Это был великий импресарио. Одной из главных задач для себя Сергей Дягилев обозначил популяризацию русского искусства на Западе. Он организует показ картин, опер, балета, привлекает к сотрудничеству талантливых русских композиторов, певцов и танцовщиков. Ему удалось во всей красе показать Западу русское искусство.
Когда в 1909 году в Париже появились его знаменитые Русские сезоны, то Париж словно сошел с ума. Французы, привыкшие к своей опере и балету, вдруг увидели на сцене нечто яркое, дерзкое, абсолютно иное. Музыка Стравинского, костюмы Бакста и Головина, танец Нижинского.
После революции артисты дягилевских Русских сезонов больше не могли вернуться домой. Уехал кто в Париж, кто в Монте-Карло, кто в Лондон. И оказалось, что русский балет стал лицом России за границей, причем лицом победным, блистательным. Для эмиграции это был редкий случай – ведь большинство русских интеллигентов за границей в то время терпело нужду: мыли посуду, работали таксистами. А тут сцена, аплодисменты, слава. Русский балет стал символом того, что Россия – это не только революция и кровь, но и культура, которая может поразить и захватить мир.
Сергей Дягилев родился 31 марта 1872 года в деревне Селищи Новгородской губернии в семье офицера и дворянина Павла Дягилева. Его детство проходило сначала в Петербурге, затем в Перми, где Дягилев жил вплоть до окончания гимназии. Пермский дом Дягилевых украшали гравюры Рафаэля, Рубенса, Рембрандта, а на книжных полках стояли каталоги главных европейских музеев. У Дягилевых устраивали литературные и музыкальные вечера, их дом был центром культурной жизни Перми. Именно здесь начала проявляться у Сергея настоящая тяга к искусству.
В 1890 году он вернулся в Петербург, где учился одновременно на юридическом факультете и в консерватории под руководством Римского-Корсакова. Но ни юриспруденция, ни карьера музыканта Дягилева не привлекали – он активно погрузился в художественную жизнь, проявив себя умелым организатором. В Петербурге он устроил нескольких выставок современных художников.
В 1898 году при поддержке меценатов Марии Тенишевой и Саввы Мамонтова вышел первый номер журнала «Мир искусства», редакторами которого были С. Дягилев и художник А. Бенуа. «Искусство, чистое и свободное» – таков был девиз журнала и одноименного творческого объединения, в которое входили многие именитые художники.
Одной из главных задач была для Сергея Дягилева популяризация русского искусства на Западе. Ведь к тому времени в Европе представление о культурном наследии России было весьма туманным. В 1906 году он организовал в Париже выставку «Два века русской живописи и скульптуры» и в полной мере проявил свой дар эффективного «менеджера проектов», а также переговорщика, умеющего убеждать и очаровывать даже самых высокопоставленных лиц. Эта выставка прошла с большим успехом. Парижская пресса отозвалась так: «Но могли ли мы подозревать о существовании величавого поэта – несчастного Врубеля?.. Вот Коровин, Петровичев, Рерих, Юон – пейзажисты, ищущие острых ощущений и выражающие их с редкой гармоничностью… Серов и Кустодиев – глубокие и значительные портретисты…»
Первый европейский успех Дягилева только раззадорил, и он взялся за музыку. В 1907 году он организовал серию из пяти «Исторических русских концертов», которые прошли на сцене парижской Гранд-опера. Концерты оказались также успешны, а выступление с партией князя Игоря прославило Федора Шаляпина. Из композиторов парижская публика особенно тепло приняла Мусоргского, на которого с этого времени во Франции пошла большая мода.
Убедившись, что русская музыка вызывает у европейцев живейший интерес, для третьего Русского сезона 1908 года Дягилев выбрал оперу «Борис Годунов» Мусоргского. В Париже Дягилев представил эту оперу в новой редакции, которую с тех пор используют многие современные постановщики.
Идея привезти за границу балет появилась у импресарио в 1907 году. «Тогда я задумался о новых коротеньких балетах, – вспоминал Дягилев, – которые были бы самодовлеющими явлениями искусства и в которых три фактора балета – музыка, рисунок и хореография – были бы слиты значительно теснее, чем это наблюдалось до сих пор». Он подписал контракты с ведущими артистами балета из Петербурга и Москвы: А. Павловой, Т. Карсавиной, М. Фокиным, В. Нижинским, И. Рубинштейн и др. Кроме балета, в программе четвертого Русского сезона появились оперные спектакли при участии Ф. Шаляпина, Л. Липковской, Е. Петренко и Д. Смирнова.
