« — Законным путём идти можно. Дойти трудно...»

Ночь опустилась на Блайзбери, но это не была та уютная, бархатная темнота, что приносит покой. Это была сырая, пронизывающая до костей осенняя мгла. Дождь, собиравшийся весь день и то и дело начинавший моросить, наконец хлынул — не ливнем, а холодным, монотонным потоком, который превращал газоны и палисадники в болотца, а мощёные улочки — в чёрные зеркала, отражавшие тусклый свет фонарей. Селлсайд утратила своё серебристое сияние и стала мутной, беспокойной, сердито катящей свои ледяные воды рекой. Ветер, пробирающийся по узким проулкам, пах прелой листвой, мокрым камнем и далёким дымом из труб — это был запах одиночества и тайн. В такую ночь Блайзбери казался вымершим, застывшим во времени, словно старая фотография, покрытая пылью.

Я стояла у окна и мысленно прокручивала озвученный Саймоном вечером по телефону план операции. Замысел был прост, как всё гениальное и точно так же не продуман.

Саймон выяснил, что мотоцикл Кристофера Эшворта, по слухам, видели у гостиницы «Королева Виктория». Это было вполне логично, так как такой привыкший к комфорту избалованный богач, как Кристофер, наверняка выбрал самую пафосную гостиницу. Наверняка сыграло свою роль и то, что у «Королевы Виктории» был обустроенный задний двор — нечто вроде крытой парковки для постояльцев. Так что Эшворту было куда пристроить свой дорогущий мотоцикл.

И сейчас, когда я стояла у окна спальни и таращилась в темноту, Саймон, по идее, пробирался туда, чтобы увести у Кристофера его «Нортон». Поняв, что отсюда я всё равно ничего не увижу, так как до «Королевы Виктории» от моего дома пешком минут сорок, я вздохнула и отправилась спать, мысленно пожелав другу удачи.

Следующее утро началось не с кофе. Оно началось с громкого стука в дверь и ворвавшегося в мою кухню Саймона Миллза, который выглядел так, будто всю ночь провёл в канаве... что, как выяснилось позже, было недалеко от истины.

— Мэгги! — крикнул он с порога, даже не поздоровавшись. — Ты не поверишь!

— Поверю, — спокойно возразила я, — пообщавшись с вами, я поняла: я могу поверить во всё. То есть абсолютно во всё. Вплоть до приземления в моём саду зелёных человечков.

Саймон стянул грязную куртку, рухнул на стул и, игнорируя мой возмущённый взгляд, схватил с тарелки последний тост.

— Ночью я провернул гениальную операцию! — заявил он с набитым ртом. — Я был как ниндзя! Как агент 007! Я прокрался во двор «Королевы Виктории», нашёл мотоцикл этого павлина Эшворта и уже собирался отключить аккумулятор, как...

Он сделал драматическую паузу, отхлебнув кофе из моей чашки.

— Как из-за дерева выходит он сам! Представляешь? В два часа ночи! В дорогом пальто на голое тело и с сигаретой! Как какой-то чёртов персонаж из нуарного фильма!

Я аккуратно поставила чайник обратно на плиту.

— Саймон, ты хочешь сказать, что тебя поймали с поличным при попытке угнать чужой мотоцикл?

— Не угнать! А временно переместить для сохранности! — возмутился он. — Но так-то да. Он поймал меня. Посветил мне в лицо фонарём так, что я думал, ослепну. И знаешь, что он сказал? Он сказал: «Мистер Миллз? Какая неожиданная встреча».

Саймон очень точно спародировал ленивую интонацию Кристофера.

— А откуда он тебя знает? И что было дальше? Ты теперь под следствием? Что говорит Джастин?

Саймон фыркнул, явно довольный произведённым эффектом.

— Не суетись, Мэгги, всё в порядке. Мы поболтали, и, знаешь, он оказался... не таким идиотом, как я думал. Он сразу просёк, зачем я там. И даже не разозлился, представляешь? Посмеялся только.

— Просёк? — переспросила я, обессиленно опускаясь на стул напротив. — То есть ты хочешь сказать, что этот холеный тип просто стоял и ждал, пока ты полезешь к его мотоциклу?

— Именно! — Саймон щёлкнул пальцами. — Он знал моё имя. Сказал, что помнит мои старые статейки про финансовые махинации Торнтонов. Мол, у него хорошая память на лица тех, кто копает под его семью. Но это дело старое, мол, кто старое помянет… ну и так далее.

— И что дальше? Вы пили чай и обсуждали погоду?

Саймон хитро прищурился и понизил голос, хотя кроме нас на кухне никого не было.

— Почти. Он сделал мне предложение. Сказал, что мы можем зря потратить силы друг на друга. Что он не знает и, в общем-то, знать не желает, с какой целью здесь МакКиллиан. У него, мол, свой интерес к нашему другу Юджину, который нас никак не касается. И он предложил сделку: мы не мешаем ему, а он, в свою очередь, будет по возможности держать нас в курсе того, что делает МакКиллиан.

