Мы прах. Мы явный прах. В буквальном смысле пыль земли,

а также след в пыли.

Мы мел руин, щепа сухих древес, морской песок и след в песке,

утиль музеев и настенный мох пещер.

Мы алебастр, и тальк. И та мука, что лик паяца белит.

И опилки закулисных стойл.

А также прочий арсенал сыпучей всячины,

без коей шапито не шапито.

Мы несомненный прах. Мы порох, что столетьями

лежит себе и ждет ну, разве что случайности,

поскольку в тайники, где спрятан он,

ни светлый эльф, ни черный гном пути не сыщет.

Мы нагар и накипь. Зола и сажа мастерских.

Густой на гробовой плите нарост, налет,

убрав его, прочтешь слова: навек, навек, навек

ушла, ушла, ушла любовь, любовь, любовь.

Мы несравненный прах. Мы важный пепел, знатная руда.

Какой, не правда ли, высокий стиль?

Мы пыль, но если мы не соль земли,

то кто же соль земли?

Once in our lives let us drink to our wives

Though their numbers be but small

Heaven take the best and the Devil take the rest

So we shall get rid of them all

To this hearty wish let each man take his dish

And drink drink till he falls