Ефимия

Что-то во мне сломалось. Словно вышла из тумана безразличия и окунулась в кошмар реальности.

Жму на газ так сильно, что двигатель ревёт. Руки на руле влажные от чувства опасности. Пальцы периодически сжимаются в судороге. В зеркале заднего вида почти пустая дорога. Ловлю себя на ожидании, что за каждым поворотом может появиться машина Игоря.

Нужно остановиться и отдышаться. Давненько меня так не колбасило. Адреналин в меру – встряска обленившемуся организму, но не в таком количестве. Сейчас моей кровью можно запускать сердца умирающих. Паническая атака?

Лена открывает дверь ещё до того, как я успеваю нажать на звонок. Увидела мой «Мерседес» в окно? Глаза подруги наполняются ужасом.

– Боже, Фима, ты выглядишь…

Знаю, что похожа на «зомби». Я проскальзываю внутрь, не давая ей договорить.

– Ванная. Мне нужно в ванную.

Она молча кивает и отступает.

Ванная комната маленькая. Розовый кафель и запах лаванды. Я включаю воду, чтобы заглушить собственные рыдания, и падаю на колени перед унитазом. Меня выворачивает наизнанку – не от еды, а от этой грязной, липкой боли, что заполнила всё внутри.

Смываю следы слёз холодной водой. В зеркале передо мной – незнакомка с опухшими глазами и перекошенным ртом. Не думала, что меня так легко сломать. Привычная бравада осталась в доме, в момент второго захода в спальню к предателям. Корона там же. Висит на гвоздике перед туалетным столиком.

– Фима… – Лена осторожно стучится в дверь. – Ты… хочешь чаю?

Я выхожу, вытирая лицо полотенцем. На вопрос в серых глазах отвечаю коротко:

– Он изменил мне. С Яной. В нашем доме.

Лена бледнеет.

– Это… та девчонка, которая росла с Ликой…

– Да.

– Ё…

Один короткий, ёмкий звук. Именно то, что я чувствую. Прохожу следом за ней в гостиную. Без сил падаю на диван.

Смартфон вибрирует в кармане. Незнакомый номер. Может Сергей или проверяет Игорь? Принимаю.

– Алло?

– Ну что, старая кляча, – сладкий, ядовитый голос мгновенно заставляет мою спину выпрямиться, – поняла, наконец, что ты лишняя?

Лена видит выражение моего лица и замирает.

– Яна, – цежу слова сквозь сжатые зубы, – тебе бы помолчать, пока я не навестила твоих родителей и не вырвала твой гнилой язык.

Она смеётся.

– Ой, как страшно! Ты забыла, что я совершеннолетняя? – продолжает змея обрисовывать моё незавидное будущее:– Игорь уже подал на развод и обо всём договорился с судьёй. Лика сама попросится жить с отцом. Она, кстати, моя лучшая подруга, если ты забыла. Сёма… он ещё маленький, но папу любит больше тебя. Через месяц после развода даже не вспомнит, как ты выглядишь.

Пальцы намертво вцепляются в смартфон. Игорь мне угрожает одним, а делает совершенно другое? Или это игра исключительно Яны? Поставила цель довести меня до нервного срыва? Опять вопрос – для чего? Встряхиваю головой. Я чего-то недопонимаю, но в таком состоянии трудно рассуждать здраво! Мерзавка продолжает давить:

– Попробуй только забрать детей у Игоря – мы тебя уничтожим!

Я вдруг понимаю, что не сижу, а стою на ногах. Не помню, когда поднялась. Пора брать себя в руки.

– Если тронешь моих детей, – мой голос тихий, но чёткий, – пеняй на себя.

Я сбрасываю вызов. Больше мне с ней говорить не о чем.

Лена смотрит на меня широко открытыми глазами.

– Она смеет тебе звонить?

Киваю.

– И не только. Змея слишком складно описывает действия Игоря. Если всё как она говорит, то я позади него на три шага. Пришло время действовать на опережение. Для начала понять, что он задумал.

Оставаться дольше у Лены нет смысла. Прощаюсь, обещая оставаться на связи, и ухожу.

Напротив подъезда стоит чёрный джип. Водитель курит, пристально смотрит на меня. Во взгляде нет интереса к симпатичной незнакомке. Он словно знает меня.

«Его человек? Или к панической атаке добавилась паранойя?»

Заезжаю в ворота. Ставлю машину и крадусь, стараясь прошмыгнуть в гостевую комнату незаметно.

В доме тихо. Лика сидит в гостиной комнате второго этажа с открытой дверью. В наушниках, уткнувшись взглядом в смартфон. Даже не поднимает головы.

– Мама! – Сёма вылетает из своей комнаты. – Папа купил мне новый «Плейстейшен»!

Я целую его в макушку, вдыхая запах детского шампуня.

– Мы же дарили тебе игровую приставку на Новый год.

– Это пятый, самый крутой!

Отвожу взгляд, не сумев скрыть вспышку злости. И опять папа лучший. Что это если не попытка купить малыша, не понимающего игр взрослых? Вслух говорю:

– Классно, малыш…– Прятаться больше нет смысла. – Мойте руки и спускайтесь в столовую ужинать.

Что бы ни случилось, не стоит забывать, что я мама.

Игорь уже находится в столовой. Стоит, наливает себе виски. Глаза блестят – уже немало выпил.