Я уставилась на него, практически потеряв дар речи.

— Саймон, ты что — заключил союз с врагом?

— Не союз! — друг недовольно поморщился. — Временное тактическое партнёрство ради общей цели. Назовём это обменом разведданными. Подумай сама, Мэгги! У нас же нет возможности следить за МакКиллианом, а так у нас будет хоть что-то.

Я лишь покачала головой. План Саймона не просто провалился — он обернулся против нас самих, превратив нашу игру в ещё более запутанную шахматную партию, правила которой теперь диктовал совершенно новый игрок.

— Ты с ума сошёл? — я наконец обрела дар речи. — Доверять ему? Он же... он же Кристофер Эшворт! Наследник Торнтонов!

— Именно поэтому план Саймона может сработать, — раздался спокойный голос от двери.

Мы синхронно вздрогнули и одновременно обернулись. На пороге кухни стоял Джастин, уже в форме инспектора, с неизменным блокнотом в руках. Видимо, он направлялся на службу и решил заглянуть ко мне. И неважно, что для этого нужно было пройти лишние пару километров.

— Доброе утро, — невозмутимо поздоровался он. — Я слышал часть разговора через окно. Вы забыли его закрыть.

Я закатила глаза. Ох уж эти мужчины и их шпионские игры!

— Джастин, ты слышал, что натворил этот авантюрист? — я кивнула на Саймона. — Он вступил в сговор с нашим главным подозреваемым!

Джастин прошёл к столу, взял чистую чашку и по-хозяйски налил себе кофе. Я лишь головой покачала: не дом, а штаб-квартира какая-то, честное слово!

— Не сговор, а тактическое партнёрство, — поправил он меня, но без осуждения. Напротив, в его глазах читалось одобрение. — Саймон поступил абсолютно правильно. Мы не можем установить наблюдение за Юджином: ни официальное, так как у нас нет повода, ни неофициальное, так как ни у кого из нас нет лишнего времени. Так что в том, что касается его планов, мы удручающе слепы. И если мистер Эшворт сам вышел на контакт и предложил обмен информацией, отказываться было бы глупо. Теперь у нас есть шанс узнать о планах Юджина из первых рук. Это называется «использовать все доступные ресурсы».

Я переводила взгляд с одного довольного собой мужчины на другого. Они оба выглядели так, будто только что выиграли в лотерею, а не связались с опасным преступником.

— Вы двое невыносимы, — вздохнула я, сдаваясь. — Ладно. Допустим. Но вы будете рассказывать мне обо всём.

— Само собой, босс, — хором ответили они и рассмеялись.

Разговор был прерван резким звонком телефона. Аппарат надрывался в гостиной, и я поспешила туда, чувствуя странную тревогу.

Звонил Алекс.

— Мэгги, милая, — его голос в трубке звучал напряжённо и глухо, словно он говорил из бункера. — Прости, планы меняются. Мне срочно нужно ехать в Лондон. Прямо сейчас.

У меня внутри всё похолодело.

— Что случилось?

— Проблемы с партнёрами. Ничего такого, с чем бы я не справлялся, но моё присутствие необходимо. Я вернусь через день-два. Максимум три.

— Алекс, постой, — тревога сжала горло. — Ты уверен, что ничего ужасного не случилось? А то как-то у меня сердце не на месте...

— Конечно, — Алекс старался говорить беззаботно, но я уже достаточно хорошо успела его изучить, чтобы понять: он встревожен и зол. Поэтому я не стала давить и пытаться выспросить что-нибудь: приедет и сам расскажет, а сейчас не стоит усложнять.

— Будь осторожен, — прошептала я в трубку.

— Всегда, ты же знаешь...

В трубке послышались гудки. Я медленно опустилась в кресло, сжимая телефон в руке. Тревога, отступившая было во время разговора с Саймоном и Джастином, вернулась с новой силой. Она была похожа на холодный, скользкий комок в животе.

Тревога за Алекса, уехавшего в Лондон, неотступно грызла меня изнутри, и я решила, что лучший способ от неё отвлечься — это с головой уйти в работу. Я как раз пыталась вникнуть с перечень блайзберцев, пожелавших участвовать в конкурсе на лучший палисадник, когда колокольчик над дверью в очередной раз звякнул, оповещая о новых посетителях.

В библиотеку вошли двое, при этом сразу было ясно, что они не местные. И дело было не в том, что я ни разу их раньше не видела: наверняка в Блайзбери были люди, с которыми мы ни разу не пересекались. Всё-таки это город, пусть и небольшой, а не крохотная, затерянная в полях деревушка.

В незнакомых посетителях было другим абсолютно всё: начиная с не характерного для жителей нашего графства густого загара, такого, какой можно получить только на море, и заканчивая модными костюмами, каждая деталь которых намекала на то, что они куплены в лучших лондонских магазинах, а то и сшиты на заказ.

