаем обо всём этом барсучьем дерьме завтра. Сегодня — никаких трансформаций, никаких проклятий, только мясо и пиво.

Она задумчиво кивнула и подняла руку, чтобы щёлкнуть.

— Погоди. Пока ты не щёлкнула пальцами… Василиса, ты не хочешь рассказать мне хотя бы что-то про то… Какого хрена происходит, что с Мегалитом, ты же явно что-то знаешь?

— Знаю, — легко согласилась она.

— Ну, так скажи хотя бы что-то?

— Скажу, так и быть. Юрий правильное место для ритуала обмена выбрал.

— А что, есть разница?

— Есть. Ритуал проще всего проводить в местах, где есть ход в мир мёртвых.

— Постой, у нас тут вход в Навь?

— У нас тут Калинов мост, Вадим. Большего пока не скажу.