Мир вокруг Седрика закружился — вихрь света и тени. Земля ушла из-под ног, и на мгновение ему показалось, будто он будет падать вечно. А затем под ногами снова оказалась твердая поверхность, и воздух наполнился густым, пряным ароматом магии.

Потребовалось время, чтобы сориентироваться. За спиной Врата, сквозь которые он только что шагнул, были встроены в стену из зубчатого камня, уходящую к звездному, залитому полярным сиянием небу. Стена тянулась в обе стороны, изгибаясь и образуя периметр огромной круглой арены.

В ноздри Седрика ударил сырой запах земли. Грунт под ногами был неровным — смесь утоптанной почвы и мягкой, скользкой глины. Сияние над головой освещало возвышающиеся земляные курганы и скалистые образования, нерегулярно выпирающие из земли. Безлистые деревья, заросли колючих кустов и темные, зияющие пещеры усеивали местность.

Седрик прищурился. В дальнем конце мрачного пейзажа виднелась светящаяся арка. Она не слишком отличалась от Врат, сквозь которые он прошел, но он знал: она другая. Знал почему-то, что она важна. Что, бы ни бросило ему это испытание, что бы ни произошло дальше, он должен добраться до этой новой арки.

И, судя по всему, делать это придется в одиночку. Ни одного из соратников-чемпионов видно не было. Неужели они так быстро рванули на арену? Сорвались с места мгновенно? Или Врата выбросили каждого в разном месте? Как бы то ни было, вот вам и заявления Арбитра о том, что нужно работать вместе.

Глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, Седрик сделал первые шаги по арене. Не успел он пройти и двадцати шагов, как из ближайшей пещеры раздалось дикое рычание. Он резко повернул голову на звук, и рука рефлекторно дернулась к мечу.

Он услышал существо прежде, чем увидел. Когти, скрипящие по камню. Хриплое дыхание, будто сдерживающее рык. Свист хвоста, рассекающего тьму.

А затем оно ступило в свет мерцающего сияния, и Седрик увидел лицо смерти.

Иссиня-черная кожа, обтягивающая скелетоподобную морду. Глаза, подобные красным углям, горящие хищной взглядом. Белые полосы пролегали по обеим сторонам спины. Оно кралось на всех четырех лапах, и из каждой подушечки торчали острые, как бритва, когти. А на кончике чешуйчатого хвоста, изгибался серповидный шип величиной больше ладони Седрика.

Суть этого испытания прояснилась мгновенно. Это была арена смерти.

Зверь подкрадывался к Седрику, скаля клыки, с которых капало что-то черное и вязкое. Сжимая меч в одной руке, другой Седрик защитно обхватил мана-тотем. Ему не хотелось рисковать и истощать тотем так рано, но он и не думал, что столкнется с тварью из четвертого круга ада в первые же пять минут пребывания в Испытании.

Возможно, Элирия была права, пытаясь помешать Кит войти. Если бы рядом был кто-то, кто ему дорог, или кого ему поручили защищать, как, похоже, было в случае с той парочкой фейри, — он точно не хотел бы, чтобы они с этим столкнулись.

И уж тем более он не хотел бы, чтобы они столкнулись с этим без магии. Со вспышкой паники Седрик понял, что именно в таком положении он и оказался. Быстрый взгляд на тотем показал: мана внутри есть. Изумруд, вправленный в камень, все еще светился.

Вот только дотянуться до нее он не мог. Не мог дотронуться.

Седрик готов был поклясться, что услышал, как тварь фыркнула от удовольствия, когда до него дошла эта мысль.

Он не мог использовать здесь магию.

Зверь обратился в тень, когда рванул вперед. Седрик вскинул меч, загребая широкую дугу, которая задела кожаную шкуру твари. С воплем боли та повалилась набок, но мгновение спустя снова вскочила на ноги, сузив угли глаз. Седрик встал в защитную стойку, наставив острие меча на пульсирующую жилу на шее зверя.

Тварь прыгнула.

