Постановление об осуждении – это действие Божественного промышления, в соответствии с которым Бог постановил не подавать некоторым людям сверхъестественной благодати, дабы в их надлежащей гибели явить Свое правосудие и гнев. Здесь важно понимать, что речь идет не о произвольном решении, а о проявлении Божьей справедливости. Также это можно выразить как Его волю, в соответствии с которой Он допускает, чтобы некоторые люди впали в грех, а затем наказывает их, осуждая за грех.

Божественный характер, как Он открыт в Писании, является основой всего, что Бог делает в мире. Это истинное откровение о Боге, которое раскрывает не только Его личность, но и цели, ради которых Он действует. Бог абсолютно свят, и Его святость выражается как в Его правосудии, так и в Его милости. Важно понимать, что эти два аспекта Божественного характера не противоречат друг другу, но вместе составляют полноту откровения о Боге, данного нам. Бог являет нам и Свое правосудие, и Свою милость, чтобы мы могли познать Его во всей полноте Его славы. Эти два аспекта составляют единую славу Бога, которая проявляется в Его действиях в истории, в Его взаимодействии с людьми и в Его отношении к греху.

Бог абсолютно свят, что означает, что в Нем нет ни малейшего пятна греха или зла. Его святость – это не просто его моральная чистота, но также Его безупречность, Его отделенность от всякой скверны, Его высота и превосходство над всем творением. Святость Божия выражается в Его правосудии, которое является неизменным и неизбежным, потому что Бог не может мириться с грехом. Это означает, что Он не может просто игнорировать грех или считать его незначительным – Его святая природа требует реакции на зло. Если Он и попускает существование греха в мире, то лишь временно и с определенной целью: либо для последующего явления Своей милости через прощение и искупление, либо для проявления Своего праведного гнева через справедливое осуждение. Таким образом, даже когда грех существует в мире, он не остается без внимания и не остается без ответа – он лишь ожидает своего часа, когда Божья святость восторжествует над ним либо через преображение грешника благодатью, либо через его отлучение от Божьего присутствия.

Святость Бога требует наказания за грех, потому что Бог не может быть нейтрален по отношению к тому, что противоречит Его сущности. В этом смысле Божье правосудие – это не просто акт кары или мести, но также проявление Божьей святости и Его справедливости. Он не может оставить грех без возмездия, потому что это нарушает Его святую природу.

«Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы» (1 Ин. 1:5).

Здесь апостол Иоанн утверждает, что Бог в своей сути абсолютно свят и в Нем нет места для тьмы (греха). Это учение о святости лежит в основе всего, что Бог делает в истории и в спасении людей.

Одновременно с Божьей святостью Библия также открывает нам Божью милость – Его готовность проявлять благосклонность и любовь к тем, кто не заслуживает этого. Милость Бога не зависит от заслуг человека, но является выражением Божьей благодати, которая исходит исключительно от Него. Божья милость являет собой Его решение не отвергать грешных, не уничтожать их, а предоставить им возможность спасения и восстановления через жертву Иисуса Христа.

Милость Бога в полной мере проявляется в спасении через Христа. Бог не обязан миловать грешников, но по Своей любви и благодати Он решает даровать им спасение, и делает это по Своему суверенному выбору.

«Но Бог, богатый милостью, по Своей великой любви, которой возлюбил нас, и нас мертвых по преступлениям, оживил Христом (благодатью вы спасены)» (Еф. 2:4–5).

Милость Божья не отменяет Его правосудие, но действует как его дополнение. В жертве Христа Божье правосудие и милость соединяются: правосудие требует наказания за грех, а милость предлагает искупление через крест Иисуса. Это не противоречие, а выражение полноты Божьего характера.

Часто люди пытаются разделить правосудие и милость, как будто они не могут сосуществовать в одном и том же Боге. Однако это неверно, потому что Библия учит, что Божья святость требует правосудия, а Его любовь и милость ведут к спасению. Эти два аспекта Божественного характера не существуют отдельно друг от друга, они полностью совместимы и необходимы для проявления Божественной славы. Это не просто теоретическая доктрина, а реальность, которая проявляется в жизни каждого спасенного человека.

