Список конченых жизней —

          не кажется очень длинным,

когда выпускник в июне тянет билет из рук:

химичка Ксенья Степанна, зоолог

          Ирина Васильна,

завуч Нелли Семеновна и Владимир Георгич,

          физрук.

А линия собственной жизни – она не в пример

          длиннее…

Грозу обещают к полудню, а он не надев штаны

бреется хмуро в ванной – и вдруг вглядывается

          и немеет

от крепкой своей мужской мальчишеской

          красоты.

…А в темном тяжелом зеркале – тополиное лето

          дышит,

пух пробирается в комнаты, в коридоре —

          сквозняк и мрак:

он прячет под белой майкой смуглеющие

          подмышки,

влезает в тугие джинсы, надевает льняной

          пиджак.

…Но ничего нельзя удержать – ни зеленого

          на лиловом,

ни треугольный вырез футболки, ни сломанный

          край зонта:

мокрые с головы до пят – входят двое в зеленую

          комнату

(от дождя за окном зеленую, от жасминового

          куста).

Мокрой псиной, пылью и глиной пахнет в чужих

          квартирах,

лиловая туча нависла, в четыре вернется мать.

Они говорят друг другу: Мы две глубоководные

          рыбины.

И ложатся – как на экзамен – на родительскую

          кровать.

«Мы с тобой как две большие глубоководные

          рыбины, —

повторяет он в непонятной тоске. – А над нами

          стоит вода».

И вот тут-то через двадцать минут и всплывает

          голубоглазая рыба Ирина Васильевна

и говорит: «Поздравляю тебя, Пантюхов. Это два».