Время имеет странное свойство. Иногда кажется, что оно способно ускоряться, а иногда оно течет, подобно киселю. Для меня же время застыло.

Я сидела с закрытыми глазами и держала Айдера за руку, чтобы поддерживать работу легких и сердца. Словно через вату слышала четкие распоряжения наставника. И в голове при этом вспыхивали образы действий оперирующего целителя.

— Скальпель.

Перед глазами видение, как на груди кожу Айдера четким движением рассекают по средней линии.

— Пила.

Грудина рассечена, и доступ к сердцу открыт.

— Ранорасширитель.

— Перикард вскрыт. Фиксируем края.

Я слышала слова Эдмунда де Ла'Воркса то чётко, то они становились едва различимыми.

— София, дай Ингриэль укрепляющий эликсир. — Сквозь туман в голове услышала распоряжение наставника.

Моих губ коснулись прохладные края флакона. Я покорно выпила горьковатую жидкость и уже через минуту ощутила прилив сил.

Раскрыв глаза, посмотрела на Айдера. У него из груди торчали артефактные трубки, перенаправляющие кровь из аорты в обход раны.

Смотреть на такого мужа было сложно. Я отвернулась, сосредоточившись на его состоянии. У него постоянно падало давление, и мне приходилось следить и поднимать, но из-за большой кровопотери это становилось проблематично делать.

— Что с артефактным сердцем? — спросил наставник.

— Доставили, — сообщила Элама.

— Его нужно подготовить. Будем заменять.

На этих словах я встрепенулась и посмотрела на наставника. Он явно почувствовал мой взгляд, потому что, не прекращая работу, пояснил:

— Ингриэль, кинжал хоть и попал в правый желудочек, но из-за нанесенных на него рун смерти повредил ткани без возможности восстановления. Кроме того, порвана артерия, и её стенки тоже не удается соединить.

— Но механическое сердце неидеальное… — произнесла я с отчаянием.

Вспомнила те протезы, что мы изучались в академии, и они не внушали мне доверия. Я до последнего надеялась, что наставник сможет спасти сердце Айдера.

— Это совсем другой уровень, не тот, что мы изучали, — правильно понял моё состояние наставник и поспешил успокоить: — Это артефакт нового поколения, созданный моим воспитанником и доработанный его женой. Яния — гений артефакторики. Вместе с Райденом она создала сердце, что будет лучше, чем родное.

Слова наставника немного успокоили, но я все равно сомневалась в том, что что-то может быть лучше своего, родного сердца.

Дверь в операционную отворилась, и внутрь вошли облаченные в целительские костюмы Райден и Яния. Перед ними летел исписанный рунами стеклянный цилиндр. Внутри него располагалось то, что должно было спасти моего мужа.

— Мы проверили артефакт, он работает, — сообщил Райден.

— Но, для того чтобы он прижился в теле, нужно контактирующие с плотью механизмы покрыть орихалком, — добавила нервничающая Яния.

— Так в чем проблема? — удивился Райден и кивнул в сторону Айдера. — Вон на голове у Шэн'Зота его предостаточно, чтобы покрыть весь артефакт.

Все, в том числе и я, посмотрели на рога, сияющие в свете магических кристаллов.

— Если это поможет, то конечно берите, — хрипло произнесла я.

— София, дай Ингриэль тонизирующее зелье, — нахмурился наставник и обратился к чете Ван'Мортисов: — Что вам нужно для работы?

— Точное время пересадки артефакта, — сообщил Райден.

— Максимум десять минут, — отозвался серьёзный наставник.

— Управлюсь за пять, — по-деловому сказала Яния.

— Отлично. Готовим пациента к пересадке. Ингриэль, на тебе контроль состояния. Сообщать о любых изменениях. Работаем, — распорядился наставник.

И все завертелось. Сосредоточилась на показателях Айдера, но краем глаза наблюдала за Янией. Я впервые видела работу мастера-артефактора такого высокого уровня.

Яния что-то тихо произнесла, дотронулась до рогов, и орихалк потек к ней. Она подставила цилиндр с артефактом, и металл стал обволакивать механическое сердце.

— Готово, — сообщила Яния.

— У нас тоже. Приступаем к пересадке, — произнес наставник и обратился ко мне: — Ингриэль, по моей команде ты должна будешь отсоединиться от Айдера.

Меня затопила паника. Если я перестану чувствовать Айдера, он умрет. Ведь это моя целительская магия удерживала его на грани между жизнью и смертью.

— Ингриэль, мы подготовили контролирующие артефакты, они поддержат функцию организма. Вспомни, что ты целительница, и отключи личное.

Это было сложнее сделать, чем казалось. Стоило мне просто подумать, что на операционном столе лежит мой муж, а не посторонний пациент, и меня начинало трясти.

Усилием воли взяла себя в руки. Вдохнув и выдохнув, кивнула наставнику, что готова.

— Всем приготовиться, — произнес наставник, и все замерли, ожидая распоряжения. — Ингриэль, давай.