Дверь Виктору открыла сама Ида, в пунцово-красном халате, под глазами темные круги от усталости. За ней, с перепуганными лицами, стояли Оса, Моска и Риччио, глядя на Виктора так, словно ожидали совсем не его, а кого-то другого.

– Ну что еще у вас опять стряслось? – прошептал он, со спящим Бо на руках проходя мимо них в дом.

– Да это же Бо! – радостно воскликнула Оса, да так громко, что Виктор испуганно глянул на личико спящего малыша, но тот только пробормотал что-то во сне и еще глубже зарылся в теплое одеяло.

– Да, это Бо, – пробурчал Виктор, – и он довольно тяжелый, так что не будете ли вы все столь любезны уйти с дороги, чтобы мне куда-нибудь его положить.

Все тут же отпрянули, и Ида по крутым лестницам повела Виктора наверх, в комнату, где разместились ребята. Там Виктор со вздохом облегчения уложил Бо вместе с одеялом на одну из кроватей, до подбородка укрыл его покрывалом и вместе с Идой на цыпочках вышел из комнаты. Под дверью с широко раскрытыми глазами их ждали Моска, Риччио и Оса. Только тут Виктор заметил, что кого-то недостает.

– А Проспер где? – спросил он.

– Да потому-то мы все и на ногах в такое время, – ответила Ида упавшим голосом. – Час назад Катарина меня разбудила, потому что он исчез.

Оса кивнула. Лицо у нее было еще бледнее обычного.

– Мы уже все обыскали, – прошептала она. – Дом, двор, сад, даже на площадь выходили. Его нигде нет.

Она с надеждой смотрела на Виктора, словно тот волшебник, способный раздобыть Проспера прямо из воздуха, как он, очевидно, только что раздобыл Бо.

– Пошли вниз, нечего тут под дверью шушукаться, – тихо сказала Ида. – Малышу вовсе не обязательно сразу узнавать, что его брат исчез. А у Виктора наверняка есть что нам рассказать.

В гостиной было холодно. По ночам Ида топила только в спальнях, да и то не сильно, но Виктор разжег камин, и они, тесной гурьбой усевшись поближе к огню, быстро согрелись. Котята Бо немедленно спрыгнули со шкафа и, почуяв тепло, шмыгали теперь у всех под ногами, мурлыча и ластясь. И Виктор рассказал, как Эстер разбудила его среди ночи и как он разыскал Бо. Впрочем, ему трудно было сосредоточиться на своем повествовании, мыслями он то и дело возвращался к Просперу. Куда же парень мог подеваться?

– То есть как это она не хочет больше его забирать? – Голос Иды прервал его размышления. – Интересно, что она себе думает, эта Эстер? Как будто ребенок – это туфель, который можно примерить, поносить, а потом выбросить, если не подходит! – С сердитым лицом она шарила по карманам халата в поисках сигарет.

– Вот они, Ида. – Риччио смущенно протянул ей смятую пачку. – Я только одну штуку взял, честно.

Ида со вздохом забрала пачку у него из рук.

– Я понятия не имею, о чем эта Эстер Хартлиб думает, – буркнул в ответ Виктор, потирая усталые глаза. – Зато я заранее радовался, когда представлял себе, какое будет у Проспера лицо, когда я принесу ему его братишку. А вместо этого что? Я прихожу, а Проспера нет! Проклятье! – И он обвел ребят сердитым взглядом. – Неужели нельзя было хоть немного за ним приглядеть? Вы же все видели, что он не в себе.

– Что значит «приглядеть»? – взвился Моска. – Что нам, к кровати его привязывать?

Тут Оса начала всхлипывать. Слезы капали прямо на ее широкую, не по росту ночную рубашку, которую подарила ей Ида.

– Все, все, хватит! – сказала Ида, заключая ее в объятия. – Что делать будем? Где нам Проспера искать? У кого какие мысли?

– Наверно, он опять возле «Зандвирта» торчит, – предположил Моска.

– Ну да, и даже не знает, что тетю его оттуда уже вытряхнули, – проворчал Виктор. – Сейчас позвоню туда, спрошу ночного портье, не болтается ли там поблизости мальчишка.

С тяжким вздохом он вытащил из кармана телефон и набрал номер. Ночной портье уже собирался сменяться, но тем не менее сделал Виктору одолжение и выглянул в окно. На безлюдном променаде набережной Скьявони никакого мальчишки не было. С озадаченной миной Виктор сунул телефон в карман.

– Так, сейчас мне нужно хоть чуток поспать, – изрек он, поднимаясь. – Часик-другой, не больше, иначе я просто соображать не смогу. Одного брата нашли, так другой куда-то запропастился. – Он со стоном провел рукой по лбу. – Ну и ночка. У меня такое чувство, будто других ночей у меня уже и не будет. Найдется здесь в доме где-нибудь пустая кровать?

– Надувной матрас Проспера могу тебе предложить, – ответила Ида.

Виктор без слов принял ее предложение.

Все они до смерти устали, и тем не менее быстро никто заснуть не сумел, а когда заснули, дурные сны уже караулили у каждого под подушкой. И только Бо спал мирно и сладко, как ангел, словно все его невзгоды этой ночью улетучились раз и навсегда.