Тонущий паром

Не передать, что творилось на тонущем в Океане пароме… Мощным прибрежным течением его уже отнесло довольно далеко от устья Реки на восток. Берег ещё угадывался в дымке, но уже нечётко. Кругом стояла завеса дождя. Все боялись Океана, многие ещё помнили историю с той жуткой океанской тварью, когда-то выброшенной штормом на берег в Красной Окуме и из-за грязной магии которой «на смерть» умерла вся свита владетельного князя, стоявшая в оцеплении.

«Выходит, я был не первым, кто уничтожил в Красной Окуме всю княжескую свиту», — пронеслось у меня в голове!

Именно в связи с тем давним происшествием и был введён строжайший запрет для населения Союза подходить ближе чем на сто метров к берегу Океана. Именно поэтому в Союзе и не было мореплавания и морского рыболовства.

И что же было делать этим несчастным людям на пароме, попавшим в такой жуткий переплёт? Этого не знал никто! И я в их числе. От криков и чужих мыслей моя голова просто раскалывалась. И если от криков ещё можно было спастись, просто заткнув уши, то от чужих мыслей спасения не было. Просто какофония какая-то!

Мне, если можно так сказать, ещё повезло… Аппарель парома, поднимаясь перед отплытием, зажала левый буфер моего фургона и тот теперь стоял как прикованный к ней. Кривовато, но стоял. Пока стоял.

Ужики сидели у себя в домике, барич Заи тихо молился в магазине, а вот мой возничий Речи… ох-х как не нравились мне его мысли:

«Нужно пристрелить буйволов, чтобы не мучались! А после самому. Как же я буду жить без буйволов? Больше часа они бедненькие в упряжке не простоят, рванут, и людей погубят и сами погибнут!»

На палубу лучше было не смотреть. Полный клинч и безнадёга! Вой стоял такой, что отдельных криков я уже и не слышал. Хоть ложись и умирай!

«А что, хорошая мысль, лягу и спокойно умру, чего уже дёргаться. И никакая магия мне уже не поможет», — подумал я и запрыгнул в фургон. — Да, нужно просто лечь в койку и спокойно умереть'.

В фургоне было значительно тише, чем снаружи. Страшный человеческий вой в сотни глоток ушёл на второй план. И на пределе восприятия сознания я услышал странные слова с характерным произношением шипящих:

«Свиссти! Ссвиссти, брат-Кобра, не сспи! Здессь ессть нашши, сспассут!»

Да это же ужики мне маячили из своего домика! А я с этой суматохой совсем забыл про них. А они вон глазками на меня сверкали возмущённо. И правильно, ведь, сверкали!

Пеламида

Я уже всё понял и рванул из фургона, помогая себе магией. По головам, по спинам, по крышам карет. Уже совсем не обращая внимания на вой и стенания сотен обречённых людей. Мгновенно перебежал всю грузовую палубу, по трапу нырнул на первую палубу и высунулся в разбитый иллюминатор. Бурлящая поверхность Океана была прямо передо мною! В лицо летели солёные брызги.

«Это Эколе простительно, ему четырнадцать лет и он не ходил на лекции о морских змеях в московский Зоологический музей, просто, по причине его отсутствия в этом мире, как такового! Но ты-то, старый дурак, ходил, и должен был помнить, что их почти двести видов! — рявкнул я сам на себя, поднёс к губам и дунул в змеиный подвес-свисточек. — Почти двести видов морских змей из всех существующих трёх тысяч шестисот видов, которые вообще описаны в научной литературе».

И тут же прямо передо мною из волны высунулась прелестная жёлто-коричневая головка небольшой морской змеи диковиной раскраски — верх тела у неё был тёмно-бурый, низ — светло-жёлтый, а хвост был похож на весло — леопардовый, светлый и с крупными тёмными пятнами.

— Аки есмь Пеламида! — услышал я в своей голове без всяких акцентов и тягучих шипящих. — Можно ещё добавлять — двухцветная, желтобрюхая или ластохвостая, но мне так не нравится. Лучше зови меня просто, Пеламида. А теперь ты обзовись-ка по нашему!