– Где была? – спрашивает слишком спокойно.

Сразу вспоминаю про чёрный джип у подъезда подруги.

– У Лены. Я уже говорила.

– А… – Он делает большой глоток. – Ну, хоть предупредила.

Фырчу. Меня распирает от злости, стоит взглянуть на довольное лицо предателя. Он ведёт себя так, словно ничего не произошло. Как будто я обязана перед ним отчитываться, а он имеет право спрашивать.

Семья собрана за столом. Приступаем к еде. Лика вдруг снимает наушники.

– Пап, а правда, что мама хочет нас с Сёмой забрать и уехать?

Ложка выпадает у меня из рук. Слова Яны. Вот кто настраивает дочь против меня. Когда успела?

Игорь снисходительно улыбается.

– Не волнуйся, дочка. Я никому не позволю разделить нашу семью.

Он не гладит её по голове – Лика уже не ребёнок. Его взгляд скользит ко мне. Холодный. Угрожающий.

– Кстати, – он обращается к Лике, – насчёт твоего дня рождения. Ты хотела «Ауди»?

Лика загорается. В глазах радостный блеск. Переводит взгляд с моей вытянутой физиономии на довольное лицо отца. Она только что не подпрыгивает от счастья на стуле.

– Серьёзно?!– на буку мать больше не глядит. Зачем? Только любящий папа достоин внимания.

Он милостиво кивает.

– Если будешь хорошей девочкой.

А «штормовые» глаза снова на моём лице. Я даже слышу, как он повторяет в этот момент исключительно для меня: «Хорошей девочкой».

Дети для продолжения в игру «идеальная семья» куплены, осталось запугать или задобрить меня.

Время сна и нового испытания. Я запираю дверь спальни. Подпираю ручку стулом. Смартфон с номером Сергея – под подушкой.

В коридоре тяжёлые шаркающие шаги нетрезвого человека. Останавливаются у моей двери.

– Фима… – голос Игоря пьяный, нечленораздельный. – Открой. Поговорим.

Я от страха поджимаю под себя ноги. Сворачиваюсь в защитную позу эмбриона. Прижимаю ладонь ко рту. В груди липкая пустота. Выговариваю, изображая заспанный голос:

– Я сплю…– А сама умираю от страха. Знаю точно – сойду с ума, если подонок меня изнасилует.

– Фима… – он стучит костяшками пальцев. – Я люблю только тебя. Всё это… я делаю для семьи. Останешься со мной. Всё будет как прежде.

Внутри истерический смех. Как прежде? С Яной в нашей спальне? С влажными от её запаха руками на моей коже?

Борюсь с рвотным позывом. Бормочу через стон:

– Игорь, прошу, уходи!

В этот раз Бог на моей стороне. Тишина. Потом – тяжёлые шаги прочь.

Утро. С трудом разлепляю веки. Сёма не прибежал, как обычно, поцеловать маму или по привычке рванул в нашу спальню? Мелочь, но неприятно. Я как никогда нуждаюсь сейчас в ласке, в поддержке, в любом добром слове.

Спускаюсь в столовую и снова подозреваю у Игоря раздвоение личности.

На краю заставленного едой стола лежат документы.

Я медленно читаю:

«Отказ от доли в бизнесе… передача прав на дом… согласие на опеку…»

С трудом продавливаю сквозь лёгкие воздух. Это не договор, а ультиматум, за которым последует… что? Сталкиваюсь с насмешливым взглядом.

Игорь пьёт кофе. Кивает, растянув губы в улыбку:

– Это для суда. На всякий случай.

Он не живёт второй день, а играет, получая огромное удовольствие от того, что со мной происходит. Не понимаю, когда я успела его настолько обидеть? Отворачиваюсь от него и сталкиваюсь с не менее издевательским взглядом дочери.

Лика смотрит на меня с вызовом:

– Мам, может, тебе просто отдохнуть? Папа говорит, ты не в себе.

Не реагирую. Она ребёнок, хоть и семнадцатилетний. Уничтожить главное зло, и дочь будет считать по-другому. Я поднимаю глаза на Игоря.

– Ты действительно думаешь, что я это подпишу?

Он пожимает плечами.

– У тебя есть выбор?

Аппетит моментально пропал. Я смотрю на Сёмку, уплетающего оладьи и даже не подозревающего, что происходит. На Лику, которая уже купилась на обещанный «Ауди», а может и раньше приняла сторону отца.

И вдруг понимаю – у меня действительно нет выбора.

Разве только один. Желаю детям:

– Приятного аппетита! – и выхожу из столовой, стремясь поскорее оказаться в комнате.

Нужно придумать, как незаметно выскользнуть из дома в офис. Подхожу к окну. Бросаю взгляд за ворота и не верю своим глазам. Всё тот же чёрный джип стоит в нескольких метрах от нашего дома. Он внезапно заводится и уезжает.

Закрываю глаза. Медленно считаю до десяти, успокаивая нервы.

Прессинг продолжается ежесекундно. Про офис на время можно забыть. Мне не дадут до него доехать. Начбез дал ясно понять, что он не станет принимать чью-либо сторону.

Игорь надеется, что я сломаюсь? Ошибается!

Назад пути нет. Достаю смартфон. Набираю номер человека, на которого последняя надежда.

– Сергей? Это я. Ты прав. Мне действительно нужно уехать. Сегодня же. Встретимся в Москве.