Глава 4.

*Кира*

– Я подожду здесь. Если через пятнадцать минут не выйдешь – поднимусь, – бросает Света, не глуша мотор.

– Ну, ладно… Спасибо, Светуль.

Киваю и выхожу под моросящий утренний дождь, втянув голову в плечи. Квартира встречает меня напряженной тишиной. Кажется, что и нет здесь никого, но… Из гостиной струится аромат кофе… Сбрасываю обувь и тихонько вхожу... Олег сидит на диване, закинув ногу на ногу и попивая кофе… Выглядит он подозрительно спокойным, расслабленным. Завидев меня, он неторопливо ставит чашку на столик.

– Я так и думал, что ты приползешь утром, – усмехается он. – Перебесилась?

Меня словно бьет током… В нем нет ни капли раскаяния…Это же просто… Абсурд, нелепица…

– Я пришла за вещами и документами, – холодно отвечаю я, проходя мимо него в спальню. Бежать из города я не собираюсь – просто хочу посмотреть на его реакцию.

Олег вскакивает и идет следом, преграждая мне путь к шкафу.

– Хватит ломать комедию, Кира. Ты вчера устроила отвратительную сцену при гостях. Опозорила меня, довела Лену до слез. А ей, между прочим, волноваться нельзя. Она носит моего ребенка. Нашего ребенка, если бы ты включила мозги. Ты же понимаешь, что она легкомысленная? Актриса, одним словом… Какие ей дети? А так… Ты бы воспитывала мелкого, кормила его, коленки мазала зеленкой… Или что еще мамаши делают?

Я замираю. Внутри все скручивается от тошноты.

– Отойди от шкафа, Олег.

– А то что? – он кривит губы в издевательской ухмылке. – Слушай сюда, страдалица. Я пять месяцев терпел твой траур. Ты превратилась в ходячего мертвеца! Приходишь из своего морга, а от тебя несет формалином и трупами! Ты не жена, а тень! С тобой в постели лежать невозможно…

Его слова бьют наотмашь, но боли нет… Лишь неразбавленное, первобытное отвращение к существу, с которым я прожила столько лет. Как я могла не замечать всего этого?

– И поэтому ты решил трахать мою младшую сестру? – цежу я, глядя ему прямо в глаза. – Под предлогом того, что ищешь моего пропавшего сына?

– Да твой сын мертв! – орет Олег срываясь. Лицо его краснеет, на шее вздувается вена. – Умер он, понимаешь?! Его разорвало на куски, от него даже жетона не осталось! Все это понимают, кроме тебя, сумасшедшей! Ты одержима!

Моя рука взлетает сама собой. Звонкая пощечина обжигает щеку Олега, а голова дергается в сторону.

– Не смей, – шепчу я страшным голосом. – Не смей хоронить моего мальчика.

Олег медленно выдыхает, прижимая ладонь к раскрасневшейся щеке… В его глазах плещется чистая, неприкрытая злоба. Маска заботливого мужа слетает окончательно.

– Ах ты дрянь… – шипит он, потирая щеку. – Ты думаешь, ты кому-то нужна? Сорокалетняя, бесплодная, истеричная баба? Да я одолжение тебе делал, когда жил с тобой! Лена молодая, горячая, она смотрит на меня как на бога! Она дала мне то, что ты не могла дать – здоровую жизнь и наследника! А ты можешь дальше обниматься со своими трупами!

– Отлично, – я отталкиваю его в сторону, открываю ящик комода и вынимаю папку с документами. – Раз я такая никчемная, ты, несомненно, будешь рад разводу.

Олег презрительно фыркает, скрещивая руки на груди.

– Развод? Валяй. Только учти, Кирочка, эта квартира куплена в браке. Твоя машина тоже. Ты вылетишь отсюда с голой задницей. Все придется продать. Я даже вилки из сервизов разделю поровну.

– Подавись ими, гад, – бросаю я, скидывая в спортивную сумку белье и одежду. – Мы все поделим по закону. А вилки и сервизы можешь забрать себе! Завтра же я найму лучшего адвоката в городе и вытрясу из тебя все, что смогу. Ты заплатишь за все, Волошин! За каждую «командировку», которую ты проводил между ног моей сестры.

– Адвоката она наймет! – Олег заливается презрительным смехом. – На какие шиши? На зарплату патологоанатома? Я тебя по судам затаскаю, ты меня еще умолять будешь, чтобы я тебя обратно пустил!

– Не дождешься. Я развяжу себе руки. Оформлю развод, заберу свою долю и уеду.

– Куда ты уедешь? Кому ты нужна?! – он снова преграждает мне выход из спальни. – И не надейся, что я съеду, поняла? Я здесь прописан! Меня отсюда разве что вперед ногами вынесут!

– Я уеду искать сына. Но сначала я уничтожу тебя. Чтобы ни ты, ни твоя подстилка Леночка не получили ни копейки из моих денег.

Я вижу, как в его глазах мелькает тень беспокойства. Он привык, что я всегда покладистая, спокойная…

– Ты больная, – выплевывает он, отступая на шаг. – Реально больная на всю голову.

– Выздоравливающая, – поправляю я.

Застегиваю сумку, вешаю ее на плечо. Проходя мимо него в прихожую, я на секунду останавливаюсь у нашего большого аквариума. Экзотические рыбки, которых он так лелеял, плавают в кристально чистой воде.

Я смотрю на свою правую руку и… медленно стягиваю обручальное кольцо.

– Знаешь, Олег, – говорю я, не глядя на него. – Вчера я думала, что моя жизнь разрушена, а сегодня понимаю, что из нее просто вынесли мусор. Не думай, что я покидаю квартиру насовсем. Заскочу к участковому, оформлю запрет на проживание… посторонних лиц. Не хочу, чтобы Лена пачкала здесь все… Не вздумай привести ее, понял? Я пока поживу у Светы.

Бросаю кольцо в воду… Оно камнем опускается на дно, зарываясь в декоративный песок.

– Ты совсем чокнутая?! – визжит Олег, бросаясь к стеклу. – Бедные рыбки! Оно же грязное!

Я не отвечаю. Открываю входную дверь и выхожу на лестничную клетку…

Нужно сегодня же наведаться к участковому… А потом поехать в военкомат… Господи, сколько же времени потеряно, и… Все из-за него…