Вторник, второе августа, время - десять без десяти

Лето в поре, однако сказать, что жарко, никак нельзя. Не жарко.

Солнца не хватит даже и малый паводок извести.

Впрочем, откуда паводок - ветер слаб, небо чисто, суха лежанка.

Я вчера фантазировал, и фантазия мне удалась:

Выдумал я, что лету как раз и следует быть вот таким, как это:

Дням его надлежит шелестеть прохладно, свободно длясь.

(Тут, полагаю, ты возмутишься: мол, тоже мне, лето...)

Кроме того, я выдумал разнополых двух визави:

Скачут они по корту в одном белье и туда-сюда мечут мячик.

Эти самец и самка в прямом родстве с божеством любви,

Даром что он кретин, а она неряха, как сотни ее землячек.

Очень ему по нраву ее четыре ноги и хвост,

Ей же в не меньшей степени импонируют бивни его и когти.

"Ужас!" - воскликнешь ты. А по мне, так это - потомки звезд!

Глаз не свожу, слежу, все ли там у них ладно на корте.

Вроде пока все ладно - танцоры, музыка, верхний свет.

Жаль, вот листва кругом чересчур жива - в натуральном искусство тонет.

Из-за листвы-то зритель и не ликует, что нет то нет,

Плачет и стонет он - не препятствуй, пусть, если хочет, плачет и стонет!

Многим еще в новинку велеречивые позвонки,

От болтовни запястий был и со мною когда-то спазм - весь вышел.

Веруй, что есть в природе и кроме этого языки -

Спорить не буду, может, и есть, не знаю, не слышал...

...

Хочешь обратно деньги - вот, изволь, получи с меня,

Но не казни артиста за то, что он себе самому не равен.

Этот шмель не летит, он исполняет "Полет шмеля".

Этот столетник дня не живет, но тем и забавен.