Мирья окидывает взглядом кухонный стол, но мама не оставила на нём никаких книжек. Наверное, второпях забыла.

Мирья невольно вспоминает, что это папа выбрал книгу, с которой она впервые пошла в дупло-читальню. «Жизнь прибрежных эльфов, полная чудес» – так она называлась. Папа помогал Мирье учиться читать. Они вместе сидели здесь, на кухне, склонившись над раскрытой книжкой, и Мирья медленно складывала слоги в слова.

Слово за словом.

И вдруг однажды она начала читать по-настоящему. Во всяком случае, так ей самой показалось.

Самое невероятное заключалось в том, что папа лично когда-то гостил у прибрежных эльфов. Он каждый вечер рассказывал об этом Мирье, читая с ней книгу. Рассказывал об осоке, о том, как выпаривают соль из морской воды. О зарослях шиповника и облепихи. И о бескрайнем море, волны которого вырастали огромными, как деревья, и с грохотом обрушивались на берег.

Слушать об этом было увлекательно и в то же время жутко. Настолько жутко, что потом Мирье снились кошмары, в которых она тонула в море.

Мирья вздрагивает, когда Асмунд прерывает её воспоминания.

– Да ладно, обойдёмся без книжки. – Асмунд поддаёт ногой конский каштан, валяющийся на полу. – Я могу заглядывать в чью-нибудь книжку.

Он демонстрирует пару финтов, ловко обведя каштан вокруг ножки стола.

– Нет, так не годится.

Мирья подходит к книжному стеллажу, но полки пусты. Остался только большой том сказок.

– Вы переставили папины книги?

Мирья оглядывается по сторонам. Может, мама всё-таки положила где-нибудь несколько книжек?

На пороге Мирьиной комнаты появляется Айк. Он мотает головой так, что его локоны взлетают.

– Зачем нам их переставлять? – спрашивает Асмунд и бьёт по каштану, загоняя его под стеллаж. – Гол!

Он скачет с ликующим видом, словно только что забил сложнейший мяч.

– Но тогда…

Мирья заглядывает во все углы, но книг нигде нет. Осталась только большая книга сказок, однако её нельзя выносить из дома. Она слишком ценная.

Но где же остальные? Папа так любил эти книжки! Может, мама убрала их в другое место? Но куда? Они всегда стояли здесь, на полках. Сколько Мирья себя помнит.

– Да неважно. – Асмунд тянет Мирью за рукав. – Макс ждёт. Мы опоздаем.

Мирья кивает. Асмунд прав. И всё-таки – не могут же они прийти без книги. Недолго думая, Мирья решается. Она осторожно снимает большой том сказок с полки и сдувает с него пыль. Нет книжки прекраснее, и Мирья знает, что она очень дорогая. Далеко не у всех эльфов есть такие ценные книги. И в ней множество увлекательных сказок.

Мирья не в силах удержаться. Она открывает книгу. Она помнит, что папа любил «Сердце трясины». А сама Мирья больше всего любит сказку «Волшебница-белоснежка и Снежная гора».

Мирья вздыхает. Пальцы сами отыскивают нужную страницу. На ней до сих пор остались следы: Мирья рисовала пишущим угольком.

Папа, конечно, был не в восторге. Мирья заметила, как он расстроился, хотя и ничего не сказал. Только потрепал Мирью по волосам и пробормотал, чтобы она больше так не делала. А потом аккуратно отчистил угольные следы клочком хлопка.

И всё-таки Мирья до сих пор видит едва заметную тень рисунка.

– Ну же, идём! – в голосе Асмунда слышится нетерпение.

Мирья поднимает глаза от книги. Асмунд распахнул входную дверь, и ветер врывается в дом. Айк поспешно семенит за братом.

Мирья оглядывается на пустые полки. Вон там стояла «Жизнь прибрежных эльфов, полная чудес». Вдруг Мирья никогда больше не увидит этой книжки? И что с другими, такими красивыми, книгами?

Тут она замечает пакет, в котором Павлос хранит свои стрелы. Пакет свёрнут и лежит посреди пустой полки.

«Павлос, – приходит в голову Мирье. – Ну конечно же. Наверное, это его рук дело».