Глава 13

Алиса

— Если обслужишь всех одновременно, мы тебе полтинник заплатим, — лениво произносит Саша и спокойно отпивает из бутылки пиво. — А если будешь очень стараться и нам всем четверым понравится, ещё сверху накинем столько же.

Да пошли вы, уроды!

Само собой, вслух я этого не говорю.

Да где же Харитона носит?!

— Спасибо за предложение, но мой ответ нет, — несмотря на боль в руке от его пальцев, с силой тяну её на себя, чтобы освободиться.

— Значит, не хочешь по-хорошему, — цедит сквозь зубы Роман, зверея прямо на глазах. В мутных пьяных зрачках разум вообще исчезает.

С неимоверной силой парень резко дёргает меня на себя. Тихо вскрикнув, лечу на него.

И тут паника накрывает меня по полной.

Между нами начинается борьба. Царапаю его и бью руками, но всё равно в какой-то миг чувствую тяжесть сильного накаченного тела. Слышу треск своей одежды.

— Давай, Ромка, покажи этой сучке… — ржёт свидетель этой ужасной сцены.

Гул в ушах и злобное пыхтение насильника, с которым я борюсь, кажется, не на жизнь, а на смерть, не дают мне расслышать, чего там мне должны показать.

Роман нависает сверху, дышит тяжело и возбужденно, и от паров алкоголя, несущегося из его рта, меня начинает тошнить.

Я бью куда придётся, царапаюсь и даже начинаю кусаться, но силы слишком неравны.

Парень на моё сопротивление рычит, матерится, но не отпускает. Только ещё злее становится. Глаза, которые были до этого голубыми, становятся чернее ночи.

Я не знаю, почему не ору, не кричу «Помогите!». Наверное, потому, что понимаю, что и те двое, которые находятся сейчас где-то на втором этаже, не помогут. Скорее всего, они также будут лишь ржать, подстёгивать Романа и также смотреть на то, как меня сейчас будут насиловать.

Чувствую, что начинаю выдыхаться и слабеть.

Моя рука, которую он отдирает от своего плеча и отпихивает от себя, приземляется на столик. Пальцы натыкаются на горлышко бутылки, которая упала и теперь перекатывается по столу.

На автомате обхватываю стекло и со всей силы, которая ещё во мне осталась, бью по голове парня бутылкой.

Удар получается настолько сильным, что Роман с приглушенным хрипом теряет сознание и обмякает на мне, уткнувшись куда-то мне в плечо.

— Сука! — ревёт Саша, подрывая с кресла. — ПАРНИ! Быстро сюда!

Пока он огибает столик, я умудряюсь скинуть на пол бессознательное тело, подскочить с дивана и рвануть в сторону выхода.

Оставаться в доме точно не собираюсь.

Выбегая из комнаты, оборачиваюсь и вижу, что голова Романа, возле которого на коленях стоит Саша, в крови. Удивительно, но при мысли, что я, возможно, убила парня, внутри ничего не ёкает: нет ни сожаления, ни страха, ни ужаса.

Вылетаю на улицу, даже не подумав схватить свой пуховик или хотя бы надеть любые мужские сапоги, стоящие в прихожке. Босиком и в разорванной рубашке несусь к пристройке. И только спрятавшись за ней, останавливаюсь, тяжело дыша и начиная всхлипывать.

Меня всю трясет. И нет, не от холода. От ужаса и выброса адреналина в крови.

— Куда эта сучка побежала? Кто-нибудь видел?

— Точно не к машине. Я её на сигнашку поставил при девчонке, когда в дом зашёл и ключи в барсетку закинул. А барсетка сейчас у меня в спальне.

При звуках громких голосов парней, вышедших на улицу, быстро закрываю себе ладошкой рот, боясь, что они услышат мои истерические всхлипывания.

— Убью эту тварь! — ревёт на всю округу… Роман?

Значит, я его не убила.

— Собирайтесь, парни. Пойдём охотиться на эту тварь… сука!.. кровь так и сочится…

Мне кажется, что всё это нереально, потому что ну не может быть такого, чтобы четверо человек так спокойно обсуждали… моё убийство!