Когти-ножи столкнулись с мечом Седрика, выбив его из рук. Сила удара отбросила его назад. Он рухнул на спину. Болезненный стон вырвался из легких, когда тяжелые лапы твари надавили на нагрудник, прижимая его с разрушительной силой. Когти заскрежетали по доспехам. Вонючее дыхание обдало лицо, когда монстр наклонился ближе, обнажив клыки.

Неверие захлестнуло разум Седрика. Он отказывался верить, что все закончится именно так. Пальцы судорожно зашарили по боку, слепо ища кинжал на поясе. Наконец они коснулись прохладного металла рукояти. Искра триумфа вспыхнула в груди Седрика…

И в этот момент тварь рухнула на него. И больше не шевелилась.

Кряхтя, Седрик извивался под тяжестью монстра, пока не набрал достаточно инерции, чтобы сбросить тушу. Брови его взлетели вверх, когда он понял: в бок твари был вогнан чужой меч. Пара поношенных черных сапог ступила в поле его зрения. Взгляд скользнул выше: багровая кожа, кожаная кираса, которая была слегка великовата, и пара коротких рогов, наполовину скрытых под гладкими черными волосами.

Один из чемпионов-ноктеррианцев, Диссидуа Пир.

— Благодарю, — тяжело дыша, Седрик поднялся на ноги, не сводя глаз с поверженного зверя, пока подбирал меч. Он повернулся к Диссидуа, протягивая руку в знак благодарности.

Ноктеррианец смерил ладонь Седрика взглядом, вытирая черную кровь с клинка о тушу твари:

— Оставь себе.

Седрик едва успел среагировать: клинок Диссидуа уже летел в него. Он вскинул меч в самый последний момент, блокируя удар.

— Ты что делаешь?!

— А на что это похоже, человек?

Седрик сжал зубы, вкладывая вес в меч и отталкивая Диссидуа. Вот вам и единство. Недолго же оно продержалось.

Ноктеррианец издал раздраженный звук, снова закручивая меч для очередного удара.

На этот раз готовый к этому, Седрик легко парировал.

— Я тебе не враг здесь!

— Ты мне враг повсюду!

Еще один удар, еще один звон стали о сталь. Вот только теперь в другой руке ноктеррианца появился длинный кинжал; скрестив его с мечом крест-накрест, он навалился на Седрика. Седрик выругался, почувствовав, как задрожало колено. Он все еще не оправился после того, как его прижала та тварь. Но он знал: если позволит Диссидуа поставить себя на колени, все кончено.

Собрав последние остатки сил, Седрик уперся пяткой в землю и толкнул. Диссидуа пришлось отступить на несколько шагов.

Вряд ли это можно было назвать передышкой. Прошли считанные секунды, и Диссидуа снова рванул на Седрика — быстро, свирепо, словно волк на добычу.

Седрик блокировал один неистовый удар за другим, мышцы кричали от напряжения.

— Зачем ты это делаешь?! Спасал меня только для того, чтобы убить?! Это безумие! — крикнул он.

Багровые губы Диссидуа искривились в злой улыбке, когда он отступил:

— Ты ошибаешься, — выплюнул ноктеррианец. — Я тебя не спасал. Я забрал твою добычу. Теперь я прибавлю тебя к своему счету и срублю еще одного чемпиона, стоящего между мной и наградой.

— Еще одного? — Седрик держал меч поднят, острие указывало в горло ноктеррианца. — Это не такого рода турнир!

— Разве? Только один из нас уйдет с силой короны. Ты правда думаешь, будто мы будем держаться за ручки и вальсировать сквозь Испытания?! Ноктис меня упаси, люди еще тупее, чем я думал!

— И все же не я затеваю бессмысленные драки с соратниками-чемпионами, — Седрик сжал зубы. — Я не хочу причинять тебе вред.

Диссидуа фыркнул, рванув вперед с поднятым оружием, целясь в незащищенное место над нагрудником, где шея сходилась с плечом. Губы ноктеррианца изогнулись — Седрик был уверен, что на языке крутится очередная ядовитая колкость.

Но узнать это ему было не судьба.

