Если некая семья способна поколениями готовить месть, то каждый ее представитель обладает особым талантом — способностью ждать сколь угодно долго. Пока обычные терпеливые охотники умеют сидеть в засаде часами, Скорпы могут оставаться недвижимыми хоть десятилетиями: у скорпиона лишь одна попытка ужалить, и он точно дождется наилучшего момента. Поэтому Кейвар Скорп и не думал напрягаться от отсутствия новостей — изначально он был даже готов к тому, что справедливость и при его жизни не восторжествует.

Однако радости это не уменьшило, когда наконец-то случилось. Его люди всегда присылали такие послания, которые требовалось расшифровать — непосвященный смысла и не поймет. К примеру, Харро, если назначал место встречи, то составлял что-то наподобие списка расходов или подарков, и если на третьей строчке указаны «Шелковые платки, два дайра за штуку» — это означало «У торговой палатки с тканями в два часа». На этот раз записку отправил другой человек — кто-то не столь острожный или же поддавшийся немыслимым эмоциям скорого завершения дела всей его жизни. Кейвар сделал в уме зарубку, чтобы непременно отчитать отправителя, однако все равно не сдержал улыбку. На найденном кусочке пергамента, издали походящего на желтый осенний листок, написано было всего два слова: «Ваше величество». Тоже, казалось бы, ничего конкретного, однако для Кейвара, его семьи, всех верных людей и целого королевства эти два слова означали начало новой эпохи. Правильнее сказать, возвращение старой, но всем ныне живущим придется об этом напомнить — уже очень скоро воцарится эпоха Скорпиона, и больше ни один негодяй не посмеет ее разрушить.

Кейвар уничтожил послание и отправился в общежитие, не позволив себе даже ускорить шаг. Он обычный шахтер, служащий министерству ресурсов, Волк и глава отряда. Так и продолжится — еще день или два. «Ваше величество» — ну надо же! Кейвар снова усмехнулся. Выговора мало — написавший записку заслуживает знатного подзатыльника. Но все же как много значат эти слова, какие картины открывают. Нет, Кейвар пока не стал королем, процесс только запущен, даже фальшивый правитель Армунд все еще жив — убит только его старший сын. Наследник объезжал дальние графства с проверкой, и на обратном пути на него напали. Новость настолько свежая, что даже во дворце об этом еще не знают, но вскоре начнется паника. Преемником короны автоматически будет назначен Ристиан или Иристина — информация о близнецах настолько скрытая, что даже неизвестно, кто из них старше. Но для справедливости разницы нет — они будут убиты в точности так же, как была уничтожена вся кровная линия прадеда Кейвара, тогда бунтовщики не пощадили даже малых детей. Спаслась только молодая жена, носящая в чреве ребенка — ее сын и должен был стать Кедаром Двадцатым, однако прожил всю жизнь в Сольдо и умер в мечте, что хотя бы его дети увидят корону. Они не увидели — увидит внук. А когда у Армундов не останется наследников, сама королевская чета будет казнена на столичной площади — пусть народ Скорпа-Летеи видит, как поступают с предателями.

Кейвар сдержал желание немедленно взяться за Иристину и Ристиана — цель слишком близка, он не имеет права на осечку. Они оба довольно сильны, но наибольший риск несет Лиам, который сейчас не в их компании, но все равно поблизости. С ним Кейвар пока справиться не может, но даже если бы имел такие силы — все равно сдержался бы. Тлен из каналов Мины постепенно исчезает — и Северт остается ее единственным лекарством, поэтому его величество Кейвар Скорп дарует ему жизнь. А откуда вообще взялась твердая уверенность, что Лиам — это враг? Он не родственник Россам, его предки с узурпаторами не сотрудничали, просто служили на Рубеже — обманутые точно так же, как и прочее население. К тому же Северт достаточно умен и во всем ищет выгоду — если открыть ему правду, если выложить на стол все собранные доказательства, то он наверняка выберет правильную сторону. Зачем называть врагом того, кто может стать вернейшим и очень могущественным другом? Да если бы они объединились, если бы Лиам склонил голову перед истинным правителем, то вместе они могли бы и мир покорить!

Проблема в том, что Северт слушать не станет… Разве что с Миной он ничего поделать не может из-за этой их связки, поэтому придется попросить сестренку прочистить тому мозги. Но для начала следует обо всем рассказать ей. Если разговор с Лиамом не получится провести в ближайшее время — ничего страшного, все равно на Рубеже скоро начнется ад, он рванет туда и в ближайшее время точно не будет путаться под ногами.

