Наконец добрались до места. Конвой покинул нас и встал снаружи. Пока что мы были в западне – маленьком деревянном домике с небольшой печкой, двумя узенькими окошками у входа, охапками сена в углах, исчезающих под накидкой мрака, и простым грубым столом посередине, где стояла мерцающая свеча, любезно оставленная нашими тюремщиками, единственный источник света под этой крышей.

Честно говоря, в это момент мне весьма хотелось закрыть глаза, подождать мгновенье, открыть и увидеть себя в реальном мире, таком рутинном и закономерном, но портал туда уже был уничтожен, увы.

Холмс спокойно сел в углу на кучку сена и вытянул ноги с комфортом и безмятежностью на лице.

– И давно ты заделалась журналистом?

В этот день великих открытий и начинаний мой IQ скакал от нуля до неведомых высот, и я не могла совсем предсказать, что же я такое вытворю в следующий момент.

– Да вот, заделалась, – язвительно отвечала я. – Чтобы написать о твоей помолвке.

Шик и уверенность слетели с лица Холмса.

– Кто… сказал тебе такое?!

И тут я вспомнила, что это был секрет. Но слишком ядовитой казалась эта стрела, чтоб ее не выпустить. Тем не менее, моя пятерня оказалась на лице от стыда.

– Прости, – убито извинилась я, теперь ударяя себя по губам. Ну, что ж мой язык говорит? Истинно, это зло, преисполненное всякого яда. – Мне… не стоило этого говорить.

Я в поисках помощи взглянула на Мию. Она сидела на лавке у стола, подперев подбородок, а глаза ее были расширены и смотрели в никуда, брови же выгнуты и подняты до предела. Что-то обдумывала.

Шерлок тем временем пришел в себя. И отчего он так боится своей грядущей помолвки? Неужели тогда он может назвать это настоящим чувством?..

– Да, не должна была, – подтвердил он беззастенчиво. Настолько беззастенчиво, что мой стыд разом куда-то запропал.

– Но… что ты тут делаешь, в таком-то случае? – вернулась я в нормальное состояние.

– А ты как думаешь? – усмехнулся детектив. – Надо было перед отъездом тебя снова отправить в карцер. Принц испугался отчего-то за твою судьбу и велел разыскать. Следов вы оставили немало.

Понятно. Опять принц. Ну, конечно, а разве ж могло быть иначе?.. И что я себе надумала?!. Я медленно направилась сесть к Мии, чтоб разложить кусочки разбитой мозаики по местам, а Холмс тем временем рассуждал вслух:

– Кто же мог подумать, что тебе взбредет в голову взять интервью у лесной банды разбойников?.. И что теперь мы застрянем здесь и будем так зависеть друг от друга? Это совершенно не входило в мои планы!

– Да уж, – подумала я, садясь на лавку. – Ведь у тебя помолвка в планах. Я вовсе не собиралась вот так срывать ее. Ну, почему подобные вещи случаются всегда именно со мной?..

Холмс все продолжал рассуждать вслух, достаточно громко, но в этот момент раздался тихий голос Мии, наконец выплеснувшей те мысли, что сделали ее лицо столь странным:

– Какатоесть, мы что, будем спать втроем здесь?.. – кивнула она на детектива, взявшего свечу со стола и придирчиво осматривавшего комнату во всех мелочах, и на саму комнату, что была простым квадратом, без всяких закоулков и выступов.

Эта мысль мне еще не приходила в голову. Да и сейчас как-то слабо до нее доходила. Потому я лишь промямлила в ответ, думая свою личную думу:

– Ну, наверно.

Мия умолкла. Но взгляд ее продолжал беспокойно бродить по углам.

Шерлок уже закончил говорить (что он говорил, я прослушала) и обратил взгляд на нас, притихших на лавке. Видимо, преисполнился милосердия при жалком виде бедных журналистов, ибо сказал утешительно:

– Ситуация не из лучших, конечно, но я попадал в переделки и похуже, – кажется, мужчины неизменно считают подобное заверение лучшим утешением. – И то, что сейчас стоит сделать – это лечь спать и набраться сил. Утром взглянем на ситуацию по-новому.

Момент Мии настал, и она озвучила свое опасение:

– Мы что, будем спать в одной комнате?!

Это прозвучало весьма драматично из ее уст. Холмс на какой-то момент растерялся, но быстро обрел свое достоинство:

– Я бы, конечно, с удовольствием мог ночевать снаружи, но, полагаю, охрана вашего несравненно заботливого героя книги не позволит, – развел он руками с бравым видом. Фу, как не люблю, когда он пытается играть роли и надевать маски. Получается это у него профессионально, конечно. Но дело не в этом.

– Это не такая проблема, – все еще в своей досаде отвечала я устало, вставая с лавки. – Мы отгородим его столом, – мне казалось все просто в этом вопросе. – Вот так, – опрокинула я несчастный предмет интерьера набок. – И придвинем к стене, – кивнула я в угол, где вначале сидел детектив.

Холмс слегка усмехнулся.

– Надеюсь, ножками не к стене? – поднял он бровь иронично и начал двигать стол.

«Именно», – хотелось сказать мне в ответ на все обрушившиеся повороты жизни, причиной не одного из которых был этот детектив. Но, как же хорошо, сдержалась.

Нельзя сказать, что этот вариант успокоил Мию совершенно, но выглядела она уже получше.

Мы улеглись в другом углу, стащив туда все сено, что удалось собрать. Холмса за его столом видно не было, только ноги торчали. Длинные. Ножки стола тоже торчали. Наружу.

Единственная свеча была задута.

– Доброй ночи, – сказала Мия в темную пустоту, лежа рядом со мной.

– Доброй ночи, – безмятежно-сонно донеслось из-за стола.

– Спокойной ночи, – негромко буркнула и я.