— Аки есмь Кобра! — представился я. — А ещё я князь Экола Бести и мне очень-очень нужна помощь!

— И какая же помощь тебе нужна? Скажи, мы всё сделаем! — произнесла змея.

— Утону же скоро, вот-вот уже, не видишь что ли⁈

— Кто утонет, ты утонешь? С чего бы это⁈ Кобры отлично плавают! Разве тебе не рассказали об этом при инициации?

— Э-э-э, нет, не рассказали, забыли, видимо.

— Ну тогда, Кобра, ты эта… плыви куда хочешь! Можешь с нами пожить, если на земле скучно. Мы гостей любим. От них свежие новости. Ну всё, я поплыла? — спросила меня Пеламида.

— Э-э-э, а этих, на пароме, их же нужно спасти!

— Всех⁈ — удивилась змея, — Но среди них нет змей! Пусть себе тонут, рыбам лишний корм не помешает! А ужики твои, итак, хорошо плавают. У меня, кстати, для них сообщение из Мана по «Уши-в-Уши». Только что передали. Для тебя, между прочим. Позовёшь ужиков или сообщение сразу тебе говорить?

И тут я взмолился! Так горячо, как ещё не делал никогда:

— Милая моя, дорогая морская змея Пеламида! Век буду за тебя молить и Мать-Змею и Того, кто Имя! Обоих своих небесных спасителей! Только спаси, пожалуйста, этих людей! Они все со мною! А потом, всё что передали по «Уши-в-Уши» передай ужикам, а если ещё и пригласишь в гости, то мы придём, не сомневайся. Посидим, поговорим, новости расскажем, у нас их есть. Только спаси этих людей! Спасёшь⁈

Змея на некоторое время задумалась и потом произнесла:

— Ну если они с тоб-о-ю… Ну если новости, говоришь… А-а-а! Ладно уж, спасём, уговорил! Тебя же сама принцесса-кобра Шуи Сисс инициировала, да? Ой-й, она такая красивая, я видела её на портрете. Говорят она замуж собралась? Расскажешь потом, ладно? Смотри, ты пообещал, приходи сегодня к нам в гости с ужиками сюда же, на паром. Ну ладно, жди пока!

И змея нырнула в волну.

А через некоторое время, когда наш паром уже было совсем завалился на бок и вой на палубе только усилился, я увидел…

«Змеиная орда»

Большое водное пространство вокруг нас начало бурлить и заполняться морскими змеями. Их было огромное количество. Змеи извивались в воде, закручивались, раскручивались, касались друг-друга хвостами….

«Это же „Змеиная орда“, редчайшее явление! Как на Суматре в 1932 году, когда при ширине всего три метра, длина такой орды составила более ста километров, — вспомнил я лекционный курс в Зоологическом музее. — Только тогда так и не установили, куда и зачем эти змеи плыли через весь Тихий океан»

Но теперь, куда и зачем плывёт эта «Змеиная орда», было яснее ясного. Змеи плотным кольцом, буквально, облепили наш паром и с довольно приличной скоростью потащили его к берегу.

И я услышал…

Вой на грузовой палубе, вдруг, стих и наступила тишина, прерываемая свистом ветра, лошадиным ржанием и стонами застоявшихся буйволов.

Спасение

Когда паром ткнулся в песчаное дно, метров за десять до обреза воды, он разломился на две части. Миг и его аппарель, зажимающая мой фургон, под напором сотен рук пулей полетела на берег и там рассыпалась на отдельные доски. Ещё миг и мой фургон, загораживающий остальным выезд с палубы парома, вместе с четырьмя гигантскими геррскими четырёхрогими буйволами, возничим Речи на облуче и баричем Заи внутри, на тех же руках вынесли и поставили, прямо, на пляже.

И начался исход…

Люди по колено в воде выходили из парома сами, выводили лощадей, буйволов и выталкивали повозки.