Дикий рык стал единственным предупреждением: из тени выскочила еще одна тень — второй зверь, чуть меньше первого, но такой же свирепый. Такой же смертоносный. Он рухнул на Диссидуа; тот закричал, когда когти разорвали его кожаные доспехи, словно бумагу.

Седрик колебался меньше доли секунды, обрушивая меч на новую тварь, чей кожаный бок налился зеленым в свете сияния. Несмотря ни на что, он не мог просто бросить ноктеррианца умирать.

Рев зверя был леденящим, когда меч Седрика достал его; шипастый хвост забился, глаза дико завращались в поисках источника боли. Тварь извернулась в воздухе и ловко приземлилась слева от Седрика. Он приготовился к новому замаху, но монстр с воплем унесся прочь.

Воздух напитался запахом и вкусом меди, когда Седрик сделал несколько жадных вдохов. Тошнотворный хрип заполнил тишину. Он глянул вниз на распростертое тело Диссидуа Пира: руки сжимали разорванное горло, откуда рекой хлестала темно-бордовая кровь. Глаза ноктеррианца застыли в ужасе и боли, когда он испустил последний влажный вздох.

Седрик убрал меч в ножны, руки дрожали. Сердце бешеным ритмом стучало под доспехами.

Все было так бессмысленно. Если бы Диссидуа не тратил время на драку с Седриком, он никогда не попался бы врасплох второй тварью. Не то чтобы Седрику нравилось решение Арбитра. Он вовсе не желал быть вынужденным работать с арканийцами. Но он уж точно не видел смысла в том, чтобы убивать друг друга.

Не тогда, когда было очевидно: Испытания сделают это за них.

Пронзительный крик разорвал воздух. Седрик ринулся вниз по глинистому склону на звук, адреналин бурлил в венах. Он находился недалеко от арки, но игнорировать зов о помощи не мог.

Пробившись сквозь заросли колючих кустов, он выскочил на небольшую поляну с каменным пиком по центру и замер, разглядывая стаю поистине жутких тварей.

Меньше тех смертоносных монстров, с которыми он столкнулся вначале. Кошмарные создания заставили желудок Седрика сжаться. Казалось, будто магия, создавшая их, пошла наперекосяк. Четыре черных глаза смотрели с плоских морд — черты морд были сплющены, словно кто-то вдавил их внутрь. Шесть тонких, паучьих лап торчали из приземистых, чешуйчатых тел. На спинах виднелись крошечные крылышки, скрюченные и изувеченные — вряд ли они могли летать.

«И слава богу», — подумал Седрик, проследив взглядом вверх по пику и зафиксировав миниатюрную девушку-сильвану, цепляющуюся за камень.

Зефир удивила всех, когда вышла вперед, чтобы занять свое место в Испытаниях. Насколько знал Седрик, сильваны не славились боевыми навыками да и вообще не склонны к насилию. Их знали скорее по целительской магии и травничеству. Лекари и аптекари. Не бойцы.

Это полностью подтвердилось, когда Седрик наблюдал за сильваной: тяжело дыша, она отчаянно цеплялась за колонну, не сводя глаз с тварей внизу. Их было с полдюжины — они прыгали и карабкались друг по другу, пытаясь добраться до нее.

Зефир обнимала каменный столб одной рукой, балансируя на узком выступе. Другая рука была прижата к ноге, в попытках остановить поток вязкой зеленой крови из раны ниже колена. Блик света отразился от кинжала на земле — её обезоружили.

«Я могу уйти», — подумал он. Ничто не обязывало его помогать, спешить на выручку той, кто зашел так далеко и оказался на волосок от гибели. Она чемпион — соперник, конкурент. Более того, она арканийка. Он вполне мог оставить сильвану ее судьбе и идти дальше, будто ничего не видел. Именно этого ждал бы от него лорд Черч.

Никто не узнает.

Вот только… он-то будет знать.

И разве сам он не был так же близок к гибели из-за неожиданной встречи с жесткой тварью? Если бы Диссидуа не развернулся и не попытался убить его сам… Возможно, это благословение Аурелии — еще один шанс заполучить союзника?

