Все твои, цыганка, я слова знаю.

Ворон учёный твой и то, гляжу, говорлив,

и сама щебетать ловка, и клювы остры у обоих.

Только едва ль участь мою

выпрямит вещая птичья речь.

Ждать резона нет, покуда масть ляжет.

Ясно, где общий сбор, по форме оповещены

и личный состав, и колёсно-гусеничный, и копытный.

В пешем строю место за мной.

Будущность предопределена.

Не глупее копытных получусь рекрут.

Сбрую, то есть, иметь - пожалуйста, присягну,

а в ногу шагать - пропади он пропадом, ваш самодержец.

Вольной ходьбой меньше ль собью

обуви, взятой по службе в долг?

А когда пойму, что отдавать нечем, -

дрогну ли я тогда, в моих ли меня потёмках

истина ошеломит высоким сияньем? Вряд ли.

Даже не вслух молвлю себе:

"Надо же, птица была права".