касается Хавайки, прошлого или будущего. Вы можете войти в мой разум, чтобы убедиться, что я говорю правду. Думаю, я смогу опустить для вас свои щиты, если захочу».

«Не нужно, Ивлин,» — ответила она, её акцент превращал имя в песню. «Ты излучаешь правду.

Ни мы, ни наши не пострадаем от того, что мы покидаем тебя сейчас. — Когда ты закончишь

здесь, мы приведем к тебе Карару. А пока прощай, и, снова, добро пожаловать, Младшая Сестра.»

Фоанна сблизились. Вокруг них, казалось, сгустился туман, скрывая их от взора землян.

Когда он снова рассеялся, они исчезли.

4

МЁРДОК ПРОВОЖАЛ ИХ взглядом с обычным чувством облегчения, затем повернулся к женщине-терранке.

Она криво усмехнулась ему. — Эти трое оказались ещё более жуткими, чем я себе представляла.

«С ними всё в порядке. Хорошо иметь их на своей стороне в бою, и они платят по счетам, когда нужно поставить всё на карту».

Росс был слегка удивлён своей собственной защитой, но ему уже казалось, что Хаваика —

это история, его история. Впереди снова было будущее, и почему-то он не представлял его. .

не будет ни простым, ни лёгким. Даже мечтать о том, что это может быть безопасно, не

стоило. Это просто не входило в обязанности Временного Агента.

Его бледные глаза остановились на новоприбывшей. — Хорошо, Эвелин. Выкладывай.

Гордон нахмурился. «Что случилось, Росс?»

«Это ей решать. — Он поймал себя. — Извини, Эвелин. Я не хотел подвергать тебя допросу, но ты

инструктор, или была им, а не действующий агент. Кроме того, у них должна быть чертовски веская

причина посылать кого-то, кроме одного из мозгов с большой степенью или одного из

высокопоставленных чинов, в такую, по сути, простую поездку за грузом, как эта, как бы сильно они

ни хотели проверить твою ментальную устойчивость. По моему мнению, это означает неприятности.»

Она вздохнула. — Сплошные неприятности, — согласилась она, — хотя и не для Гавайки. Мне поручили это задание больше

из-за моих навыков владения оружием, чем из-за какой-либо непроверенной способности противостоять захвату разума.

— Давайте сядем и устроимся поудобнее, — предложил старший мужчина. — Похоже, разговор

будет долгим.

«Боюсь, что так и будет.»

Эвелин Риордан перевела взгляд с одного на другого. «Вы пятеро оказались полной колодой

джокеров, кардинально изменив историю. Для Хавайки результат не мог быть лучше, но

последствия этих изменений пошли дальше, и у планеты под названием Владение Девы

Солнечной Звезды меньше причин быть благодарной за ваши усилия».

«Когда мы впервые туда попали, мы обнаружили мир больших городов и богатых ферм, и

человеческое население, которое само обладало формой межзвездного двигателя и колонизировало

все семь планет своей системы, а также несколько планет, принадлежащих ближайшим к ним

звездам. Они также разработали приемопередающее оборудование, которое делает связь между

звездными системами такой же легкой и четкой, как телефонный разговор на Терре.

«Их двигатель не так хорош, как у Лысых. Он гораздо медленнее, и люди, совершающие путешествие за

пределы системы Девы, обычно отправляются только в один конец. Именно это сдерживало их от

дальнейшего продвижения. Однако для нас больший интерес представляет тот факт, что они действительно

управляют полётом сами, а не полагаются на ленты путешествий. Мы хотим научиться этому у них как можно

скорее и включаем это в торговую сделку, которую заключаем с ними, или, точнее, которую заключали.»

Ее лицо омрачилось. — У наших поселенцев на Хавайке целая цивилизация возникла из

ниоткуда. Те из нас, кто гостил во Владениях Девы, внезапно оказались стоящими на головешке.

Глаза Гордона закрылись. — Владыка Времени, — прошептал он.

«Лысые?» — прошипел Росс.

Она коротко кивнула. «По-видимому. Они, должно быть, ударили по этому месту всем, что у

них было. Когда они ушли, не осталось ни споры, ни клетки водорослей».

Эксперт по вооружению подался вперёд. «Они всё равно имели зуб на эту планету. Согласно древней

истории Доминиона, Лысые пытались организовать вторжение, но оно произошло примерно на четыреста

лет позже, и к тому времени местные жители уже могли позаботиться о своей собственной обороне.»

«Как?» — спросил Мёрдок.

«Форма ментальной атаки, которая оставила весь штурмовой отряд совершенно бездумным. Это

было, по-видимому, некрасиво, но заслуженно».

