На февральские каникулы обитатели католического интерната Брэмфорд разъезжаются по домам, и за исключением пары монахинь в школе задерживаются лишь две ученицы. Роуз, постарше (Люси Бойнтон), наврала что-то, чтобы разобраться с бойфрендом, от которого, возможно, беременна. Кэт, помладше (Кирнан Шипка), увидела сон, что ее родители погибли в аварии, и они действительно все никак не появляются. Тем (или другим?) временем девушка по имени Джоан (Эмма Робертс) едет в сторону Брэмфорда с парой незнакомцев.

Дебют Осгуда Перкинса, наследника голливудской династии, который немножко снимался, к сорока годам решил ставить хорроры, а к пятидесяти вдруг превратился в одно из самых горячих имен в жанре. Тема смерти родителей, которая в фильме раскрывается сперва буквально, а потом фигурально, Перкинсу знакома не понаслышке: его отец Энтони, звезда «Психо», безвременно скончался от СПИДа, а мать была в одном из самолетов, врезавшихся в WTC.

«Февраль» (для запоздалого проката A24 выбрали более интригующее название «Дочь чернорясового») — нечто среднее между «Оставленными» Александра Пэйна и «Реинкарнацией» Ари Астера: одиночество, зимние каникулы, Люцифер. Сюжетный пазл вырезан чрезвычайно прихотливо: Перкинсу удалось взглянуть с необычного угла на такой замыленный предмет, как одержимость дьяволом. Но в первую очередь он делает ставку на атмосферу, гнетущую почти физически. Ледяные глубокие кадры, выбивающие из колеи монтажные склейки, воистину дьявольский саунд-дизайн (атональный саундтрек сочинил брат режиссера) и три молодые актрисы, на чьем физическом сходстве и различии многое держится (главным образом это бенефис пятнадцатилетней Шипки).

Редкий хоррор настолько приспособлен к многократным просмотрам: в тенях, которые вечно накрывают половину экрана, всякий раз можно разглядеть что-то новое. Но первое знакомство — самое дорогое: в финальном акте сомнамбулический ритм взрывается не только актами насилия, но и выплесками эмоций, по-своему даже более шокирующими. Между жаром котельной, в которой происходят ключевые сцены, и сугробами, лежащими вокруг Брэмфорда (тезки дома из «Ребенка Розмари»), Перкинс измеряет температуру человеческой души, такой же хрупкой и ненадежной, как тело.