Глава 25

Алиса

Это просто галлюцинация. Мне это просто кажется.

Пытаюсь убедить саму себя в этом, а в этот момент мужчина, который стоял за спиной Михаила, тоже обернулся.

Сжимаю пальцы в кулак с такой силой, что ногти впиваются в кожу. Боль простреливает руку до самого локтя. И эта боль даёт понять, что я не сплю.

Это всё происходит, чёрт возьми, на самом деле!

— Легенда, которую я тебе рассказала, это не миф, Алиса, — сквозь шум в ушах пробивается голос старушки. — Это реальность. Зверь Михаила признал в тебе свою Избранную, хочешь ты того или нет.

Она замолкает и смотрит на площадь, потому что там чёрный медведь и... Михаил наконец-то добежали друг до друга.

Два зверя сцепились в смертельной схватке в круге, который образовался из всех остальных медведей.

А в том, что этот бой будет именно смертельным для одного из дерущихся медведей, почему-то нет никаких сомнений.

Это было жестокое и жуткое зрелище, но я не могла отвести взгляд, хотя очень хотелось.

Прикусив щеку изнутри до крови, даже моргнуть была не в состоянии.

Медведи катались по земле, летали по площади и громким грохотом падали на землю, чтобы тут же встать и опять броситься на своего противника. Кровь и куски шерсти летели в разные стороны, превращая белый снег в кроваво-красный.

Каждый раз, когда на буром медведе появлялась глубокая рана от когтей и клыков чёрного зверя, внутри меня всё холодело. И по телу проносилась фантомная боль, будто это меня сейчас там, на площади, драли.

Даже не сообразила сразу, что издаю стоны боли и отчаяния, когда Михаил получал очередную порцию увечий.

В какой-то момент начала внутренне молиться. Просить Бога о том, чтобы именно он выжил в этой схватке. Вышел из неё победителем.

И он… одержал победу.

В какой-то момент чёрный медведь потерял бдительность или уже просто ослаб. Бурый повалил его, прижимая мощной лапой к земле, и тут же вцепился клыками в горло противника. Черный хрипло и предсмертно зарычал, дёрнувшись всей своей огромной тушей.

Я больше не могла смотреть на эту ужасающую картину. Закрывая глаза, качнулась в сторону, потому что от облегчения, окатившего меня горячей волной с ног до головы, что Михаил победил, почувствовала дикую слабость в ногах.

— Так, давай-ка ты сядешь, — бубнит баба Валя, подхватывая меня под руку и отводя от окна. — Теперь можно выдохнуть.

Она доводит меня до кресла, куда я рухнула как подкошенная.

— У нас есть минут пятнадцать, чтобы обсудить всё, что ты увидела, — баба Валя садится напротив меня на второе кресло. — Потом Михаил вернётся, и ты уже с ним поговоришь.

— Я… — мне сложно собрать свои мысли в кучу.

Также сложно поверить в реальность того, что произошло.

Мозг рьяно сопротивляется признавать всё ЭТО, но…

Где-то в глубине души я уже не только признала, но и приняла эту новую для меня реальность, в которой оборотни действительно существуют, потому что то притяжение, которое я чувствую к Мише, слишком ненормальное.

— Я понимаю, у тебя море вопросов, ты не знаешь, с какого начать, — приходит мне на помощь старушка, тепло улыбаясь. — Ты же помнишь легенду?

Да. Каждое слово того её рассказа всплывает в моей голове так чётко, будто я слушала её минут пять назад.

— Хорошо, — видимо, баба Валя видит ответ на моём лице. — Кто вы друг для друга с Михаилом, уже тебе озвучила. Если ты ещё не поняла, то я ведьма. Одна из тех, кто приводит к Хозяину его Избранную. Когда ты приехала к нам, я догадалась, что ты можешь быть Избранной. И когда мы с тобой уснули в первую ночь, мне были посланы два видения. Два варианта развития событий. В одном Михаил должен был прийти к моему дому, где ты спала, учуять тебя и начать завоевывать по… нормальному, — хмыкает она, усмехаясь.

Правда тут же мрачнеет и смотрит так тяжело, что я ежусь и обхватываю себя за плечи руками.