Когда кто-то умаляет одну из сторон Божьего характера, например, снижает важность Божьего правосудия или же подчеркивает только одну сторону Божьей любви, он тем самым пытается адаптировать Бога к человеческому разумению и восприятию. В этом процессе человек, скорее всего, не смиряется перед Божьим откровением, поскольку Божья слава и Его правосудие часто бывают непонимаемы и трудны для восприятия человеческим умом.

«Мои мысли не ваши мысли, и ваши пути не Мои пути» (Ис. 55:8).

Человеческое сознание ограниченно и часто не способно понять, как правосудие и милость могут существовать одновременно. Но именно в этом открывается величие Божьего замысла, который не зависит от человеческого понимания. Бог, в Своей совершенной мудрости, решает, что Его правосудие и милость будут действовать одновременно и в полной гармонии. Это откровение связано с тем, что Бог не действует для того, чтобы угодить человеку или привести в соответствие с человеческими нормами, но чтобы явить Себя в полной мере Своей славы.

Все, что Бог делает, все Его действия в истории и в спасении людей, направлены не на удовлетворение нужд человека, но на Его славу. Спасение, милость и даже правосудие – все это служит одной главной цели: раскрытию и проявлению Божьей славы. Бог не стремится угодить человеческому разумению, но Он проявляет Свою славу в Своей святости, в Своем правосудии и в Своей милости. Он делает все это для того, чтобы явить Себя как абсолютного Господа и Творца, через чье имя происходит вся слава и честь.

«Все сделал Господь для Себя. Даже нечестивого блюдет на день бедствия» (Притч. 16:4).

Это выражение полной зависимости всего творения от Бога и того, что все, что происходит в мире, не случайно, но служит цели Божьей славы. Как правосудие, так и милость служат этой цели, и в них обоих Бог проявляет свою сущность как Бога, Который является одновременно и абсолютно справедливым, и изумительно милосердным.

Божественный характер выражается в гармонии святости и милости. Мы не можем полностью понять, как правосудие и милость могут существовать вместе, но это откровение о Боге необходимо принимать верой. Библия ясно учит, что вся история спасения, вся суть искупления через Христа направлены на раскрытие славы Божьей. Правосудие и милость – это две стороны одного и того же Божественного действия, в котором открывается Его святость, Его любовь и Его слава. В конечном итоге Бог делает все не для человека, но для Себя, и в этом проявляется полнота Его славы и совершенства.

Подобно тому, как мы рассмотрели установление об избрании, из установления об осуждении также проистекает два действия.

Намерение Бога оставить некоторых людей

Первое действие – это намерение Бога оставить некоторых людей и явить в них Свое правосудие. В отношении этого действия следует понимать два важных момента. Во-первых, можно указать целевую причину этого действия, то есть для чего это делается – для проявления Божьего правосудия. Но при этом нельзя указать никакую побудительную причину помимо Самого Бога. Это означает, что данное решение возникает исключительно из замысла Божия и не зависит от того, есть ли в творении добро или зло.

Ибо воля Божия является первопричиной всего, и потому нам следует исходить из нее, не пытаясь найти какие-то дополнительные причины, которые предшествовали бы ей или существовали вне ее, поскольку вне Божьей воли нет ничего. Это фундаментальный принцип, показывающий абсолютную суверенность Божьего решения в вопросе осуждения, как и в вопросе избрания.

Тем не менее важно заметить, что, хотя Божье решение оставить людей в их падении и осудить их не зависит от их поступков, наказание всегда связано с тем, что они сами, свободно выбирая зло, получают заслуженное воздаяние. Бог не создает зло и не принуждает людей к злым поступкам. Люди, будучи наделены свободной волей, сами совершают зло, и это зло, по справедливости Божией, требует наказания. Однако само решение о том, кто будет оставлен, а кто спасен, никак не зависит, кто станет поступать хорошо или плохо в будущем. Таким образом, Бог наказывает зло, но Его решение о том, кто получит благодатное возрождение, не зависит от нравственного состояния людей, а является актом суверенной воли.