Мужчина, который вошёл первым, снял шляпу, и я невольно залюбовалась им. На вид ему было около шестидесяти, но возраст лишь добавил шарма его породистому аристократичному лицу. Есть такие мужчины, которым возраст к лицу, и посетитель библиотеки, несомненно, принадлежал к числу таких счастливчиков.

В его тёмных волосах, зачёсанных назад, было достаточно много седых прядей, но они совершенно не старили незнакомца. Но главное — это были его глаза. Умные, ироничные, с чертовщинкой, они смотрели на мир так, словно знали все его секреты и находили их весьма забавными. Он был одет в безупречно скроенное однобортное шерстяное пальто, под которым были видны дорогой костюм и светлая рубашка, а в руке держал трость с серебряным набалдашником, хотя было очевидно, что она нужна ему скорее для статуса, чем для опоры.

Женщина, которая вошла следом за ним, подходила ему просто идеально, словно он специально подбирал максимально соответствующую его типажу спутницу. Тоже немолодая, но сохранившая красоту и обаяние, элегантная, невозмутимая, она, в отличие от мужчины, излучала спокойствие и уверенность в своём праве находиться там, где она сочтёт нужным.

Её безупречно скроенное пальто горчичного цвета сидело так, словно было второй кожей. Под ним виднелось строгое платье из тёмно-синего шёлка. Светлые волосы были собраны в идеальный низкий пучок, подчёркивающий лебединую шею, а единственной вольностью в образе была нитка крупного жемчуга на шее. Она не носила кричащих украшений; её статус читался в идеальной осанке и спокойном взгляде серых глаз, которые изучали меня без тени улыбки.

Рядом с ней с как-то сразу почувствовала, что моё платье, хоть и сшито на заказ, но достаточно скромное, а причёска наверняка растрепалась. Но я усилием воли загнала эти пораженческие мысли поглубже.

— Добрый день, юная леди, — произнёс мужчина. Его голос оказался бархатистым, с той самой ленцой, которая стоит миллион фунтов. — Простите за беспокойство, но, быть может, вы подскажете нам, где можно остановиться в этом очаровательном городке?

Я моргнула, выходя из ступора.

— Добрый день. В Блайзбери...

— Точно! Блайзбери! — воскликнул мужчина и доверительно шепнул, — никак не могу запомнить название, представляете?

— В Блайзбери есть две гостиницы, «Королева Виктория» и «Королевский дуб», — спокойно продолжила я, успев подумать, что в последнее время всяких богачей прямо как магнитом тянет в наши ничем, в общем-то, не примечательные края. — Помимо этого есть те, кто сдаёт квартиры или даже дома, но это нужно узнавать в администрации.

— Целых две гостиницы! Ты слышишь, Нэнси? — мужчина повернулся к своей спутнице, которая по-прежнему молча изучала меня, и это, если честно, начинало слегка напрягать.

— Кайл, я не глухая, так что всё прекрасно слышу, — спокойно отозвалась женщина, — а что бы вы нам посоветовали?

— Я? «Королевский дуб» уютнее, но, насколько я знаю, там выкуплен весь второй этаж одним из постояльцев. «Королева Виктория» — более пафосное по нашим меркам место, но там вам наверняка предложат достойные комнаты и очень неплохой ужин. Опять же, всё зависит от того, как долго вы собираетесь пробыть здесь.

— Мы надолго, — ответил мужчина, обменявшись со спутницей взглядами, — на месяц как минимум, а то и на два. Будет зависеть от обстоятельств.

— Тогда вам лучше обратиться в администрацию и узнать, кто сдаёт на длительный срок квартиру или дом.

— О, большое спасибо, вы очень любезны, — благодарно улыбнулся мне мужчина, — а это ведь библиотека, да?

— Кайл, ну что это может быть ещё? — женщина укоризненно покачала головой. — Помещение, в котором стоят стеллажи с книгами, как правило, называется именно так. О, а это фотографии? Вы позволите?

Женщина показала на стенд с оставшимися после аукциона фотографиями, и мне ничего не оставалось как только пояснить:

— Да, конечно. Это фотографии были сделаны во время литературного карнавала, который проходил у нас в августе.

— Ах, в августе — задумчиво протянула женщина и подошла к стенду, — как интересно! Это вы?

Она показала затянутой в перчатку рукой на снимок, где я держала букет, а Алекс вручал приз.

— Да, я была организатором праздника, — улыбнулась я, — это было очень интересно и красиво!

— А рядом с вами кто? — мужчина тоже подошёл ближе и теперь рассматривал снимки. — Простите мне моё любопытство, просто я никогда раньше не слышал про литературные карнавалы.

— Это мистер Гилмер, он был главным спонсором нашего праздника, за что мы ему бесконечно благодарны, — честно ответила я, — он как раз вручает один из призов.

— Какой замечательный молодой человек! — воскликнул мужчина со странным выражением. — Кто бы мог подумать!

— Простите? — я удивлённо посмотрела на мужчину, который тут же подхватил свою спутницу под руку и остановился напротив меня.

— Мы не представились, приносим свои извинения, юная леди. Кайл и Нэнси Гилмер.

И он весело мне подмигнул.