Именно поэтому Васятка, ловкий сорванец сирота, ночью бегал на пустырь. Его задачей было спрятать вещмешок с бумагами так, чтобы найти его было не очень сложно, но и не так легко. Подкатив к нужному дому, Егор выбрался из салона и принялся обходить особняк по периметру. Подкатившие следом филеры жандармерии также сошли на землю и принялись наблюдать за ним с нескрываемым интересом.

– Господа, – подойдя к ним, заговорил парень. – Как бы вы сами стали уходить с места преступления, имея на руках мешки с бумагами и богатую добычу?

– Ну, дело-то ночью было. Выходит, могли прямо по улице идти, – развёл один из них руками.

– Не думаю. Большая группа людей с мешками, – покачал Егор головой. – А тут и ночные сторожа, и всякие праздношатающиеся, и припозднившиеся гуляки. Нет. Так рисковать они не стали б. Думаю, даже пролётки не брали. Пешком пришли, пешком и ушли.

– Почему? – моментально подобрались оба жандарма.

– Пролётка ночью привлечёт внимание. Даже в темноте. А тем более целый их караван. А вот пешком, да малыми группами, самое оно. И уходили они так, чтобы никому на глаза не попасться. А такой путь от того подворья только один. Через пустырь, – ткнул Егор пальцем в нужную сторону. – Сами гляньте. Там снег ребятнёй крепко утоптан. Чужих следов и не приметишь. К тому же ещё и тропки в разные стороны набиты. Вам бы походить тут как следует, господа. Да на сугробы посмотреть внимательно.

– А что вам с того, Егор Матвеич? – осторожно поинтересовался один из филеров.

– Давеча я с вашим ротмистром об этом деле беседу имел. И обещал лично посмотреть, как оно тут всё на месте. Всего пересказывать не стану, но в ходе того разговора я пришёл к выводу, что бумаги бандиты где-то бросили.

– Бросили? Но почему? Зачем тогда вообще брали? – наперебой принялись спрашивать жандармы.

– Брали затем, чтобы полиции пыль в глаза пустить и след запутать, или один из тех бандитов и вправду ему должен был, и чтобы не платить, решил всё разом закончить. А чтобы его не нашли, приказал забрать все бумаги сразу.

– А почему именно этот пустырь? – последовал вполне логичный вопрос.

– Да потому, что все эти бумаги убийцам просто не нужны. Забрались, своё взяли, ложный след создали, а остальное бросили, чтобы не возиться долго. К чему ворох бумаг таскать, если можно их просто в снег зарыть?

– Так ведь растает снег-то, – невольно улыбнулся один из филеров.

– Верно. Растает. И станет водой, которая те бумаги размоет, и прочесть в них что-то станет просто невозможно, – с задумчивым видом пояснил Егор, продолжая разглядывать пустырь. – А убийце иного и не надобно. Он свой след скрыл и с добычей ушёл.

– Вы, господа, слушайте, да на ус мотайте. Такого разумника, как он, мы с братами не видали. Свистнете кого со службы своей да по пустырю походите. Глядишь, чего и найдёте. А нет, так не велика беда. Зато точно знать будете, что бумаги те убийца с собой унёс, – неожиданно вступил в разговор один из казаков.

– Егор Матвеич, вы теперь куда ехать собираетесь? – переглянувшись, быстро уточнили жандармы.

– Домой. И мне моих казаков хватит. А вы, господа, делом займитесь, – понимающе усмехнулся Егор, направляясь к своей карете.

* * *

– Вы знали, – громко произнёс полковник, едва войдя в кабинет.

– Простите? – вопросительно выгнул Егор бровь. – О чём это вы, ваше превосходительство?

– Вы знали, что мои люди найдут на том пустыре бумаги убитого ростовщика, – пояснил полковник Василевский свою фразу.

– Помилуйте. Откуда? – развёл парень руками. – До приезда вашего ротмистра я толком не знал, что вообще похищено. Полиция-то о том по сию пору молчит.

– Но тогда как? – растерянно спросил жандарм, почти падая в указанное парнем кресло. – Как вам это удалось?

– Логика и умение размышлять, – пожал Егор плечами.

– Егор Матвеич, объясните, сделайте милость, – почти взмолился полковник.

«Эка тебя, мужик, проняло», – усмехнулся про себя парень, вздыхая.

– Ваше превосходительство, уж простите, но разве ваши люди не должны подобные дела разбирать? – уточнил он.

– Должны, но мы работаем, опираясь на показания видаков, факты, следы, наконец. Но вот так, опираясь только на собственные умозаключения, это что-то из книжных сочинений, – развёл полковник руками.