— Как наша работа на Хаваике это изменила? — спросил Эш.

— У нас есть только сценарии вероятности и возможности, но мы думаем, что корабль, который вы

прогнали с Хавайки, сообщил, что его команда была разбита определённо неземными людьми, прежде

чем он полностью исчез. Либо Доминион был обнаружен вскоре после этого и немедленно уничтожен

в качестве меры предосторожности, либо они решили придать его уничтожению более высокий

приоритет, чем раньше. Они ударили по нему сильнее и несколько раньше в его новой истории.

— Вы постоянно упоминаете местных как людей. Они, были они так похожи на нас?

«Это часть трагедии, насколько это касается нас. Они на самом деле могли бы быть нами».

«Терране?» — спросил он недоверчиво.

«Возможно. Давным-давно в своей истории, но в пределах научной эры, доминионцы

обнаружили своего рода капсулу времени, указывающую на то, что их далёкие предки были

переселены туда с другой планеты».

«Учитывая, безусловно, неполную информацию, предоставленную нам, мы думаем, что другая раса, определенно не наши знакомые Лысые, достигла Терры как раз в то время, когда homo sapiens начал

широко расселяться, и забрала несколько племен, привела их в Доминион, а затем искусственно

ускорила развитие их цивилизации, прежде чем исчезнуть. Возможно, они пали жертвами Лысых.»

«В любом случае, Доминион уже использовал железо, и его население начинало

объединяться в небольшие города и государства, когда мы всё ещё были в бронзовом веке.»

«И они не продвинулись в звёздных полётах дальше, чем вы говорите? — потребовал Мёрдок».

Она посмотрела на него. «Они разработали его, друг. Никто не дал им готовый корабль для

копирования. К тому же у них были другие заботы. Они не двигались строго по высокотехнологичной

линии, как мы, во-первых. Они также продвигались на ментальном и духовном фронтах и долгое

время сосредотачивались на освоении и использовании планет своей собственной солнечной системы, которые им удалось полностью использовать, не разрушая их. Кроме того, их история была гораздо

более мирной, чем наша, начиная с периода, который заменил у них надлежащую феодальную эпоху.

Прогресс не был таким быстрым без непосредственного влияния крупных войн, подстегивающих его».

— Погоди, — вмешался Эш. — Ты сказала, что они разработали собственный межзвёздный двигатель. Почему

они просто не позаимствовали идеи Лысых, как это сделали мы? У них был целый флот кораблей, а у нас — один.

«Они не были достаточно технологически развиты, чтобы оценить, не говоря уже о том, чтобы

использовать, это изобилие. Они просто уничтожали то, что брали. Их учёные проклинали это

безрассудство с тех пор, но это позволило им пойти своим путём, включая освобождение от рабства у лент.»

Росс нетерпеливо посмотрел на них обоих. «Как бы там ни было, мы что, должны как-то

прогнать целый флот убийц-Лысых?»

«Нет, это не так. Доминионцам придётся вести и выиграть эту битву полностью самостоятельно. Ни

при каких обстоятельствах мы не должны раскрывать наше присутствие как пришельцев — ни

захватчикам, ни даже местным жителям.»

«Почему?» Что-то в том, как она это сказала, в том, как она выглядела, произнося это, пробрало его дух холодом собственной могилы.

— Лысые знают, что на Терре есть люди, хоть и примитивные. Мы пережили возвращение

Хавайки и уничтожение Доминиона нетронутыми, вероятно, потому что ни то, ни другое не

было нашей собственной историей. Это может оказаться не так, если они вобьют себе в эти свои

непомерно большие головы сыграть наверняка и обойтись с нами так же, как с Доминионом, что они вполне могут сделать, если снова окажутся побеждёнными людьми не с этой планеты.

— Значит, мы должны позволить ей умереть? — угрюмо спросил Мердок.

Внезапно он в гневе вскинул голову. «От нас не ждут, что мы вернёмся и всё отменим, убьём Хавайку?»

«Нет!» — Она взяла себя в руки. Это был жестокий вопрос, но логичный. «Мы тоже не

планируем оставлять Доминион на произвол судьбы».

«Мы разработали способ это предотвратить?» — напряжённо спросил Эш. Это было скорее

утверждением, чем вопросом. Если бы начальство этого не сделало, было бы бессмысленно заходить

так далеко в этом обсуждении или вообще упоминать катастрофу, по крайней мере, в данный момент.

«У нас есть, или, по крайней мере, есть возможность решения. Многое зависит от случая».

