Айк сидит на земле под тем самым папоротником, где сегодня утром Эльма с Белой дожидались Мирью. Он закрыл лицо руками. Мирья замечает, что плечи Айка вздрагивают. Асмунд сидит рядом с братом. Он смотрит на толпу, мельтешащую перед входом в дупло, и похлопывает Айка по плечу.

– Вот вы где, – с облегчением выдыхает Мирья. Ей хочется прижать их к себе, но взгляд Айка останавливает её.

– Они не могут её разбудить, – всхлипывает Айк. Слёзы катятся по его щекам. – Почему они не могут разбудить её?

Облегчение от того, что братья нашлись целыми и невредимыми, сменяется тревожной пустотой в животе. Мирья садится на корточки и осторожно обнимает Айка за плечи.

Значит, мальчики обо всём знают. Кто-то уже рассказал им про маму. Может, Бела с Эльмой?

– Ч-ш-ш-ш, – шёпотом произносит Мирья, уткнувшись лицом в волосы Айка и вытирая слёзы с его щёк.

– Всё хорошо, Айк. Мама проснётся. Бьянка же заботится о ней.

Айк быстро высвобождается из объятий Мирьи и удивлённо на неё смотрит.

– Мама? – спрашивает он, и в его взгляде появляется смутная тревога. – Что ты хочешь сказать? Она тоже уснула? Но её же ведь не было в дупле?

Мирья моргает. Значит, Айк говорил не о маме.

– Нет, не было.

Мирья отрицательно качает головой.

Она чувствует вопросительный взгляд Асмунда и отводит глаза. Как объяснить всё братьям? Как рассказать, что мама не проснётся, пока не выяснится, что за яд в этом дыме. И как вообще говорить с ними об этом сейчас, когда они и так уже подавлены?

В горле Мирьи растёт комок.

Не сейчас. Может, лучше им ничего не знать? Пока не знать.

– Нет, мама, она… – Мирья прикусывает губу, – … она просто прилегла вздремнуть.

Мирья пытается изобразить на лице безмятежную улыбку. Но выходит не очень.

– А ты о ком говорил, Айк? – поспешно переводит разговор Мирья. – Кого они не могут разбудить?

– Эмилию, – быстро отвечает Асмунд. – Сестру Феликса. Она сильно надышалась. Этим дымом.

«Ужас. Бедный Феликс, – думает Мирья. – Бедный, бедный Феликс».

Что же здесь такое творится? Кому могло прийти в голову так вредить другим? Мирья чувствует, что в ней закипает злость.

– Почему никто ничего не видел? И не помешал?

– Мы пошли на прогулку, – объясняет Айк. Вид у него очень виноватый. – Все вместе. Ну то есть кроме Эмилии. – Он вытирает слёзы со щёк тыльной стороной ладони. – Она не очень хорошо себя чувствовала. И учительница разрешила ей остаться в дупле.

Асмунд кивает.

– А потом мы вернулись, – говорит он, – а кто-то… кто-то разжёг огонь прямо на полу посреди комнаты. Хотя так нельзя делать.

Глаза у него округлились и сделались огромными.

– И в дупле сейчас полный кавардак, – продолжает Асмунд. – Подушки разорваны, книжки валяются где попало. Но, кажется, пропала только наша.

Мирья хмурит брови.

– Что ты имеешь в виду?

Асмунд смущённо отводит глаза.

– Да… в общем, – бормочет он.

– Папина книга пропала?

Мирья вскакивает. Она хватает Асмунда за рукав, призывая его ответить.

– Но Асмунд не виноват, – хнычет Айк. – Это я обещал следить за ней.

Мирья несколько раз моргает. Она не понимает, что происходит. Значит, сначала вор украл камень грёз у них дома, а потом папину книгу? Но зачем? Почему именно их вещи?

Она вспоминает слова Парлотти. «Кто-то хочет причинить вам зло», – так она сказала. Но почему? Они никогда никому не делали ничего плохого.

Мирья задыхается от бешенства.

– Гадина! – шипит она.

Асмунд и Айк вздрагивают. Оба испуганно уставились на Мирью.

Мирья замечает их взгляды. Она выкрикнула что-то вслух?

Выкрикнула и не заметила.

– Вы не виноваты, – поспешно говорит Мирья. – Я знаю. Я злюсь не на вас.

Асмунд кивает. Айк опустил глаза и разглядывает свои руки.

Мирье трудно дышать. Она смотрит в сторону дупла-читальни. Перед входом уже нет такой толкотни.

Мимо пролетают несколько взрослых эльфов. Они не торопятся. «Значит, опасность миновала», – успевает подумать Мирья, и тут она слышит их разговор.

– Даже у Бьянки не получается её спасти, – говорит один из эльфов.

Мирья затаила дыхание. Она навострила уши и внимательно смотрит вслед эльфам.

– Если она не выяснит, что это был за яд, девочка никогда не проснётся, – объясняет тот же эльф. – Бьянка считает, что времени осталось только до захода солнца.

Мирья падает духом. Что, если это правда? Что, если и мама уже не проснётся?..

Она смотрит в сторону леса.

«Только до захода солнца», – повторяет про себя Мирья.

Где-то притаился вор, и он знает, что это за яд. И пока они не выяснят, кто это, нет никакой надежды узнать, что он жёг.

Глаза Мирьи наполняются слезами.

– Что с тобой? – спрашивает Айк.

Но Мирья не может ему ничего ответить. Мальчики не должны знать. Если с мамой что-то случится, у них останется только Мирья. Так что, кроме неё, некому о них позаботиться. И они будут… сиротами. Все трое.

Нет. Нельзя даже допускать такую мысль.

Почти не глядя на Айка, Мирья протягивает руку и гладит его по голове.

В эту секунду листья папоротника раздвигаются и под папоротник забираются Бела с Эльмой.

– Ты слышала?! – спрашивает Бела, едва не срываясь на крик.

Мирья медленно поворачивается к девочкам и внимательно смотрит на них.

Эльма кладёт руку ей на плечо.

– Ты слышала, кто это сделал?

Её серьёзные глаза встречаются с глазами Мирьи.

Мирья медленно качает головой.

– Кто? – шёпотом спрашивает она.