Сторителлинг, или рассказывание историй, можно применить к любому описанному выше формату. Напомню: истории мотивируют, убеждают, увлекают и к тому же надолго запоминаются[162]. От хорошей истории у слушателей вырабатывается окситоцин[163], и они больше жертвуют на благотворительность.
Однако если история скучная, эффекта от нее никакого. Поэтому приведу композиционный план увлекательной истории.
Спикеру и слушателям предстоит прожить короткое «кино»: у героя на пути к цели случилась проблема (это завязка), далее герой борется, потом принимает решение, снова борется и побеждает (или проигрывает), в процессе делая полезные для себя и для аудитории выводы. Лучшие истории — от первого лица. Спикер — автор и герой, носитель ценного и уникального опыта, именно ему будут сопереживать зрители.
Пожалуй, если и есть жанр выступлений, который человечество приблизило к совершенству, это именно сторителлинг. Самая известная конференция в мире, TED, — храм сторителлинга. В качестве примера для разбора я возьму, возможно, не самую популярную, но отлично рассказанную историю. Это выступление писателя и спикера Дрю Дадли Everyday Leadership («Повседневное лидерство»)[164].
Короткий анонс. Почему история может быть интересна слушателям? Какую пользу они из нее извлекут?
«Я хочу поделиться с вами одной историей, которая, вероятно, больше всего ответственна за то, что я переосмыслил лидерство и стал счастливее».
Экспозиция. Описываем обстоятельства, в которых происходит история. Место, время, состояние героя. Важна конкретность и краткость.
«Я учился в университете Mount Allison в Саквилле, Нью-Брансуик. И в день окончания учебы ко мне подошла девушка со словами:
“Я помню, как мы впервые встретились”».
Завязка. Возникновение цели и проблемы. Как случилось, что у героя появилась необходимость действовать? Как появилась проблема? Почему она важна?
«Она рассказала, как четыре года назад стояла в очереди на регистрацию новых студентов в кампусе и так боялась неизвестности, что готова была бросить университет. И тут вышел я в дурацкой шляпе с ведром леденцов, дал леденец парню рядом и заставил передать его ей. “И когда все рассмеялись, я поняла, что не должна ничего бросать. Я поняла, что я дома”».
Расширение проблемы. Каковы шансы, что аудитория сможет оказаться на месте спикера? Статистика подобных происшествий.
Этот шаг Дрю пропускает, переходя сразу к решениям, но в истории здесь можно добавить контекст: «Часто мы думаем, что лидерство — это что-то грандиозное, недостижимое для нас сейчас».
Начало преодоления проблемы. Наши ожидания. Первое препятствие на пути.
«Девушка говорит: “Ты был невероятно важным человеком в моей жизни. Я буду скучать по тебе”. И уходит».
Преодоление первого препятствия. Радость победы.
Дрю потрясен (I’m flattened). Это кажется победой — он узнал, что изменил чью-то жизнь.
Второе препятствие на пути к цели, или победа обернулась поражением. Сомнения. Уныние и желание сдаться.
«Но есть проблема: у меня нет никаких воспоминаний об этом моменте. Я обыскал свою память… и я не помню этого».
Борьба с собой и преодоление себя. Возможно, ситуация морального выбора («моральной дилеммы»).
«Так страшно думать о том, что мы настолько могущественны. Наш самый большой страх не в том, что мы незаметны. Наш самый большой страх — узнать о том, что мы невероятно сильны».
Преодоление второго препятствия. Достижение цели.
Дрю принимает эту силу. «Мы должны преодолеть этот страх… чтобы наши дети видели, что мы ценим влияние друг на друга больше, чем деньги и власть».
Формулирование принципов на будущее. Что мы поняли в процессе? Как изменилась наша жизнь? Что мы теперь будем делать, а что не будем? Здесь можно сформулировать один — три конкретных принципа на будущее.
«Нам нужно переопределить лидерство как создание вот таких “леденцовых моментов” (lollipop moments). Сколько мы их создаем? Сколько признаем? За сколько благодарим?»
Закольцовка. Показываем, как принципы изменили нашу жизнь и в аналогичной завязке ситуации мы поступили иначе (или теперь регулярно поступаете иначе). К чему это привело?
Слова о любви. Одна фраза, напутствие слушателям. Здесь можно позволить себе банальность, но коротко.
«Это простая идея, но я не думаю, что она незначительная. Спасибо вам большое за то, что позволили мне поделиться ею с вами сегодня».
Отсутствие морали (или непонятная мораль). Будет ли слушателям понятно, что конкретно делать или не делать после истории? Без четкой морали у них остается раздражающий вопрос «зачем мы все это слушали?»
Слишком длинная вводная часть. Советую ограничиться буквально несколькими фразами — место-время, жизненные обстоятельства спикера. Мастера сразу начинают с завязки (прием «сразу к делу») и только потом, если необходимо, описывают обстоятельства.
Слабые препятствия. «Начал инвестировать и потерял 10 000 рублей (при доходе в миллион)» — что это за препятствие? Препятствия должны вызывать эмоции и быть серьезными. Иначе истории, по сути, и нет.
Отсутствие точки отчаяния. Без отчаяния героя — момента, когда он почти сдался, — у зрителей не будет ощущения серьезности препятствий, а также не будет повода герою сопереживать (не впадал в отчаяние, значит, не человек).
Отсутствие конкретики. На общих словах внимание теряется. «Было страшно», «не было денег», «было плохо» — всего лишь бледные оценки происходящего. Нужна конкретика: «в ушах стучало от страха, я не мог пошевелиться», «приходилось жить на 200 рублей в день», «год сидел на антидепрессантах».
Неискренняя подача. При формальном интонировании и неискренних эмоциях окситоцин не вырабатывается. Важно подключить киноленту видений.
Лишнее (отвлечения, детали, рассуждения). Все, что мы рассказываем, должно или усугублять проблему, или решать ее, или быть моралью — и никаких «кстати, на ум пришло». Лучше короткая история, где каждое слово важно, чем длинная с избытком деталей.