Очень важно, чтобы мы не смешивали Божье правосудие и Божью милость. Хотя Бог оставляет некоторых людей в их падении, решая не даровать им милость спасения, это не означает, что Он делает это по причине того, что они совершили зло. Его правосудие связано с тем, что, будучи оставленными, они по своей свободной воле будут продолжать совершать зло.

Таким образом, первое действие – это решение Бога оставить некоторых людей и явить в них Свое правосудие. Это решение основывается на суверенной воле Божьей и не зависит от того, что будет происходить в будущем, какие решения примет творение или какие поступки оно совершит. Божье правосудие проявляется в наказании за зло, но само решение о том, кого оставить, а кого спасти, исходит исключительно от Бога и не связано с действиями людей.

Подчеркну важный принцип: для Бога всякий человек как комок глины в руках горшечника (Рим. 9:21). Этот образ раскрывает всю полноту власти Создателя над творением, подобно тому как горшечник властен создавать различные сосуды по своему замыслу.

Потому Бог, по высшей Своей справедливости, делает из некоторых людей сосуды гнева; важно понимать – Сам делает, а не находит их уже сделанными. Если бы мы сказали, что Бог в Своем вечном совете пожелал лишить благодати людей за то, что они грешники, а не за то, что они именно такие, какими Он их создал, по справедливой, хотя и неведомой нам причине, мы бы ошиблись. Ибо в таком случае Он должен был бы не делать их сосудами гнева, а находить уже сделанными.

Предвидение дел

Рассмотрим еще один важный аспект: если бы Бог отверг некоторых людей лишь потому, что предвидел их будущее отвержение Его, то такое отвержение зависело бы не от Бога, а от самих людей. Это было бы равносильно утверждению, что Бог просто предузнаёт, кто изберет Его, а кто отвергнет, и на основании этого знания принимает решение.

Более того, мы не можем говорить о сознательном презрении к Евангелию, когда речь идет об осуждении младенцев, умирающих вне евангельского завета. Ведь младенцы не способны сделать осознанный выбор или проявить презрение к Евангелию, и тем не менее некоторые из них оказываются под осуждением, что ясно показывает: Божественное предопределение не основывается на действиях или выборе человека.

Я обращаю внимание на то, как Павел, искуснейший поборник правды Божией, рассуждает о причинах этого удивительного разделения между людьми, совершенного в замысле Божием. Он сразу же исключает из их числа любые дела, прямо говоря: «Не от дел» (Еф. 2:9), тем самым полностью исключая всякую связь между грехом и предопределением.

Примечательно, что даже сам Павел, не в силах уразуметь это своим умом, находит утешение только в уповании на волю Божию, когда говорит: «Ты скажешь мне: “За что же еще обвиняет? Ибо кто противостанет воле Его?”» (Рим. 9:19–20). И в другом месте он восклицает: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!» (Рим. 11:33).

В заключение я должен сказать: если мы хотим назвать причину того, почему Бог этот мир создал, а другие не создал, нам остается лишь указать на Божию волю. Следуя той же логике, почему нам не поступить так же, задаваясь вопросом о том, почему Бог этого человека избрал, а того или иного оставил? Это глубокая тайна Божественного выбора, которую мы не можем постичь нашим ограниченным разумом.

Как верно отмечает Проспер[58], «часть людей освобождается, в то время как часть погибает… но почему Бог не помиловал одних и помиловал других – какое знание может это постичь и какая мудрость исследовать? Основание этого различения от нас скрыто, но само различение не скрыто»[59]. В этих словах выражается смирение перед непостижимостью Божьего промысла при ясном понимании реальности Его суверенного выбора.

