– Черт возьми, Бо, неужели так трудно сделать то, что тебе говорят? – накинулся на Бо Сципио, когда братья вернулись.

– Да вас же не было целую вечность! – обиженно огрызнулся Бо. – Мне скучно было. – Он осмотрелся по сторонам, но Виктор, смешной голубятник, как сквозь землю провалился.

– Я все время его видела, Сцип, – сказала Оса. – Зря ты так волнуешься.

– А в корзинке что? – Любопытный Бо уже просунул под крышку пальцы, но Проспер отвел его руку.

– Там почтовый голубь. Так что руки туда не суй, хорошо?

– Все, давайте-ка домой, в обитель, – распорядился Сцип, решительно поворачиваясь к площади спиной и нетерпеливым жестом подгоняя остальных. – Не могу я с вами тут целый век нянчиться.

– Так что с делом? – громко крикнул Бо, вприпрыжку пускаясь за ним вдогонку. – Что мы должны украсть-то?

– Бо, черт тебя возьми! – От испуга Моска даже зажал малышу рот. – Мы еще не знаем, ясно?

– Граф вручил нам конверт, – тихо объяснил Проспер брату. – Но Сципио хочет вскрыть его только дома, в обители.

– А Сципио, конечно, у нас всем командует, – пробурчал Риччио. Насупленный, руки глубоко в карманах, он шел чуть поодаль с таким видом, будто все это дело интересует его куда меньше, чем брусчатка мостовой у него под ногами.

– А какой он хоть из себя, этот граф? – Оса слегка дернула Сципио за косичку, хоть и знала, как он ненавидит подобное обхождение. – Расскажи хоть немножко, раз уж нас туда не взяли. Какой у него вид? Страшный, наверно?

Моска рассмеялся.

– Страшный? Да кто ж его знает. Мы ж его не видели. Или, может, ты, Сцип, его разглядел?

Сципио только головой покачал.

Проспер шел за ним почти вплотную, не выпуская руки Бо из своей, и то и дело оглядывался.

– Сципио, – голос Проспера от волнения звучал чуть сдавленно, – может, ты сочтешь меня сумасшедшим, но… – Он снова обернулся через плечо. – Этот тип на площади, ну, который с Бо заговорил…

– Да? – Сципио наконец оглянулся. – Ну, так что с ним? По-моему, турист как турист, мне, во всяком случае, так показалось.

– Да знаю. Но… Оса ведь рассказала тебе про того детектива, который за Риччио и мной увязался?

Сципио важно нахмурился.

– Да, довольно странная история, как мне показалось.

– Но это правда было! – Под недоверчивым взглядом Сципио Проспер с трудом подбирал слова. – Так вот, по-моему, это опять был он. Он, конечно, выглядел вроде как турист, но потом, когда вдруг смылся, тут мне…

– Какой еще детектив? – перебил Бо своего брата.

Проспер бросил на малыша горестный взгляд. Они как раз поднимались на мост, и Сципио оглянулся, бросив надменный взгляд на людей, топавших вслед за ними по лестнице.

– Можешь не оглядываться так важно, – сказал Риччио. – Этот Виктор, сыщик, страсть как любит переодеваться, так что, может, это и правда был он, и тогда…

– Этого голубятника тоже звали Виктор, – прервал его Бо, мгновенно прилипая к перилам моста, чтобы посмотреть вниз.

– Что? – Проспер резко повернул его к себе. – Что ты сказал, Бо?

Внизу на воде мягко покачивались две пустые гондолы. Их кормчие, гондольеры, в ожидании пассажиров коротали время на набережной у моста, и Бо увлеченно наблюдал, как они зазывают прохожих.

– Его тоже звали Виктор, – повторил Бо, не отрывая глаз от гондольеров. – Голубятника этого. – Тут он вырвался из рук Проспера и поскакал вниз по ступенькам, чтобы посмотреть, как один из гондольеров отталкивает свою ладью от берега.

Проспер остался на мосту, словно прирос к месту.

– Виктор, ищейка проклятая, – выдохнул Риччио и даже на цыпочки привстал, тревожно всматриваясь в людской поток, что нескончаемой змеей вползал на мост.

Но тут Проспер опомнился, сорвался с места, кинулся вниз, догнал Бо и с такой силой потащил его от гондол, что тот едва не упал, после чего оба они мгновенно скрылись в ближайшем переулке.