Харро не выдержал и сам явился в академию уже на следующий день. Благо, что у Мины как раз была лекция в академии, поэтому не пришлось ловить ее ироничные взгляды. Кейвар и ухом повел, когда старый знакомый вошел в аудиторию, а генерал Аллерд пафосно оповестил:

— Сегодня лекцию для вас будет читать самый настоящий профессор университета! Ну что, разве вы теперь не элита? Записывайте каждое слово — это вам не сельский учитель, а светило мировой науки! Профессор, прошу, проходите, вы оказали нам большую честь!

Кейвар особо не вслушивался в материал: Харро действительно был опытным преподавателем — умел заставить аудиторию отвесить челюсти, он сам когда-то и обучал юного наследника Скорпов гуманитарным наукам.

После урока Кейвар подошел к трибуне, пока профессор неспешно собирал свои пособия. Спросил, когда в классе не осталось посторонних:

— Зачем сам явился, а не вызвал меня? Еще один в списке на подзатыльник. Вы там не рано ли расслабились?

Харро ответил тихим шепотом:

— Я хотел собственными глазами посмотреть, в каких условиях вы живете. Эти дни скоро закончатся, но я никогда не забуду, насколько вы смелый и самоотверженный человек. Я и раньше за вас жизнь отдал бы, но такой король — это награда для всех моих потомков.

— О потомках заговорил… — с улыбкой заметил Кейвар. — Видимо, твой сын плывет с первой же боевой армадой?

— Как и вся ваша семья, — кивнул Харро. — Вы не прячетесь от боя, так мы тем более не имеем права на трусость! Корабли Сольдо уже готовы — армия разгромит герцогство Черси, как только получат сигнал. На Эртон мы повлиять не можем, но умелые наемники уже готовы убрать Авреев, чтобы освободить проход нашим дикарям-союзникам. Рубеж будет полностью обезглавлен, если не считать господина Северта, но титул он уж точно в ближайшее время получить не сможет, поэтому армия его не примет.

— Вы все молодцы, подзатыльники отменяются. А что происходит во дворце? — полюбопытствовал Кейвар, вынужденно отлученный от самой свежей информации.

— Пока Армунды новость о смерти старшего сына не получили, — заверил Харро. — Шпионы во дворце ничего не пропустят — бандиты в ворованных коронах и не знают, что верные Скорпам люди уже и на министерских должностях сидят, и убирают их спальни. Скорее всего, гонец уже в пути — остались считанные часы до его прибытия. Полагаю, Армунды будут скрывать гибель наследника, пока не вывезут младших детей из академии и не разместят в безопасном месте. Позвольте совет, ваше величество: их надо брать как раз в этот момент, а не раньше. Здесь слишком много свидетелей и сильных магов — я верю в вас, но не могу сдержать опасений за вашу жизнь. Не рискуйте больше — только не теперь, когда мы все почти достигли цели!

Кейвар обдумал и согласно кивнул, тем более Харро подтвердил и его собственные мысли. Отдал приказ:

— Тогда будьте готовы — не пропустите, когда Иристина и Ристиан окажутся за стенами. Чего бы это ни стоило, не позвольте им пробиться! Большого кортежа охраны быть не должно, иначе Армунды откроют правду раньше времени и начнется паника.

— Будет сделано! Мы убьем их, тотчас поднимем восстание во дворце и захватим королевскую чету для будущей казни. Эртон остановит вторжение вглубь страны сразу после вашей коронации, останется только прибрать последствия, успокоить население и начинать счастливое царствование.

Кейвар вдруг покачал головой и возразил:

— Нет, младших Армундов не убивайте — отвезите в один из наших домов, закиньте в подвал под охрану архимага.

— Зачем? — опешил Харро.

— Я сам их убью, — окончательно решил Кейвар. — Армунды не стеснялись лично убивать моих предков — значит, я буду лично убивать их потомков.

— Но…

— Исполнять, — перебил Кейвар и пошел на выход, пока приятели не заинтересовались, куда он так надолго пропал.

Сейчас уже время поджимает — предстоит много дел, и ни в одном нельзя ошибиться. Ему пришлось даже останавливать себя, чтобы не броситься выполнять сразу все, — привычка, выработанная с детства. Скорпы никогда не прятались за спинами верных людей — они были именно там, где нужна помощь. Самому будущему королю приходилось мыть посуду, убирать, чистить — с позиций слуги проще всего добывать информацию. Лишь позже он взялся за аристократов тех фамилий, которые изначально выбрали неправильную сторону.