Осуждение нечестивых

Второе действие в установлении об осуждении – это осуждение нечестивых на наказание или справедливую погибель. Рассматривая это осуждение, мы должны различать два его вида: безотносительное и относительное.

Мы рассуждаем так:

Рассматривая каждого человека по отдельности (безотносительное осуждение), Бог осуждает его за его реальные грехи. Это показывает Божью справедливость – никто не осуждается без вины.

Но когда мы сравниваем двух людей в одинаковом греховном состоянии (сравнительное осуждение) и видим, что одного Бог решает спасти, а другого оставляет в осуждении, здесь проявляется суверенная свобода Божьей воли.

Да, по сути, оба согрешили и оба заслуживают осуждения по справедливости, но одного Бог по Своему свободному решению милует, а другого оставляет под справедливым осуждением. Причина этого различия лежит не в каких-то качествах самих людей, а исключительно в свободном Божьем выборе.

Это как раз то, что Павел объясняет в Послании к Римлянам 9:18–21: «Итак, кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает… Не властен ли горшечник над глиною, чтобы из той же смеси сделать один сосуд для почетного употребления, а другой для низкого?»

Безотносительное осуждение происходит, когда некий человек (положим, Петр или Иоанн) осуждается на наказание. Такое осуждение совершается по правосуднейшей воле Божией, однако не без учета первородного греха и личных грехов. Это важно понимать: как люди действительно прокляты за грех, так и Бог постановил проклясть их за тот же грех. При этом следует отметить особый порядок: хотя грех не является причиной самого постановления об осуждении, в Божественном предведении он по смыслу порядка предшествует осуждению, а не следует за ним.

Относительное же осуждение имеет иную природу – оно состоит в том, что к наказанию определяется именно этот человек, а не иной, находящийся в таких же точно обстоятельствах. Такое различение необходимо для того, чтобы показать свободу воли Божией в раздаянии сверхъестественных благ. Именно в том, что Бог избирает этого человека, а не иного, проявляется Его абсолютная свобода и великое совершенство.

И хотя Бог истребляет и осуждает всех тех, кого Он оставляет, не должно считать Его несправедливым. Для понимания этого приведу простое сравнение: ведь и мы, ежедневно убивая и умерщвляя зверей, не считаем себя несправедливыми, хотя в сравнении с Богом мы ничтожнее, чем муха в сравнении с нами. Более того, если ты можешь принимать в свой дом или выгонять из него кого угодно по своему желанию, то было бы крайней дерзостью отнять то же право у Бога в Его доме, то есть в Его творении.

Причина этого относительного осуждения заключается исключительно в воле Бога, безо всякого учета какого-либо греха. Это глубочайшая тайна Божественного выбора, которую мы не можем постичь нашим ограниченным разумом, но должны принять с благоговением и смирением.

Как говорит Августин: «Никого не избавляет Бог иначе как по милосердию, подаваемому даром через Господа нашего Иисуса Христа, и никого Он не осуждает иначе как по справедливейшей истине, через Того же Господа нашего Иисуса Христа. А почему Он освобождает или не освобождает одного или другого – пусть постигает тот, кто к этому способен, великую бездну Его судов, но пусть остерегается упасть в пропасть»[60].

И в другом месте он подчеркивает: «Но почему одному так, а другому – не так? А ты кто, человек? Если не отдаешь долг – тебе есть за что благодарить; если отдаешь – не на что жаловаться»[61].

Григорий Великий также предостерегает от попыток проникнуть в эту тайну: «Пусть никто не стремится исследовать, почему кто-то отвергнут, тогда как кто-то избран, или почему кто-то избран, тогда как кто-то отвергнут, поскольку поверхность этой бездны непроницаемо укреплена, и, по свидетельству Павла, неисследимы суды Бога и неисповедимы Его пути»[62].

В этих словах святых отцов мы видим важное наставление: перед лицом этой тайны Божественного избрания нам следует склониться в смиренном признании ограниченности нашего понимания, а не пытаться исследовать то, что превосходит возможности человеческого разума.