А потом падали в песок, на траву и на какой-то древний деревянный настил, кстати, хорошо сохранившийся. Люди рыдали, хохотали и просто лежали. Им трудно было понять, что же случилось, но случилось и все они были живы. Люди что-то кричали, блеяли, махали кулаками, стояли на коленях, изображали змей. В общем всеобщий психоз был такой силы…

А когда я спрыгнул с первой палубы парома через пролом в борту и пошёл вдоль борта к берегу, прямо, по спинам спасших нас змей… Счастье! Чудо! Всеобщая радость и поклонение новому мессии, то есть мне, который ходил по воде аки посуху!

Но чуть отойдя от шока, вся эта толпа пешком и на повозках рванула к Сулойской дороге. Прочь от берега! Сильна ты Вера в Того, кто Имя, и новых мессий людям было не нужно. Да и правильно!

Абсолютно счастливый и совершенно обалдевший от всего этого Речи распряг буйволов и вывел их на траву. Пусть попасутся, натерпелись! Дождь заканчивался. Речи вытащил из фургона ведра с водою и напоил буйволов. Бедненькие… А ведь он был на волосок от суицида!

Барич Заи уже в который раз пытался бухнуться передо мною на колени, но всякий раз поднимался мною за шиворот, пока я попросту не сбежал от него за фургон. Так мы и бегали некоторое время. Он за мною, а я от него. Оказалось Заи тоже видел мой забег по воде. Видимо так и рождались многие легенды этого мира… и не только этого!

В гости к Пеламиде

Итак мой фургон и его содержимое были целы, мои буйволы целы, моя маленькая армия внешне тоже была цела, но сильно возбуждена. Но это ничего, успокоятся. А мы с ужиками опять полезли в уже пустой и разломанный пополам паром и спустились на первую палубу, к воде. В гости к морской змее Пеламиде и её товаркам. Как и обещал, поболтать о том о сём. Я шёл, а ужики ехали на мне в своей шикарной коробке. Хвастать, конечно.

Новостей с земли у морских змей, действительно, было мало и меня с ужиками буквально засыпали вопросами — а как выглядел жених Шуи Сисс, который приполз к ней свататься из Синей Окумы? Хорош ли собою? Богат ли? Кто его родители? Я же врал напропалую — и хорош, и богат, и родители князья. И ещё рассказал морским змеям парочку любовных историй, якобы, из жизни жениха Шуи, которого я никогда не видел и даже не знал как его зовут, да простит меня Шуи.

Вишенкой на торте стала история, как он раньше был соблазнён, а затем жестоко обманут ветреной удавицей и страдал, пока не встретил и не влюбился в Шуи. Ахи, вздохи! Как на исповеди рассказал морским змеям и свою историю, кто сейчас был со мною, куда мы ехали и зачем. Опять ахи, вдохи. Месть, это дело понятное, хоть где и хоть кем!

В общем провели мы вечерок отлично, дали обещание приходить ещё, а уж после свадьбы Шуи и вовсе обязательно прийти и рассказать им всё-всё-всё, что там было, в мельчайших подробностях. Они бы и сами сползали на свадьбу, но увы уже не могли без воды, а ползать посуху даже и не пытались.

А еще я получил от морской змеи Пеламиды и её товарок массу полезной информации, а именно:

Оказывается, я умел очень хорошо плавать и нырять как кобра, что я тут же и опробовал в роскошной теплой океанской воде. Действительно, умел, и мог просидеть под водой хоть сутки.

Жуткие магические твари в Океане были, но жили они на дне огромной и очень глубокой впадины, глубиной одиннадцать километров, и их никто не видел. А как та тварь тогда попала на берег Красной Окумы, никто не знал и не понимал.

И что не так далеко от Материка в Океане находились чудесные Ханаанские острова с прекрасными зданиями, пышной тропической растительностью, диковинными животными и птицами. И может быть там когда-то и был человеческий Рай, но сейчас все здания на островах рушились от времени и людей там уже давно не было. Может быть тысячу лет, а может и гораздо больше.

И что раньше был только Океан и змеи в нём. А люди жили на Ханаанских островах, рыбачили и ходили по Океану на кораблях и лодках.

