Мы с Эдмондом Уэллсом облегченно переглядываемся. Наши люди пока что в безопасности, вдали от дикостей продолжающейся игры. Мы гордимся этим, как родители, в последний момент спасшие своих шедших ко дну детей.

Мне нравится этот народ, вылепленный Эдмондом и мной. Он, конечно, невелик, живет за тридевять земель, зато уцелел, пребывает в добром здравии и сознает необходимость согласия ради надежного будущего. Пока Прудон будет вынашивать для своих людей-крыс технологию высадки на остров, мы, вероятно, успеем придумать, как этому противостоять.

Мы возвращаем шар «Земли‐18» на его прежнее место и собираемся уходить. Скоро, наверное, рассвет. Мы увлеклись и совсем забыли о времени. Плохой сюрприз: мы поднимаемся по лестнице и утыкаемся в запертую на ключ дверь. Мы в ловушке! Нам грозит не только риск быть пойманными великаном, когда он придет за планетой дня, но и неявка в положенное время в свои виллы.

– Подсади меня, – просит Эдмонд Уэллс, ничуть не утративший самообладания, и взбирается мне на плечи, чтобы как следует рассмотреть с той стороны дверной запор.

– Ключ в замочной скважине, – сообщает он.

Мы меняемся ролями. Я ловчее его, мне проще подсунуть под дверь край тоги, а потом, стоя на плечах Эдмонда и перегнувшись, вытолкнуть ключ из скважины. Он падает с другой стороны – бесшумно, на тогу. Нам остается только вытянуть на нашу сторону тогу вместе с ключом.

Ключ длиннющий, с мою руку, и неожиданно тяжелый. Трехметровому великану ничего не стоит с ним обращаться, не то что человеку ростом в 1,75 м. Я несколько раз подряд терплю неудачу, несмотря на подбадривающий шепот Эдмонда.

Наконец, замок с лязгом поддается.

– Ты слышала, милая? – грохочет Атлас.

– Не волнуйся, это, наверное, крысы, – отвечает Плейона.

Мы торопимся к окну, пока не появился великан, и прячемся за занавеской.

Атлас топает вверх по лестнице с воплем:

– Кто-то проник в подвал и расколошматил планету!

– Крыса?

– Нет, ученик. Зря я не поставил ловушки для людей. Вечно среди богов-учеников заводится жулье!

– Вижу одного! – кричит великанша.

К нам приближаются шаги, от них сотрясается весь дом.

Атлас вооружился веником, его половина – крышкой от кастрюли. Мы мечемся в поисках выхода, преследователи все ближе.

– Их двое! – кричит Плейона. – Вот они, вот, видишь?

– Набрось на голову тогу, скорее! – советует мне товарищ по несчастью.

Я привык следовать его советам, поэтому не спорю и делаю в своей тоге две дырки на уровне глаз. Великаны приближаются.

– Разбегаемся!

Шмыгнув в кухню, чтобы избежать удара крышкой, я прихожу к выводу, что в моей тоге не хватает дырки для носа, без нее я задыхаюсь. Что до Эдмонда, то он мечется зигзагами, чтобы не оказаться под пятой Атласа. Он прячется за огромный шкаф, но великан тотчас его отодвигает. Я от отчаяния запрыгиваю на спину великанше.

– Он кусается! – кричит она.

Я ныряю в распахнутое окно, едва не врезаюсь в обрамление стекла, и вот уже я снаружи, в кустах, жду, когда ко мне присоединится моей друг.

– Готово, Плейона, я его поймал, – слышу я голос Атласа.

Проклятье, Эдмонд Уэллс попался! Я колеблюсь: сбежать или спасать моего наставника?

– Бросим его в море, пусть превратится в кита, в дельфина, в кого захочет, – советует мегера.

Дружба пересиливает. Я возвращаюсь и вижу Эдмонда Уэллса в лапах великана. Он тоже меня видит.

– Брысь отсюда! – кричит он.

Но я пытаюсь отвлечь внимание неприятеля. Эдмонд вынимает что-то из-под своей тоги и кидает мне, приказывая жестом поскорее убираться.

– Будь продолжателем!

Я ловлю Энциклопедию Относительного и Абсолютного Знания и опять скрываюсь, крепко прижимая ее к груди. Моему бегству пытаются помешать все до одной колючки в саду, за спиной у меня трещат ветки под тяжестью Атласа, вот-вот он меня сцапает…

Я мчусь изо всех ног, понимая, что великан еще не видел моего лица. Он пытается на бегу всполошить весь город и устроить коллективное преследование.

Но у самого моего сердца трепещет Энциклопедия. Теперь мне ее продолжать, это наименьшее, что я могу сделать, чтобы почтить память Эдмонда Уэллса. Спасти наш народ, спастись самому, продолжить Энциклопедию.

Из-за всех углов выбегают кентавры, готовые меня ловить. Даже грифоны слетаются им на помощь. Я бегу, не чуя под собой ног. Ставки слишком велики, чтобы я согласился сдаться.