Мина уже шагала по полигону, а Кейвар даже не понял, кто ее на этот раз провожал. Начать придется с нее, поскольку именно ей предстоит переманить Лиама на их сторону. А если удастся с Севертом, то с другими представителями блестящей молодежи будет еще проще. Это не дело первой важности, но тем не менее надо держать его в голове.

— Как лекция, сестренка?

— Как всегда, замечательно, — ответила она как-то вяло. — Диву даюсь, сколько всего знает профессор Игмур. Слушай, у меня легкая слабость, я почти уверена, что это приближается магический ранг. Давно пора! Тлена в крови почти не осталось — надеюсь, все пройдет проще, чем раньше. Но на всякий случай предупреждаю — скорее всего, сегодня я опять буду всех пугать обмороком и болезненными стонами.

Кейвар прищурился. А вот это очень невовремя — Мина в такие периоды совершенно недееспособна, притом гром извне грянет в любую минуту. Но хорошо, что есть Татья и остальные — они точно присмотрят. Кейвар ведь не зря так тщательно набирал отряд — ему были нужны не сослуживцы, а люди, которым можно спокойно доверить жизнь сестры.

Он попросил:

— Остановись, я обязан тебе кое-что рассказать. Еще никто не знает, ты будешь первой. Скоро все изменится, моя маленькая сестренка. Я поговорю со всеми нашими, но вначале необходимо посвятить тебя — знаешь, как ты для меня важна. Боги, я так долго молчал, так много обязан открыть, а теперь не знаю, с чего начать…

Мина отчего-то смотрела на него испуганно, будто сейчас слышала угрозы и не замечала сияющий вид брата. Кейвар подумал, что по порядку эту историю не изложить, поэтому стоит просто привести все необходимые факты, а уже после, в спокойной обстановке, заполнить пробелы:

— Во-первых, вчера вечером был убит наследник престола. Об этом еще не знают даже его родственники, но с минуты на минуту весть дойдет и до них. Я говорю тебе об этом, чтобы ты приготовилась к предстоящему хаосу.

Мина побледнела так, будто погиб не сын короля, а сам Кейвар.

— Р-ричард Армунд… — прошептала она серыми губами. — То есть его высочество?

— Говоришь так, будто лично с ним знакома, — заметил парень.

— Нет… — ее голос совсем захрипел, а взгляд бессмысленно заметался, как впрочем и мысли — оттого-то Мина и лепетала бессмыслицу: — Он должен был приехать в замок в тот день, когда… Когда мать Лиама вышвырнула меня и… Подожди! — Она вдруг вскинула голову: — А ты говоришь так, будто лично к этому причастен!

Кейвар знал, что просто не будет, поэтому методично перешел к следующему пункту:

— Его убили мои люди, дорогая сестренка.

Она отшатнулась, словно увидела среди бела дня шестиногу. Добрая наивная девочка — ей придется постараться, чтобы все это переварить.

— Мина, выслушай до конца, это очень важно. Вас всех обманывали десятилетиями! И ты поверишь мне, когда увидишь письма и документы. Давным-давно три брата — Эрнандо, Вильгельм и Доминик — задумали свергнуть законного короля. Старший захотел править страной, а младшие мечтали получить высокие титулы и урвать себе богатейшие обширные земли. Собственно, все это они в итоге и получили.

Девушка была настолько растеряна, что не к месту решила блеснуть и своими знаниями истории:

— Земли они получили действительно обширные, но Вильгельм Росс осел на Рубеже, а Доминик Черси — в Приморье, то есть не в самых безопасных местах, а на границе, где были нужны самые преданные…

— Разве это сейчас важно? — усмехнулся Кейвар, перебивая ее. — Ты послушай самую суть. Они знали, что население не поддержит переворот — народ обожал доброго и милосердного Кедара Девятнадцатого, да и любой образованный человек помнил, что Скорпы наше государство и основали. И тогда предатели задумали страшное дело, которое изменило бы все: это они убили крестьянок, привезли их тела во дворец, подкупили лжесвидетеля и выставили своего повелителя жестоким убийцей. Началось восстание, в ходе которого были уничтожены все Скорпы, включая невинных детей. Я понимаю, как это звучит, но правда еще страшнее — и, к сожалению, мне придется показать тебе все доказательства этого грандиозного заговора. Человек, которого в учебниках сейчас называют Кровавым Скорпионом, на самом деле был виновен лишь в одном — он слишком верил в порядочность и верность. Узурпаторы не знали, что юная королева была уже беременна, поэтому ей удалось сбежать в Сольдо и родить здорового сына. Она была моей прабабушкой — и из ее дневников мы узнали правду. Кедар не был жесток — наоборот, иногда излишне мягкотел, а к ней относился как к богине. И по чистой случайности ей было достоверно известно, что трупов в подвале дворца за день до обыска еще не было.

