Мисс Гидденс (Дебора Керр) устраивается гувернанткой к паре сироток. Их дядя, столичный плейбой, поселил Флору и Майлза в свое превосходное готическое поместье Блай, но заниматься ими не желает. Мисс Гидденс поначалу очарована и детьми, и новым домом, но постепенно убеждает себя, что ее предшественница мисс Джессел и слуга по имени Питер Квинт, погибшие год назад, продолжают дурно влиять на детей и с того света.

Викторианская готика встречает южную в этой двусмысленной истории с привидениями: новеллу Генри Джеймса «Поворот винта» переписал Трумен Капоте, напихав туда новых фрейдистских символов в придачу к уже имевшимся. Розы увядают среди башенок, черепахи ныряют в озеро, голубки сворачивают шеи, и у зрителя голова тоже идет кругом. Действительно ли призраки харизматичного мерзавца Квинта (в ненужном приквеле через десять лет его сыграет Марлон Брандо) и его любовницы-гувернантки терроризируют Блай? Или все это — разыгравшееся воображение мисс Гидденс, зажатой и сексуально фрустрированной дочери священника, которая запоздало вырвалась из дома и сперва влюбилась в своего нанимателя, а потом еще наслушалась рассказов экономки о творившихся в усадьбе безобразиях («комнаты, при свете дня превращавшиеся в темный лес»)? Ни Джеймс, ни Клейтон не дают однозначного ответа, и в названии фильма зашифрован вопросительный знак. Невинность и испорченность невозможны друг без друга, и мисс Гидденс, вооружившаяся своими благими намерениями, — такая же иллюстрация этого, как и Майлз с Флорой. Через детские непосредственные манеры которых действительно просвечивают взрослые пороки, что не обязательно, конечно, указывает на присутствие сверхъестественного: умение манипулировать — едва ли не первое, чем овладевает человек.

Керр блестяще играет сложнейшую роль, режиссура Клейтона безупречна, оператор Фредди Фрэнсис творит чудеса с геометрией широкого кадра, усадьба Блай образцово живописна, а песенка про плакучую иву полна невыразимой тоски. В элитарном жанре психологического хоррора лучше просто не делают.