Зефир всхлипнула, ее хватка на камне соскользнула. Седрик тяжело вздохнул. Превозмогая сомнения, он рванул вперед, и его меч вонзился в первое попавшееся создание. Клинок легко рассек чешуйчатую кожу, разрубая кости и жилы. Смерть наступила мгновенно.

Оставшимся пятерым тварям потребовалось время, чтобы понять: их атаковали. Седрик воспользовался их замешательством, отступив на несколько шагов. К тому моменту, когда монстры заметили убитого сородича, он успел отойти на приличное расстояние.

Двое повернулись, семеня на этих мерзких, паучьих лапах, чтобы сократить дистанцию. Губы вздернулись над острыми клыками, когда одна из тварей прыгнула.

Седрик крутанулся вправо. Тварь с воплем пролетела мимо, потеряв контроль. Она врезалась в заросли колючего кустарника, мгновенно запутавшись в острых ветках.

— Ха! — торжествующе хохотнул Седрик.

Рановато.

На спине вспыхнула боль, когда вторая тварь полоснула по стыку в доспехах. Так Седрик узнал, что на конце каждой паучьей лапы имелся массивный загнутый рог. Сжав зубы от жгучей боли, он взмахнул мечом и отрубил две лапы ближайшей твари.

Звуки, вырвавшиеся из монстра, были… жуткими. Даже когда раненая тварь уползла, оставляя за собой след черной крови, остальные трое устремились на Седрика — словно визг раненого был боевым кличем. Шум воплей и рычания отозвался вдали. Седрик застонал. Меньше всего ему нужно было, чтобы сюда сбежались остальные.

Пока внимание Седрика разрывалось между подбирающимися тварями и диким хором — пока далеким, но приближавшимся слишком быстро, — он не заметил, как одна из оставшихся трех тварей исчезла из виду. Не заметил, как она зашла со спины. Не заметил, как она поднялась на задние четыре лапы, став ростом почти с него.

Не заметил. Пока не ощутил горячее, вонючее дыхание на своей шее.

Седрик крутанулся, вскидывая меч в последний момент, чтобы защититься от передних лап с когтями. Но расстояние было слишком маленьким, и Седрику не хватало рычага, чтобы оттолкнуть тварь. Все, что он мог, — упереть лезвие меча в когти, не подпуская щелкающую пасть к лицу.

Пот лил со лба Седрика, мышцы окаменели от напряжения, пока он держал, держал, держал…

А затем тварь начала изгибаться, ее лапы подогнулись, и она рухнула на землю. Коротко остриженная макушка, зеленая, как лес, вынырнула из-за туши.

— Сзади! — крикнула Зефир, вырывая кинжал из ребер дохлого монстра.

Седрик развернулся, и его меч вонзился в брюхо еще одной твари. Она подохла с жалким писком. Но когда Седрик попытался выдернуть оружие обратно, оно застряло.

Последняя тварь рухнула на него мгновенно, клыки обнажены, бусины глаз впились в горло Седрика. Время растянулось в крошечную вечность, пока рыцарь взвешивал варианты. Затем тварь подалась назад, готовясь прыгнуть, укусить, убить.

Седрик действовал на инстинктах.

Бросив меч, он упал на колени, разворачиваясь, выхватил кинжал с пояса и вогнал его снизу вверх — ровно в тот момент, когда что-то просвистело у самого уха.

Брошенный кинжал Зефир вошел твари в лоб, а собственное оружие Седрика одновременно пробило ребра. Монстр даже не успел взвыть.

Несколько мучительных мгновений ни Седрик, ни Зефир не двигались. Дыхание было рваным, тяжелым, но они замерли, переваривая разгром вокруг. Горячая черная кровь заливала руку Седрика, все еще сжимавшую рукоять кинжала, вогнанной в грудь твари.

Зефир поднялась на дрожащих ногах, протягивая ему руку:

— Спасибо.

Ее голос звучал звонко и чисто, хоть она и задыхалась, пытаясь перевести дыхание. Она казалась совсем юной, хотя Седрик знал: это ничего не значит. Она могла быть девчонкой, а могла быть старше его прадедушек. С арканийцами угадать невозможно.

