* Никита *

Киваю, не сразу находя в себе силы ответить, а потом сухо произношу:

— Хорошо.

Хорошая новость. Действительно хорошая.

Мои люди сели на хвост Анжелике после её приземления в Шанхае. Её ведут… вот только меня безумно беспокоит Даша…

Что с ней?! Где она?!

Ничего невидящим взглядом смотрю в панорамное окно новенького небоскрёба и сжимаю телефон в руке так, что пластик трещит.

Тесть на мои звонки не отвечает. Я уже пытался узнать, где он остановился в Иркутске, но его помощница молчит.

И этот Глеб… я и ему звонил, только известный мне номер «вне зоны обслуживания».

Дьявол!

Ладонью устало провожу по лицу.

Дышать в полную силу не могу — воздух кажется спёртым. Он будто впитывает всё: тревогу, вину, злость.

Душно.

Холодные капли пота проступают вдоль позвоночника, когда я думаю о Даше. Тонкая ткань белой футболки прилипает к спине.

Снова растираю ладонью лицо и продолжаю бесцельно всматриваться в темноту за стеклом. Сердце яростно бьётся о рёбра.

Я напряжён до предела и готов сорваться с места.

Рвануть. Выбежать. Искать... только бы жила…

Вина давит на плечи.

Это из-за меня Даша оказалась в руках этого ублюдка.

Из-за меня.

Страшно.

Боже, мне никогда не было так страшно.

Ни перед выходом на ринг, ни под дулом пистолета.

Там я был один. Сам за себя. Взрослый мужик.

А теперь на моём месте Даша.

Дашка...

Девочка моя.

Как же я допустил это…

Отхожу от окна и падаю на огромный кожаный диван рядом с Олегом. Он с кем-то переписывается по телефону. Мы больше суток не спали, но по Олегу этого не скажешь.

Он всё также бодр в отличии от меня... только спина напряжена и желваки ходят по скулам.

Вздыхаю и прикрываю веки.

Телефон не выпускаю из руки. Кажется, если я его отложу, то обязательно пропущу что-то важное. Что-то, что приведёт меня к Даше… или добьёт окончательно.

В голове набатом стучит её имя.

Даша. Даша. Даша.

Я даже не знаю, когда это случилось. Когда она стала не просто прошлым, а всем… каждым вдохом.

Как я вообще жил без неё?!

Господи, как я дышал, разговаривал, существовал в этой серой пустоте… без неё?

Сидел словно запертый в каком-то чулане, где даже свет был чужим.

Ходил. Жил. Терпел… а теперь — горю!

От страха за Дашу меня выворачивает так, будто в грудь всадили раскалённый крюк и медленно тянут наружу всё, что ещё осталось внутри живого.

От ужаса схожу с ума.

А если всё случится как с Настей? Если её...

Вплетаю пальцы в волосы, дёргаю до боли... и выдыхаю.

Уже почти сутки прошли, а Даша всё ещё не найдена.

И каждый последующий час — это безумный риск… а я до сих пор не знаю даже, жива ли она. Не ранена ли. Не напугана ли до безумия. Не…

Резко обрываю себя.

Нет.

Не думать. Не представлять.

Нельзя превращать страх в картинку!

Но он уже сжирает меня.

Медленно, с удовольствием.

— Город и пригород шерстим, — продолжает Олег. — Но обыскать всё почти невозможно. Даже со связями вашего отца.

Я открываю глаза. Пальцы от беспомощности сами сжимаются в кулаки.

Да, здесь мы не на своей территории.

— У отца Анжелики Юрьевны здесь больше подвязок, — добавляет Олег тише. — Он когда-то жил здесь. Его знают. И боятся.

Медленно выдыхаю.

Чёрт, чёрт, чёрт!

Эта беспомощность убивает.

Меня передёргивает.

Молчим.

В комнате становится слышно, как гудит холодильник и как где-то за стеной, в соседней квартире, работает телевизор.

Эти звуки раздражают.

Смешно даже — всё вокруг продолжает жить, пока у меня внутри всё разносит в клочья!

— Позвони Левашову, скажи, что я соглашусь на любые его условия, — резко поднимаюсь.

К чёрту! Всё отдам, лишь бы вернуть её!

— Никита Андреевич, не думаю, что…

Олег не договаривает.

Потому что в этот момент телефон в моей ладони вибрирует.

Едва слышно.

Но мне хватает одного короткого дрожащего импульса, чтобы сердце врезалось в рёбра с безумной силой.

Замираю.

Воздух в комнате мгновенно густеет. Становится тяжёлым, вязким, почти липким.

На экране — неизвестный номер.

Я смотрю на цифры, и меня начинает мутить от предчувствия. Не от надежды… от чего-то гораздо более тёмного.

Внутри всё напрягается.

Пальцы не слушаются, но всё-таки я открываю сообщение.

«Сегодня в полночь. Кафе “Маяк”. Будь один».

На секунду мир останавливается.

Я смотрю на экран, не моргая.

Потом медленно поднимаю глаза на Олега… и опять смотрю на экран.

Перечитываю. Снова. И снова.

«…Будь один».

— Что там? — тихо спрашивает Олег. Внимательного взгляда с меня не сводит.

Тихо выдыхаю, а потом как можно беспечнее отвечаю:

— Ерунда. С поставкой проблема.

А сам смотрю на часы.

Двенадцатый час...

Впервые за эти сутки убираю телефон в карман... и иду к двери.

— Вы куда? — в спину летит взволнованный голос Олега.

— Подышать. Душно тут. Скоро вернусь. — бросаю на ходу.

И покидаю квартиру.

Один.