С лица Мины ушла последняя краска, она пьяно покачнулась и осела на землю. Встревоженный Кейвар присел рядом с ней и обеспокоенно спросил:

— Ты в порядке? Понимаю, что новости слишком шокирующие, но ты слишком остро все воспринимаешь.

Она вяло оттолкнула его руку и зажмурилась. Сидела так несколько минут, покачиваясь, а потом открыла глаза и спросила:

— Если все это правда, то почему вы молчали?

— А мы и не молчали, — напомнил Кейвар. — Сразу же Сольдо, Эртон и еще несколько стран выразили протест, но Армунды слишком сильны — они могли заткнуть рот любому. Война архипелага против Летеи была обречена на провал, и не важно, на чьей стороне справедливость. Нам пришлось несколько поколений внедрять своих людей, развивать шпионскую сеть и готовиться. И вот этот день настал — человек, которого ты называешь братом, на самом деле единственный законный король Скорпа-Летеи.

Девушка снова зажмурилась. Но еще через пару минут без помощи поднялась на ноги, потрясла головой, будто приводя мысли в порядок, и заговорила уже твердо — она все-таки молодец, обладательница стального характера, все усилия Кейвара по ее обучению даром не прошли. Она лишь уточняла детали:

— Ты станешь королем, когда сместишь с престола Армундов?

— Не смещу, а верну то, что мне причитается, — поправил Кейвар. — Они и так слишком долго благоденствовали на чужой боли. Ну а ты, назвавшаяся моей сестрой, встанешь по правую руку от меня: титул, богатства, власть — все, что захочешь, уже твое. Согласишься, например, быть герцогиней?

— Кем?! — на нее накатила новая волна удивления.

Кейвар широко улыбнулся — еще бы, сиротка, которая едва не погибла на улице от голода, о подобных изменениях даже не мечтала.

— Ну а что ты думала? — подбодрил он ее. — Сестренка, ты еще не осознала, кто я такой и что могу тебе дать? Выбирай любые земли — и они будут твоими. Только желательно не Рубеж — слишком далеко и опасно. Эртон остановится после моей коронации, но до того устроит там резню. Армада со стороны Сольдо тоже уже готова к наступлению — и герцогству Черси не поздоровится. Еще немного потрясений, и наконец-то воцарится справедливый мир.

Мина медлительно произнесла:

— Герцогиней я быть не откажусь, пожалуй, но все это разрывает мне разум… Так, подожди минутку, дай мне собраться. Армунды будут убиты за то, что сделали их предки? А как же Ири и Рист? Ведь ты знаком с ними — они чрезвычайно порядочные люди! Может, есть другой путь?

Она все так же добра — пытается спасти каждого. Однако Кейвар знал, что в данном случае лучше не врать:

— Другого пути нет, моя дорогая, иначе переходный этап никогда не закончится. И не обманывайся на их счет — Армунды превосходно умеют производить о себе впечатление. Но ты и сама все знаешь: что случилось с тобой, что случилось с Лодой, что творит министерство ресурсов — это все происходит при их правлении, но они не вмешиваются. Армунды умеют только изображать сострадание, но на простых людей им плевать.

Мина нахмурилась и покачала головой, словно желала возразить, но аргументов не нашлось. Вид у нее был болезненный, поэтому Кейвар переключился, раз основное уже сказано и можно пока оставить девушку в покое:

— Ты неважно выглядишь, сестренка. Кажется, ты вот-вот возьмешь четвертый ранг, поэтому тебе так плохо.

— Поэтому, — подтвердила она. — Потом обсудим подробности. А пока у меня только один вопрос. Кей, почему…

— Кейвар, — представился он очень запоздало. — Кейвар Скорп, моя хорошая.