Рассматривая второе действие осуждения, мы видим в нем две степени: справедливое оставление грешника Богом и осуждение за грех. Как точно выразил это Фульгенций: «Справедливо, что погибель воздается злым от Бога, хотя сама по себе погибель зла для тех людей, которые ныне справедливо оставляются, а впоследствии будут справедливо подвергнуты мучениям. По отношению к ним Бог начинает Свой суд с оставления, а завершает – наказанием»[63].

Лишение помощи

Божественное оставление проявляется в двух видах. Первое – это когда Бог оставляет человека только в отношении Своей помощи и утверждения в добре. При этом Он лишает его того утверждения в добре, которое необходимо всякому творению, и не подает второй благодати, которая могла бы сделать первую действенной для противостояния искушениям и пребывания в добре. Первая благодать, о которой идет речь, – это та первоначальная благодать, которую Бог дает каждому человеку для того, чтобы тот мог стремиться к добру, следовать Его заповедям и пребывать в праведности. Эта благодать является необходимым условием для того, чтобы человек мог правильно действовать в соответствии с Божьей волей. Об этом говорит Ин. 1:9: «Просвещает всякого человека грядущего в мир». Это называется оставлением испытания, и важно понимать, что ему может подвергнуться даже тот, кто сам не оставил Бога.

Пример такого оставления мы видим в истории первого человека, Адама. Бог наделил его способностью выбирать и действовать свободно, но не дал ему особой укрепляющей благодати, которая произвела бы в нем стойкое желание использовать эту способность для послушания. Иными словами, у Адама была возможность устоять, но не было того внутреннего стремления, которое обеспечило бы его фактическое устояние перед искушением. Как объясняет Августин: «Он получил бы возможность, если бы захотел, но не имел желания того, что мог, ибо если бы имел желание, то пребыл бы в добре. Ведь он мог пребыть, если бы захотел, а то, что не захотел этого, – следствие его свободного решения, которое тогда было свободно таким образом, что он мог желать и блага, и зла»[64].

Причина этого оставления имела глубокий смысл: чтобы Адам и его потомки познали важную истину – они могут пасть сами по себе, но не могут стоять и восстать без Божьей помощи и потому должны всецело полагаться на милосердие Бога. Существенно отметить, что между этим оставлением и грехом Адама проявилась его собственная воля. Будучи предоставлена своим силам, она немедленно осознала это через голос совести, и тем не менее добровольным движением воли Адам избрал путь падения.

Лишение даров

Существует второй, более тяжелый вид Божественного оставления. Если в первом виде (оставлении испытания) Бог только временно лишал человека Своей поддерживающей благодати для испытания, то второй вид представляет собой полное лишение и потерю тех духовных даров, которыми украшен человеческий ум. Более того, в этом случае человек предается сатане, чтобы тот мог обольщать людей и все глубже вводить их в грех.

Этот вид оставления именуется оставлением наказания, потому что он является именно наказанием за грех, а не испытанием, как в первом случае. Существенное различие между этими видами оставления заключается в их причинах и последствиях: если первое оставление (испытания) могло произойти даже с тем, кто не оставил Бога (как в случае с Адамом), то второе оставление (наказания) всегда является следствием того, что человек сам первым отвернулся от Бога. Именно ко второму виду относится известный принцип «Бог оставляет того, кто первым сам Его оставил».

Таково наше учение о предопределении. Хочу особо подчеркнуть его отличие от ложных учений: оно не имеет ничего общего с заблуждениями манихеев, которые утверждали существование двух равных начал – добра и зла, борющихся между собой; с учением стоиков, которые проповедовали слепой фатализм, отрицающий свободу воли; с ересью пелагиан, которые отвергали необходимость Божественной благодати для спасения, считая, что человек может спастись своими силами; или с воззрениями эпикурейцев, которые вообще отрицали какое-либо Божественное вмешательство в дела мира. Я глубоко убежден, что изложенное мной учение полностью согласуется с истиной и правой верой.