Сергей Лифарь, Игорь Стравинский и Сергей Дягилев (сидит). 1927 г.
Подготовка к «сезонам» была непростой. Размолвка антрепренера с Кшесинской, которая была возмущена тем, что получила лишь одну роль в столь масштабном проекте, и внезапная смерть великого князя Владимира оставили его без обещанной некогда поддержки царского двора. Пришлось срочно выезжать в Париж, искать новых спонсоров. К счастью, решить вопрос финансирования удалось. Одной из тех, кто вложил свои деньги в это, по сути, рисковое мероприятие, стала владелица музыкального салона и очень состоятельная дама Миссия Серт. Сергей Дягилев отличался колоссальной работоспособностью. Открывая Русские сезоны в театре Шатле, он просиживал по три рабочие смены подряд, отдавая распоряжения и входя во все подробности.
В Париж труппа Дягилева прибыла в конце апреля 1909 года. В репертуаре нового «сезона» были заявлены балеты «Павильон Армиды», «Клеопатра» и «Сильфиды», а также «Половецкие пляски» из оперы «Князь Игорь» А. Бородина. Премьера четвертого Русского сезона состоялась 19 мая 1909 года. Зрители были в восторге от декораций и костюмов Л. Бакста, А. Бенуа и Н. Рериха, а также от танцовщиков, особенно от Павловой и Карсавиной.
После этого Дягилев целиком сосредоточился на балетной антрепризе и существенно обновил репертуар, включив в программу Сезонов «Шехеразаду» на музыку Римского-Корсакова и балет по мотивам русских народных сказок «Жар-птица». Музыку к последнему написал молодой композитор Игорь Стравинский. С этого момента началось его многолетнее плодотворное сотрудничество с Дягилевым.
Премьера пятых Русских сезонов состоялась в мае 1910 года. Лев Бакст, традиционно участвовавший в создании костюмов и декораций, вспоминал: «Сумасшедший успех «Шехеразады» (весь Париж переоделся по-восточному!)».
Премьера «Жар-птицы» прошла 25 июня. В переполненном зале Гранд-опера собралась художественная элита Парижа. Михаил Фокин объединил в постановке пантомиму, гротеск и классический танец. Все это гармонично сочеталось с декорациями А. Головина; и музыкой Стравинского. «Жар-птица», как отмечал парижский критик Анри Геон, была «чудом восхитительнейшего равновесия между движениями, звуками и формами».
В 1911 году Сергей Дягилев закрепил постоянное место проведения своего Ballets Russes (Русского балета) – в Монте-Карло. В апреле того года в Театре Монте-Карло новые Русские сезоны открылись премьерой балета «Призрак розы» в постановке М. Фокина. В ней публику поразили прыжки Вацлава Нижинского. Позднее в Париже Дягилев представил «Петрушку» на музыку Стравинского, который стал главным хитом этого сезона. Следующие Русские сезоны, в 1912–1917 годах, в том числе из-за войны в Европе, были не очень удачными для Дягилева.
В 1917 году отношение Сергея Дягилева к происходившим на родине событиям было негативным. Импресарио был антикоммунистом и вскоре после прихода к власти большевиков растерял все свои российские связи. Мечтой Дягилева было показать постановки Русских сезонов в России, но этому не суждено было сбыться. С мыслью вернуться в СССР Дягилев тоже расстался после того, как один из его братьев в 1927 году был отправлен на Соловки.
1918–1919 годы были отмечены успешными гастролями в Лондоне – труппа провела там целый год. В начале 1920-х годов у Дягилева появились новые танцовщики – Серж Лифарь и Джордж Баланчин. Впоследствии, после смерти Дягилева, они оба стали основоположниками национальных балетных школ: Баланчин – американской, а Лифарь – французской.
Русский балет успешно проработал вплоть до кончины Дягилева в 1929 году. В своих воспоминаниях И. Стравинский, говоря о новых тенденциях в балете XX века, отметил: «Возникли ли бы эти тенденции без Дягилева? Не думаю».
В августе 1929 года Дягилев приехал в любимую Венецию. Но спустя всего несколько дней уже не мог подняться с кровати – у него началось заражение крови. Дягилев скончался на рассвете 19 августа. Денег на похороны у него не оказалось, и его давние подруги М. Серт и К. Шанель оплатили погребение в православной части венецианского кладбища Сан-Микеле.