Она вздрогнула, но назвала теперь верное имя:

— Кейвар, почему ты так сильно меня любишь? Ты законный наследник, талантливый воин, носитель традиций своей почти полностью истребленной семьи, а я никто, обуза.

Молодой человек очень удивился, что весь ее интерес заострился на такой ничтожной мелочи.

— Ты моя сестра, — твердо произнес он, но Мина в ответ почему-то еще сильнее свела брови, словно ей сказанного не было достаточно. Однако этот вопрос точно не требовал усилий, чтобы мучить девушку еще дальше, поэтому Кейвар поторопил: — Идем, тебе нужно в постель. И прошу — пока ничего не сообщай нашим. Разумеется, никого из них я не брошу, но сейчас суета будет лишней.

— А остальные шахтеры? — уже по пути совсем вяло спросила она. — Что будет с ними?

— В ближайшее время начнется паника — надеюсь, они ее переживут. А сама идея делать из преступников шахтеров мне нравится, это выгодно с любой стороны. После коронации прижму министерство ресурсов — то, что от нынешнего министерства останется, и тогда посмотрим, кто кого. Я не Армунд, у меня все по струнке ходить будут — начиная с министров и заканчивая самими шахтерами.

Мина покосилась на его профиль, но продолжать разговор не стала — вымоталась. Все недостающие детали они обсудят позже, а родная душа никогда не предаст. Капитан Гельт когда-то без подсказки дал ей позывной «Скорпион» — у него была дрянная интуиция, но иногда она выдавала настоящие чудеса. Боги не допускают столь грандиозных совпадений, если только не желают показать знак смертным. Скорпа-Летея — «Земля скорпионов», и править в ней должны скорпионы.

***

Кейвар осмотрел свои штаны — все-таки замечательная магическая ткань: подходит на любую погоду и крови на ней не видно. А вот на ботинки красные капли попали — обувь, кстати говоря, тоже замечательная, надо будет приказать, чтобы сделали несколько таких пар.

Он перешагнул через труп и посмотрел на связанную сестру только что убитого Ристиана Армунда. В подвале было достаточно светло, чтобы четко видеть ее лицо. Иристина, на удивление, неплохо держалась — она уже знала, что ее старший брат погиб и только что на ее глазах перерезали горло близнецу, но она не плакала, лишь сжимала челюсти и старалась смотреть прямо. Да и голос ее был тверд:

— Ты болен, Кей. Хотя правильнее тебя называть Скорпом? Ты очень сильно болен.

Он подошел чуть ближе и пнул пленницу под ребра. Наблюдая, как она скрючилась, холодно спросил:

— Как ты разговариваешь со своим королем, выскочка? Жаль, что твой братец не желал общаться, поэтому придется беседовать с тобой. Уж вы-то наверняка знали, что произошло на самом деле, вряд ли от наследников скрывали правду.

— Знаю, — подтвердила Иристина, вновь смело поднимая лицо. — Кедара Девятнадцатого подставили — организовали все так, чтобы ни у кого сомнений в его вине не осталось. Ложью подняли против него народный гнев. Но сейчас лучше говорить не о нем, а о тебе, поскольку иных объяснений и не потребуется. Это ты убил Жозефину. И ту второкурсницу, Амелию. Тело бедняжки не нашли — оно, кажется, вон у той дальней стены?

— Жозефина не давала покоя моей сестре! — рыкнул Кейвар. — Она заслужила!

— И Амелия заслужила? — парировала пленница. — Нет, ты нацеливался на Таланею — думаю, она все равно обречена, потому что моя близкая подруга и не предаст Армундов. Но в ту ночь ты не смог добраться до Таланеи и схватил постороннюю, ведь кровь уже закипела, остановиться невозможно. Я полная дура, и это я во всем виновата. Как я восхищалась, когда ты на втором ранге двигался со скоростью, более подходящей третьему или четвертому. А я, ослепленная влюбленностью, не обращала внимания на очевидное. Ты сильный маг. Ты настолько сильный, что всегда опережаешь свой ранг.

— Ты меня сейчас хвалишь? — немного удивился он.