– Эй, Проспер, да погоди ты! – крикнул Сципио, бросаясь за ними вдогонку. Уже вскоре он настиг беглецов. – Какой смысл бежать очертя голову? – сердито крикнул он, хватая Проспера за плечо.

Бо вырвался от Проспера и встал рядом со Сципио.

– Пошли, – сказал тот и, ни слова больше не говоря, толкнул братьев к ближайшей сувенирной лавочке.

Моска, Риччио и Оса последовали за ними.

– Сделайте вид, будто что-то рассматриваете, – зашипел Сципио, когда продавщица бросила в их сторону сердитый взгляд. – Если тот тип на площади и вправду детектив, тогда нет никакого смысла просто вот так удирать, – тихо сказал он Просперу. – В такой толчее ведь невозможно даже разглядеть, идет он за вами или нет. – Он присел перед Бо на корточки и положил руки ему на плечи. – Этот Виктор – он тебя о чем-нибудь расспрашивал? – спросил он. – Там, на площади, когда вы голубей кормили?

Бо насупился и спрятал руки за спиной.

– Он спросил, как меня зовут.

– И ты ему сказал?

Бо нехотя кивнул.

Проспер застонал и от досады даже на миг прикрыл лицо рукой.

– Что ты ему еще рассказал, Бо? – шепотом допытывалась Оса.

Продавщица посматривала в их сторону все строже, но тут, по счастью, ввалилась группа туристов и на время отвлекла ее внимание.

– Я уже не помню, – пробормотал Бо, поднимая глаза на Проспера. – Этот детектив, он от Эстер, да? – Нижняя губа у него уже предательски подрагивала.

Сципио со вздохом встал и посмотрел на Проспера.

– Как он хоть выглядит, Виктор ваш, сыщик этот?

– В том-то и штука! – воскликнул Проспер, но, заметив, что туристы на него оглядываются, понизил голос. – Он совсем по-другому в этот раз выглядел! Усов не было, зато в очках и в шапочке с козырьком, под которой глаз почти не видно. Я узнал его, только когда он побежал. Он плечами странно так двигает, когда бежит. Как этот… Как бульдог, вот!

– М-да. – Сципио нащупал конверт от графа, что все еще лежал у него в кармане невскрытым, и задумчиво уставился в широкое окно витрины. – Если это и вправду тот же самый детектив, – пробормотал он, – и он за нами следит, то этак мы его прямиком к обители приведем, если не сумеем от него отделаться.

Остальные тревожно переглянулись. Моска поднял графскую корзину и озабоченно заглянул под крышку. Голубь вел себя все беспокойнее.

– Вообще-то пора бы его из корзины вытащить, – прошептал Моска. – Он наверняка уже есть хочет. Вы хоть знаете, чем голубей кормить?

– Спроси у Бо, он только и делает, что этих сизарей кормит.

Сципио снова нащупал конверт в кармане. В первую секунду Просперу показалось, что он все-таки решил вскрыть письмо, но вместо этого Сципио, к его изумлению, ловко выскользнул из куртки, сдернул завязку со своей косички и сорвал с головы у Моски кепку.

– Что умеет он, то сумеем и мы, – сказал он, напяливая на голову кепку. – Поменять внешность – это совсем нетрудно. – Он бросил Просперу свою куртку. – Вы с Бо останетесь здесь. Если этот шпик и правда за вами охотится, он тоже останется, будет караулить вас где-нибудь на улице. Так что встаньте к окну, чтобы вас с улицы видно было. А ты, Моска, неси пока домой голубя и конверт.

Моска кивнул, тщательно засовывая конверт графа в карман брюк.

– Риччио, Оса! – Сципио позвал обоих за собой. – Пойдемте, поглядим на улице, может, и найдем этого типа. Во что он был одет?

Проспер задумался.

– Красная куртка, светлые брюки и какой-то дурацкий свитер в клетку. На пузе фотоаппарат. Кроме того, очки, толстые такие, ну, и бейсболка, на ней еще написано что-то. «I love Venice»[10] или вроде того.

– А еще часы. – Бо сосредоточенно жевал ноготь большого пальца. – На них луна нарисована.

Сципио деловито нахмурился.

– Хорошо. Все запомнили?

Оса, Моска и Риччио дружно кивнули.

– Тогда вперед.

И они друг за дружкой снова выскочили на улицу. Проспер и Бо озабоченно смотрели им вслед.

– А с виду вроде бы такой милый, – пробормотал Бо.

– По человеку сразу не узнаешь, милый он или нет, – возразил Проспер. – Это на лбу не написано. Сколько раз тебе объяснять?