— Думала, мне конец, — произнесла она.

С влажным чавканьем Седрик выдернул кинжал из мертвого монстра. Другой, чуть менее окровавленной рукой он вытащил кинжал Зефир из лба твари:

— Мог бы сказать то же самое, — проговорил он, возвращая ей оружие. — Хоть мне и тошно это признавать, под конец я сам слегка увяз.

— Не увяз бы, если бы не пришлось помогать мне отбиваться от этих загрызней, — возразила сильвана, надув нижнюю губу.

Вопреки всякой логике Седрик почувствовал, как уголок его рта ползет вверх:

— Загрызней?

Зефир ткнула кинжалом в павшую тварь, прежде чем убрать его в ножны на бедре:

— Мы их так зовем в Вердентии. Сама я их за пределами лесов не видела, но… — Она пожала плечами.

— Загрызни, — повторил Седрик, пробуя слово на вкус. Он небрежно взмахнул рукой: — Что ж, узнал кое-что новое. Будем считать, мы в расчете.

Уголок ее рта дернулся в легкой улыбке:

— Думаешь, придут еще?

Седрик замер, прислушиваясь:

— Не знаю, — признался он. — Но рычание, похоже, стихло.

— Двое удрали, — ее взгляд упал на мокрый след черной крови, уходящий прочь с поляны.

— Возможно, побежали предупредить сородичей.

Ее улыбка стала шире:

— Логично. Мы ведь довольно грозный дуэт.

Уголок губы Седрика дернулся:

— Воистину. В любом случае я бы предпочел не выяснять, спешат ли сюда новые твари. Надо двигаться дальше.

Зефир замешкалась:

— Ты… ты предлагаешь двигаться дальше… вместе?

Седрик смерил взглядом миниатюрную чемпионку. Она едва ли была бы его первым выбором в союзники. Слишком мала и слаба, чтобы отбиваться от тварей и скотов, особенно учитывая полное отсутствие магии. Но надо отдать ей должное: она оказалась достаточно быстрой, чтобы сбежать от загрызней.

Глянув на срубленного ею монстра, он должен был признать, что бросок кинжала у нее поставлен отлично. И хотя она легко могла сбежать в тот момент, когда Седрик отвлек тварей на себя, она осталась и приняла бой — проявление твердости и решимости, которое Седрик нашел… восхитительным.

К тому же в ее вопросе звучала уязвимость, отозвавшаяся в его сердце.

«Ты слишком, мать твою, мягкосердечный», — Седрик снова услышал голос Тристана в голове. Друг постоянно пилил его за излишнее милосердие.

Седрик откашлялся:

— Признаю, ты первая сильвана, которую я встретил, — проговорил он. — Но поскольку ты не вогнала свой кинжал мне в спину при первой же возможности, думаю, мы поладим. И разве не об этом нас просил Арбитр?

Зефир кивнула, но ее лицо все еще было искажено тревогой. Она прикусила темно-зеленую нижнюю губу. Седрик решил дать ей время подумать и нагнулся, вытаскивая застрявший меч из грудины мертвого монстра.

Движение отозвалось болью в ране на спине. Седрик зашипел от дискомфорта — в пылу боя он совершенно о ней забыл.

— Ты ранен! — воскликнула Зефир.

Седрик попытался пожать плечами, но от этого рана лишь сильнее запульсировала:

— Ты тоже.

Зефир качнула головой:

— Теперь уже почти нет.

— Теперь?

Она указала на ногу, где рана ниже колена была перевязана каким-то растительным бинтом:

— Не хочу показаться хвастуньей, но у меня талант к лечению легких и средних ранений, — пожала она плечами.

Седрик коснулся тотема:

— Но наша магия…

Склянки звякнули, когда она похлопала по кожаному поясу на бедрах:

— Конечно, с магией было бы куда проще, но в данном случае она не так уж необходима. Разрешишь посмотреть?

— Ладно, но не здесь. Нам нужно найти место менее…

— Месиво-подобное? — предложила Зефир.

Седрик хмыкнул:

— Да. Месиво-подобное. Именно то слово, которое я бы выбрал.