— Если можно хвалить за что-то носителя тлена, — проговорила Ири после паузы и продолжила: — Все Скорпы заражены наследственным тленом. Тысячи лет королевством правили изверги, которые при свете дня были порядочными и милосердными, а потом время от времени уезжали в свои охотничьи домики или отдаленные усадьбы, где предавались своим наклонностям. Это давало им энергию вновь некоторое время притворяться нормальными людьми. Однако нельзя обвинить короля в подобном без исчерпывающих доказательств. А все они, как и ты, были очень умны, осторожны и хитры. Заговор готовился десятилетиями — я не уверена, что мой прадед с братьями все сделали правильно, но они уже не могли оставить все как есть. И настоящую причину скрыли — если бы народ узнал, что практически с самого основания ими правили тленные маги, которых не могли раскрыть, это окончательно подорвало бы доверие к власти, и не было бы сейчас ни Летеи, ни Скорпа-Летеи. Они сделали это — цинично и хладнокровно, а потом уничтожили всех кровных родственников Скорпов. Кого-то, очевидно, упустили. Кто же знал, что им следовало быть еще более циничными и хладнокровными?

Кейвар иронично вскинул брови.

— Да ты, как я вижу, совсем сбрендила от горя. Я не заражен тленом! К примеру, я не призываю убитых существ.

Иристина не верила в свое спасение, но отчего-то все равно продолжала отвечать подробно, как будто это была ее последняя надежда — а вдруг получится убедить в этой несусветной, только что придуманной чуши?

— Разве у тебя была необходимость в призыве? Уверена, что даже когда тебя поймали полицейские, ты знал, что тебя в любую минуту освободят. Да и наследственный тлен ведет себя гораздо мягче, чем при прямом заражении. Он раскрывается медленно, гармонично, чаще всего втайне даже от собственного носителя, не причиняет боли при новых рангах и просто ждет подходящего возраста. Обычно это около тридцати лет. Ты опередил своих сородичей — что-то с тобой случилось, из-за чего начался преждевременный рост. Призовешь существ, когда твоя жизнь будет всерьез висеть на волоске, или же со временем откроется такая способность. Есть и другие признаки — желание черпать силу из чужой боли. Не потому ли ты начал убивать? Раз уж тлен раскрылся раньше времени, то он требует своего.

— Я их убил не поэтому! — несколько раздраженно опроверг Кейвар.

А Иристина будто бы его и не услышала:

— Еще наследственный тлен меняет поведение человека — возможно, это его способ как можно дольше оставаться необнаруженным. Все Скорпы были чрезвычайно добры к избранным людям — они демонстрировали такую искреннюю любовь и заботу к кому-то конкретному, что и мысли не возникало о том, кто они есть на самом деле. Кедар Девятнадцатый со своей супруги пылинки сдувал, на руках ее носил, потакал всем ее прихотям — и придворные, видя подобное обожание, считали его настоящим ангелом. Не знаю, осознанно это делают тленные маги или это выходит само собой, однако это свойство отличало всех представителей кровной линии: твои предки заметно выходили из себя, если предмет их обожания отдалялся, это могло даже спровоцировать преждевременное развитие тлена. У тебя таких искажений поведения еще нет? Постой-ка…

Кейвар вскинул руку и нервно перебил:

— Хватит уже болтовни!

Теперь он понял, чего добивается бывшая принцесса: она льет все это вранье для одной цели — разозлить его и вынудить убить ее быстро. Изворотливая, как и все Армунды. Нет, Кейвар на провокации не поддастся. И пока он размышлял, как поступить, позади раздался женский голос:

— Ну, долго еще ждать? Можно с этой я поиграю? Мне ведь тоже хочется, а ты мне разрешаешь только смотреть!

Кейвар ответил, не оборачиваясь:

— Ты нестабильна, Лода, нельзя потакать твоим наклонностям. И не смей с ней заиграться, пока не разрешу, а то я очень разозлюсь. Она такая милая, такая симпатичная — хочется, чтобы она погостила у нас подольше. Чем красивее девушка, тем удовольствия от ее криков больше, хотя ты в этом плане не такая разборчивая.

Лода вышла вперед, встала вровень и разочарованно сквасилась.

— И как долго терпеть? У меня уже все внутри чешется!

— Прекрасно понимаю, я тоже едва держусь. А может, я передумаю и женюсь на ней? — произнес Кейвар. — Объединим две династии, чтобы люди вообще не поняли, на чью сторону вставать. Она в меня влюблена, с первого взгляда распознала своего истинного господина — чем не идеальный союз? Будем жить долго, притом я еще и счастливо. Шучу, конечно, что вы обе на меня уставились, как будто поверили?

И по подвалу разнесся громкий женский смех, немного напоминающий клокотание гиены.

Конец третьей книги