Женщина подалась вперед, более смертельно серьезная, чем была даже во время

описания смерти Владычества Девы. «Все зависит от того, успеет ли местное население

развить свое ментальное оружие, чтобы отразить атаку Лысых. В их древней истории оно

было. В этот раз его не было. Что-то заблокировало его развитие».

Глаза Росса сузились. «Мы собираемся снова переписать их историю, убрать этот блок?»

«Мы чертовски постараемся. Вы, вольные стрелки, сделали это для Хавайки. Теперь мы собираемся

попытаться оказать Доминиону такую же услугу.»

«Мы нашли то, что выглядит как переломный момент в мелкой местной войне, произошедшей

семьсот десять лет назад по нашему нынешнему времени. Если исход этого можно будет

изменить должным образом, мы сможем предоставить остальное доминионитам.»

Эвелин достала две карты из широкой сумки для документов на поясе. На первой были

изображены восемь больших массивов суши, расположенных в шести водных пространствах, все из

которых также были усеяны бесчисленными островами.

Она указала на один из последних, лежащий примерно в двухстах пятидесяти милях к северо-западу

от побережья самого большого континента. — Не на что смотреть, правда? Такой маленький кусочек

земли, и вся жизнь планеты зависит от исхода древней борьбы за контроль над ним.

Она положила вторую карту поверх первой, на этот раз подробное исследование

спорного острова. «Вот наше поле битвы».

«Ледниковая местность, — заметил Гордон. — Рисунок нагорий и долин сделал бы это почти

несомненным на Терре, а открытия, уже сделанные среди звёзд, указывали на то, что

природные силы, по крайней мере, схожи на планетах одного и того же основного типа.»

— Да, судя по виду. По легенде видно, что высоты здесь в среднем несколько больше, чем в

подобных хребтах на родине, но это красивая местность.

«Северная четверть значительно более сурова, чем остальная часть. Горы выше и дичее, разделённые узкими скалистыми долинами. Почва довольно хорошая, хотя её не так много, и воды вдоволь, как и по всему острову. На юге меньше по-настоящему крутых высот, а

долины широки и чрезвычайно плодородны.»

— Этот горизонтальный хребет, кажется, разделяет две части, северную и южную, — заметил Росс.

— На самом деле, отдельные компоненты этого являются частью отдельных вертикальных хребтов, но эффект тот

же. Для дополётного народа они образуют почти непроницаемый барьер. Отдельные пешеходы или всадники

могут пройти в нескольких местах, но только через этот единственный перевал могут пересечь транспортные

средства или большие группы людей с какой-либо скоростью, и он закрыт на несколько месяцев в разгар зимы.

«А как насчёт этой войны?»

«Это та же старая история, — сказала она с отвращением, которое не потрудилась скрыть. — Это было

прекрасное, сбалансированное феодальное общество, пока правитель одного из владений, на которые был

разделён остров, не стал жадным. Кондор-Холл был крупнейшим и лучшим владением на севере, но его

Тон, Зантор I Йорок, хотел большего. Ранней весной, без какого-либо предупреждения, он напал на своих

соседей одного за другим, поглотив их прежде, чем они успели организовать хоть какую-то оборону.»

«Только один землевладелец, Лурок I Лоран из Сапфировой Цитадели, успел дать сражение. Это

владение было самым южным, прямо у барьерного хребта. Оно было обширным, богатым для этого

региона и хорошо населённым, так что в его распоряжении имелось хорошее войско, или ополчение, но

Зантор в своих планах учёл вероятность того, что тот будет готов. Кондор-Холл обладал прекрасным

побережьем и гаванью, и захватчик воспользовался ими, чтобы тайно ввезти огромную орду наёмников

с Материка. Он обрушил их на Лурока как раз в тот момент, когда две армии сошлись. Защитники были

полностью перебиты, и, подкрепившись припасами, захваченными в Сапфировой Цитадели, Зантор

устремил свои силы через перевал, чтобы разгромить формирующуюся конфедерацию южных

владений, прежде чем она сможет организовать против него эффективную оборону. Ещё через две

недели зима закрыла бы Коридор, и он оказался бы заблокирован, но он выиграл эту авантюру. Остров

был его.

«Его империя пережила его лишь на несколько лет. Ни у одного из его сыновей или

командиров-наемников, которых он наградил землей, не хватило сил удержать его завоевания.

Они ослабили себя интригами и битвами, пока местные жители не смогли подняться и сбросить их

всех в море и восстановить старый порядок, как могли, но к тому времени ущерб уже был нанесен».

«Мутация, которая должна была дать доминионцам будущего их ментальные способности, зародилась на острове. Ее семена уже присутствовали в то время, но огромная резня и