— А второе видение было не таким хорошим, — продолжает старушка. — Проснувшись среди ночи, я призвала Хозяина и встретилась с ним в лесу. Но медведь практически подавил в себе Михаила. Он отказался пойти по лёгкому пути. И выбрал тяжелый. Для тебя тяжелый. По нему выходило, что тебя из города должен увезти Харитон.

— То есть… вы видели, что со мной произойдёт, если я уеду с ним? — в ужасе спрашиваю у неё, не веря, что можно вот так спокойно отпустить человека, прекрасно зная, что с ним может произойти.

— Подробностей не видела, — качает отрицательно головой, ничуть не смущаясь. — Просто знала, что… что-то нехорошее. Но в видении на помощь к тебе приходил Хозяин тайги. И мне правда очень жаль, что ты, Алиса, прошла свой путь к Михаилу именно этим способом. Только я тебя умоляю, не вини его за этот выбор. Он и правда был на грани между зверем и человеком. Учуяв тебя и почувствовав, что ты в опасности, зверь вернул контроль Михаилу. И они кинулись к тебе на помощь.

— Тот медведь! — потрясённо выдыхаю, наконец-то сообразив. — Это был Михаил!

То есть… я думала, что медведь собирается меня убить. А он, получается, прибежал на поляну, чтобы спасти меня.

Слышится стук двери, и я вся застываю, переводя взгляд на дверной проём.

Сердце начинает быстро биться, а внутри всё сжимается от того, что сейчас сюда зайдёт… Миша? Не медведь же?

— Ну, свою миссию я почти выполнила, — кряхтя, встаёт с кресла старушка. — Остальное, думаю, тебе Михаил объяснит.

В дверях появляется… нет, не Миша, а тот мужчина, который пришёл перед появлением бабы Вали. В одних штанах, с голым торсом, он быстро окидывает взглядом нас со старушкой, после чего произносит, напряженно смотря мне прямо в глаза:

— Михаил сейчас приведёт себя в порядок и придёт сюда.

Он уходит, а баба Валя подходит ко мне впритык, заставляя меня поднять голову, чтобы посмотреть ей в лицо.

— Алиса, не отталкивай его сразу, хорошо? Да, тебе сейчас страшно, и ты наверняка хочешь сбежать отсюда. От всех нас, от Михаила и от принятия всей этой реальности. Но прошу, дай себе и Мише шанс.

Баба Валя протягивает руку и гладит меня по волосам с отеческой заботой.

— Михаил отпустит тебя, если ты всё-таки решишь уехать, — шёпотом продолжает говорить она, будто боится, что её услышат мужчины. — А сам вместе со зверем будет страдать. Так сильно, что его медведь в какой-то момент захочет умереть.

Тяжело сглатываю, не отводя взгляда от потемневших глаз старушки.

— Он никогда тебе этого не скажет, чтобы ты не чувствовала за собой какой-то вины.

Ну, теперь я это знаю, так что в любом случае буду её чувствовать, когда… если… уеду из Тайгинска.

Меня раздирают сомнения. Я не знаю, на каком остановиться слове из двух:«если» или «когда.

— Ты сама чувствуешь эту нерушимую связь, которой наградила вас матушка-природа, поэтому сделай правильный выбор, Алиса. Правильный и справедливый для вас обоих, а не только для тебя одной, — и, убрав руку с моей головы, старушка, тяжело шоркая ногами, уходит из комнаты, оставляя меня в полном одиночестве.

Я сидела и смотрела вперёд, по сути, не видя ничего из окружающей обстановки. Перед глазами проносились воспоминания. И не только этой кровавой схватки. Фрагменты с той поляны, последние два дня, когда Михаил ухаживал за мной — все эти моменты как в калейдоскопе сменялись один за другим, пока я пыталась принять то, что ещё час назад казалось невозможным.

Оборотни существуют! Они не выдумка, не сказка и не миф.

Я не понимала, что мне делать с этим знанием. Но и отрицать его я больше не могла. Не тогда, когда видела всё собственными глазами.

Не знаю, сколько времени так просидела.

Очнулась тогда, когда почувствовала на себе взгляд. Знакомый взгляд, который не вызывал страха или ужаса.

Понимая, кто смотрит на меня, моргаю и медленно поворачиваю голову к двери.