Я неслась вниз не разбирая дороги. Перескакивала через ступеньки, скользя по мраморному полу и чуть не падая. Но мне нельзя было останавливаться. Любое промедление могло стоить кому-то жизни.

Не встретив никого на своем пути, я выскочила на парадное крыльцо. В два прыжка преодолела лестницу, чуть не подвернув лодыжку на последней ступеньке. Чтобы сэкономить время, не стала бежать по тропинкам в обход декоративных зарослей, а рванула напрямик через них.

Повезло, что кустарник был не очень разросшимся, и я смогла прорваться через его заслон. Правда, в какой-то момент потеряла домашнюю туфельку и пеньюар, оставшись в длинной ночной сорочке. Но мне было не до таких мелочей.

Запыхавшаяся, я вывалилась из кустов. Оборотень по-прежнему стоял на коленях, смиренно склонив голову. Он принял наказание и покорно ждал расправы.

Корги занес меч для удара над головой Вульфа.

— Нет!.. — Крик вышел слабым, и его услышали лишь ближайшие охранники.

Ужас, страх и отчаяние придали мне сил. Я даже смогла увернуться от захвата одного из охранников, бросившегося ко мне с явным намерением поймать.

Шум и сумятица, что я создала, на мгновение отвлекли Корги. Мне этого времени и хватило. Я поднырнула под руку с мечом, перехватывая ее.

— Нет, Корги, нет!..

— Ингриэль! Куда под меч бросаешься, идиотка! — яростно рыкнул демон.

Только мое близкое нахождение и удержало Корги от того, чтобы обрушить меч на Вульфа. Иначе остановить сильного демона я бы не смогла.

Бросившись Корги на шею, я повисла на нем, мешая пользоваться мечом.

— Прошу! Пожалуйста, не делай этого! Не надо!.. — зачастила я хриплым, срывающимся на шепот голосом.

Корги, который повергал разумных в ужас, удивительным образом меня сейчас не пугал. Я ощущала его бешенство, чувствовала жажду утопить в крови особняк, чтобы обезопасить меня. И это стремление Корги ужасало.

Но ещё я непонятным образом знала, что, пока нахожусь так близко, он не будет применять меч.

— Ты не вовремя! — зло прошипел демон.

Он весьма настойчиво, но очень осторожно, попытался одной рукой отстранить меня от себя. Разумеется, безрезультатно, потому что я придвинулась ещё ближе.

— Умоляю тебя, не делай этого, — заглядывая в черные провалы глазниц маски, взмолилась я.

— Они виноваты и должны понести наказание!

— В чем их вина? — не отступала я, повиснув на шее у демона, мешая замаху меча. — Что они могли такого сделать, чтобы заслужить подобную участь?

— Я… — начал говорить он, запнулся и быстро исправился: — мы чуть тебя не потеряли! — рыкнул тише.

— Ну не потеряли же, — начала было я, но, увидев, как Корги вновь свирепеет, быстро исправилась: — Не их вина, что на меня напал ренегат. Он через меня мстил тебе и Айдеру, — напомнила настоящую причину нападения.

От моих слов демон ещё больше напрягся. Его плотно сжатые губы превратились в тонкую линию.

— Без помощи кого-то изнутри ренегат не смог бы до тебя добраться, — зло произнес он, хотя говорил уже тише.

— Так найди истинного виновного и покарай по закону, — предложила я, заглядывая в лицо демону.

И удивительно: на Корги была его ужасная артефактная маска, вот только я словно видела сквозь неё. Пусть нечетко, все было сокрыто туманом, но черты красивого, смутно знакомого лица просматривались.

— Ингриэль, мы живем по законам изнанки Шталя, — фыркнул демон. — У нас свои правила и наказания.

— Пусть так, — тут же согласилась я. — Но наказывать нужно настоящего преступника, а не всех одним махом.

— Зато такое показательное наказание отобьет охоту у других даже думать о предательстве, — жестко заявил Корги. — Так что, Ингриэль, будь хорошей девочкой. Отойди в сторонку и не мешай.

Мной вновь завладела паника и отчаяние. Я почувствовала, что проигрываю, и Корги просто прикажет увести меня в безопасное место, а сам продолжит казнь.

— Пожалуйста, Корги, я прошу проявить милосердие к этим разумным, — умоляюще посмотрела в глаза демону. — Ты же можешь помиловать их. Ведь ты король изнанки!

— Ингриэль, в моем мире милосердие воспримут за слабость. Теневым миром может править только жестокое, лишенное сердца и сострадания чудовище, — тихо произнес Корги, и я услышала в его словах горечь.

— Неправда! — запротестовала я, а когда он хотел возразить, уверенно добавила: — Я видела настоящее чудовище, — намекнула про ренегата. — Так вот, ты не чудовище.

Корги хмыкнул, и я почувствовала, как его тело немного расслабилось.

— Моя упрямая леди… — прошептал он, качая головой. — Ингриэль, мои подданные утверждают, что у меня вместо сердца в груди кусок стали. Потому мне и неведома жалость.

— Это все глупости. Как целитель я тебе ответственно заявляю: жить со стальным сердцем невозможно, — попыталась пошутить, но потом серьезно произнесла: — Корги, позволь тогда мне стать твоим милосердием и состраданием.

Демон молчал, внимательно меня рассматривая и не спеша давать ответ. Я стояла в его объятиях и даже не сразу почувствовала, что он прижимает меня к себе двумя руками.