А потом вдруг всплыл Материк, сразу с городами и жителями в них. Атланты — так они себя называли. А может быть и не атланты, уже и не вспомнить, морские змеи не вели хроник. И вот тогда на дне Океана и появилась та самая впадина, как будто всплыл участок дна.

А когда людей за что-то выгнал с Ханаанских островов их злобный бог, атланты взяли людей к себе на Материк. Выгородили для них непроходимыми горами хорошее место на Южном побережье и даже проложили им дорогу вдоль этих гор.

А то что люди сейчас не ловят в Океане рыбу и не ходят по нему на кораблях, змеям только на руку, меньше забот и больше пищи. Но если, вдруг, люди опять поумнеют и начнут это делать, змеи против не будут, новостей станет больше, а рыбы в Океане много, хватит всем. Лишь бы люди не трогали змей, а то… И про это «а то…» мне тоже рассказали. Каждая такая относительно небольшая змейка, всего то 1,5–2 метра длиной, на порядок ядовитее самых ядовитых земных кобр.

И что Океана не нужно бояться, никто здесь просто так тебя не укусит и не съест! Океан теплый и ласковый, шторма бывают, но редко. И на земле гораздо больше опасностей, чем в Океане. Вот как в своё время на Материке появились змеи? Некоторые змеиные роды просто вышли из Океана на землю. А в Океане змеям хорошо, только вот скучновато.

И что по «Уши-в-Уши» из Мана для меня передали, что паромный канат разрезал магическим воздействием барич Грес Герр, утром спешно прискакавший в Окуму Рыбаков из Мана. А указал ему моё точное местонахождение Адольф Систель — великий демон и глава «Тонкого Мира». Вернее это ему рассказали его упыри, а он поведал об этом Гогу Герр, брату князя Гула, а тот передал эту информацию своим детям — баричу Грес и беве Алу.

И что на дне Океана лежит полно золота от древних кораблекрушений и если нужно, змеи мне покажут эти места. Там совсем не глубоко.

И что на той стороне Сулойских гор атлантов больше не было. Были когда-то, а теперь не было, остались одни развалины их городов. Но почему так, морские змеи не знали.

И что сейчас мы находимся гораздо западнее разрушенной паромной переправы, уже где-то на границе Окумы Рыбаков с Окумой Буу, но неизвестно с какой её стороны.

Где же атланты?

А ужики смешно рассказали и показали, как они через дырку в полу «по-тихому» натаскали мне золотых герров из охраняемой комнаты-сейфа князя Миха. И все морские змеи потом долго смеялись и показывали друг-другу, как шипел и страшно открывал пасть расстроенный князь Мих.

Напоследок мы получили в подарок от морских змей невиданные на земле вкуснейшие морские огурцы, мидии и октопусы. А ещё — горстку золотых и серебряных монет со дна Океана, с места древнего кораблекрушения давно исчезнувших атлантов.

«И даже не пытайтесь прикинуться валенком, любезный профессор Архипов, что вы ничего не поняли, — думал я по пути к моему фургону. — Перепонка! Тонюсенькая такая перепоночка между двумя мирами. Лидийское царство, герры, Ханаанские острова! Хоп, и я здесь, хоп, и я там! Это же элементарно, профессор! Если островная империя Атлантида бесследно утонула, то где-то она ведь должна была всплыть⁈ Вот и всплыла в виде здешнего Материка. Могу себе представить артефакты в их городах, в которые мы обязательно сплаваем. Мистеру Сойеру понравится, уверен! Только вот куда же потом делись сами атланты⁈»

* * *

А ещё через день, мы просёлочными дорогами на отдохнувших и набравшихся сил на сочной травке океанского побережья буйволах вырулили на Сулойскую дорогу, действительно, уже на границу с Окумой Буйволов. И в первом же постоялом дворе нас встретили невероятными новостями, сплетнями и слухами.

И я кажется придумал, как мне по крупному насолить коварному великому демону Адольфу Систелю и всей его шпионской шайке упырей.