– В логике есть такое понятие: от частного к общему. На том такой метод и основан. В общем-то я сделал почти так же. Просто у меня было немного больше данных. Вот и принялся размышлять. Думаю, ваши подчинённые вам уже всё рассказали.

– Рассказали и даже написали, – кивнул полковник. – Но я всё одно никак не понимаю. Ну как, скажите на милость, просто рассуждая, можно понять, куда разбойники дели взятые бумаги?

– Это был главный вопрос, – быстро кивнул Егор. – Ну, сами посудите. Зачем им все векселя и расписки сразу?

– И зачем же? – быстро уточнил полковник.

– Я нашёл только два варианта. Или для того, чтобы просто отправить полицию по ложному следу, или, что скорее, им нужны были их расписки. Те, которые выкупить или не получалось, или имелась какая-то опасность, что, вскрывшись, это дело погубит карьеру или жизнь человека, тот вексель писавшего. И чтобы скрыть любое указание на себя, они решили забрать всё. К тому же перебирать огромную кучу векселей, чтобы найти свои, долго, а время им было дорого. Вот и всё, – развёл парень руками.

– Но ведь часть векселей они всё одно забрали, – быстро возразил полковник.

– Ваши люди нашли не всё? – изобразил Егор удивление.

– Думаю, там была только треть от всего, – задумчиво хмыкнул жандарм.

– Интересно, – задумчиво хмыкнул парень. – Получается, нападавшие всё-таки нашли свои векселя ещё в доме, а после просто стали путать следы. Да, такое возможно.

– Нам, можно сказать, крепко повезло. На том пустыре обнаружились бумаги лиц, принадлежащих к известным фамилиям. А главное, там нашлись и расходные книги ростовщика. Так что теперь мы имеем на руках такой материал, что можем крепко прижать очень многих, – злорадно усмехнулся жандарм.

– Вы, главное, Растопчина прижмите, – фыркнул Егор.

– За то покойны будьте, Егор Матвеич, – решительно кивнул полковник. – Уже занимаемся тем, – зло усмехнулся жандарм.

– Выходит, нам с вами крепко повезло, – благодарно кивая, отозвался парень.

– Ещё как, – тут же поддержал его жандарм.

– Ну, значит, остаётся только ждать, – развёл Егор руками.

– И всё-таки, Егор Матвеич, почему вы решили, что разбойники бросят те бумаги на пустыре? – вдруг зашёл полковник с другой стороны.

– Как я уже говорил вашим людям, бумаги им нужны были только для отвода глаз. Так что тащить лишний груз им было просто не нужно. А на пустыре просто потому, что там кроме детворы и не бывает никого. Ну кто, скажите на милость, станет в снегу рыться, ежели не терял ничего? Вот именно, никто. А по весне, как начал бы снег таять, прочесть те бумаги уже б не получилось. А им большего и не нужно. Время выиграть, – напуская на себя задумчивый вид, протянул парень.

– Сказать откровенно, Егор Матвеич, я начинаю вас побаиваться, – вдруг проворчал полковник.

– Помилуйте, вы-то с чего? – растерялся Егор.

– Да кто там знает, до чего вы додуматься можете, ежели про меня самого чего лишнего услышите, – ехидно усмехнулся полковник.

– Сказать по совести, господин полковник, пока вы радеете за империю нашу, мне плевать, чем вы там грешите. Сейчас, когда в столице чёрт знает что происходит, я хочу только одного. Чтобы не стало гораздо хуже, чем есть теперь. И если вы стоите за то же самое, значит, мы на одной стороне. А что там у вас за душой, не моё дело. Придёт время, всем нам придётся главный ответ держать.

– Понимаю вас, Егор Матвеич, и признаться, весьма рад тому, что вы теперь сказали, – чуть помолчав, кивнул жандарм. – И уверяю, можете быть покойны. Вас мы никому в обиду не дадим. Верно государь сказывал. Такие люди, как вы, империи вельми нужны. Даст бог, и государство наше отстоим. Вместе.

– Дай-то бог, ваше превосходительство. Дай-то бог, – устало вздохнул Егор.

Попрощавшись, полковник отправился по своим делам, а парень пошёл к дяде. Игнат Иванович, вырвавшись из круговорота своих дел, откровенно наслаждался покоем и бездельем. Даже на очередную охоту ехать отказался, решив просто посидеть дома, у камина, с книжкой в руках. Егор, пользуясь тем, что дядя в отпуске, старался держаться рядом с ним, чтобы хоть как-то поддержать родственные отношения. Не то чтобы они были ему нужны, но резкое отчуждение могло вызвать ненужные мысли, так что парень старался показать себя добрым и благодарным племянником.

А ещё через неделю вновь приехавший в имение с бумагами ротмистр сообщил, что князь Растопчин, бросив все дела и забрав семью, покинул страну, в срочном порядке укатив за границу.