Ефимия

Прошло полгода. Я стою у окна нашего нового дома в Подмосковье. Смотрю, как Сёма гоняет мяч во дворе под присмотром Сергея. Громкий смех доносится даже сюда. Звонкий и беззаботный, словно ничего не случилось. Как будто мир не рухнул и не собрался заново. Каждый в нём получил или был вознаграждён по заслугам.

Игоря осудили. Не только за попытку убийства – за всё. За кражу из фонда, за подкуп, за ложные показания. Он получил десять лет, но так и не понял – за что?! При оглашении приговора, он смотрел на меня через решётку. В серых глазах не было ни злости, ни раскаяния. Только пустота, от которой мне больно. Я видела перед собой незнакомца и не знала, чего ожидать от него в будущем.

Яна, участвовавшая в моём похищении и в подготовке к убийству, получила три года условно.

Лика поступила в университет. Не в Москву, как я хотела, а в Питер. Она сказала: «Мне нужно начать всё сначала. Там, где меня не знают, как дочь того самого Уварова». Я отпустила её. Дочь выстрадала через потери право выбирать своё будущее.

Сергей… Он стал моей тихой гаванью. Не броскими словами, не громкими жестами, а тем, как он каждое утро приносит мне кофе, как читает Сёме сказки на ночь, как смотрит на меня, когда думает, что я не вижу. В его глазах – огромная любовь и обещание. Обещание, что больше никто не причинит мне боли.

Я больше не Ефимия Уварова. Я снова Ефимия Максимовна. Просто я.

Ухожу на кухню. Сама разливаю свежесваренный кофе по чашкам. За окном золотится осеннее утро, и воздух наполнен ароматом опавших листьев. В руках у меня не просто чашки – а целое счастье: одна для Сергея, вторая для Сёмы, третья…

Третья пока пустует.

Кладу руку на пока плоский живот, где теплится странное, сладкое предчувствие. Мне сорок, но тело – лёгкое, живое, полное тайны. Последствий от аварии нет. Уверена, я смогу родить. Мой подполковник получит собственного ребёнка.

Дверь распахивается, и в дом с чёрного входа вваливаются мои мужчины – Сергей с растрёпанными от ветра волосами и Сёма, красный от смеха, с прилипшими ко лбу светлыми прядями.

Полный восторга рассказ с итальянской жестикуляцией от отчаянного фантазёра:

– Мам, мы видели белку! Она ела орех прямо у нас на глазах! – Сёма тычет пальцем в окно, а Сергей молча подходит ко мне, целует в висок и забирает свою чашку.

– Спасибо, – шепчет он, и его губы прохладные от лёгкого морозца.

Я улыбаюсь и вдруг решаюсь похвалиться собственным достижением.

– Подожди, – говорю шёпотом Сергею на ухо и вытаскиваю из кармана домашнего костюма тест. Кладу кусок белого пластика на стол перед чашками.

Тишина.

Он замирает. Стальные глаза расширяются, потом медленно поднимаются на меня. В них – не просто радость. В них буря чувств.

– Фима… – он произносит моё имя так, будто это молитва.– Я люблю тебя и любить буду вечно…

Сёма сначала не понимает, но потом видит две полоски и визжит:

– У меня будет братик?! Или сестрёнка?!

Где успел узнать для чего эти тесты? Вздыхаю: «Век интернета».

Сергей обнимает меня так крепко, что чувствую, как бьётся его сердце. Оно давно стучит в унисон с моим.

– Ты счастлива? – спрашивает подполковник, вмещая в ёмкое слово всё, что нас связывает. Командирский голос дрожит от волнения.– Ты выйдешь за меня замуж?

Я закрываю глаза. Вспоминаю длинноногую школьницу с разбитым сердцем. Подвал. Аварию. Темноту. Боль. Страх. А потом – его руки, что вынесли меня из того ада. Слова любви, которые стали моим воздухом.

– Да, – отвечаю до банальности просто, хотя щиплет нос от желания разреветься.

За окном падает жёлтый лист. Где-то далеко в нашем посёлке кричат дети. Кофе на столе остывает.

А у нас впереди – целая жизнь. Совсем скоро нас станет на одного больше.

Жизнь продолжается. И она обязательно будет хорошей!