Рене Декарт. Схемы взаимодействия тела и разума.

Гравюры из трактата De homine («О человеке»), Париж, 1662 г.

В работах Декарта нервы и мозг отвечают за передачу ощущений и движений, тогда как разум сохраняет независимый статус и лишь соприкасается с телом. Эпифиз изображен как точка сопряжения человеческого разума и телесных процессов.

Когда мы вспоминаем великие имена эпохи Возрождения и Просвещения, мы нередко сводим их к привычным ярлыкам – художник, ученый, философ, – которые скрадывают реальный масштаб их интересов. Подобно Леонардо да Винчи, великий французский философ и математик Рене Декарт (1596–1650 гг.) не был ни медиком, ни анатомом. Однако и он многократно наблюдал в Лейдене и Амстердаме за вскрытиями человеческих тел и проводил долгие часы за препарированием тел и голов животных, привозимых им со скотобоен. И, хотя Декарт был очень привязан к своему псу, к которому обращался, как к человеку – Monsieur Grat («месье Чесун»), он проводил вскрытия и живых животных. Его, как и Леонардо, волновал вопрос о природе души и ее связи с мозгом.

Свои размышления на эту тему Декарт изложил в 1633 году в Traite de l’homme («Трактате о человеке»). Но когда рукопись была уже готова для типографии, из Рима пришла весть об аресте инквизицией Галилео Галилея за публикацию им «Диалога о двух системах мира». Опасаясь подобной судьбы, Декарт отказался от издания, и «Трактат о человеке» увидел свет лишь в 1662 году – спустя двенадцать лет после смерти философа.

Тем не менее предложенное им решение стало известно еще при его жизни. В системе Декарта тело человека представляло собой сложный механизм, управляемый потоками «животных духов». Душа действовала на него через крохотный непарный орган мозга – эпифиз, где, по его представлениям, сходились телесные воздействия и волевые акты. Декартовская гипотеза проводила строгое разделение души и тела.

Критика последовала почти сразу. Анатомы указывали на отсутствие у эпифиза особых механических и физиологических свойств для раскачивания его душой и распространения животных духов по телу, а философы и юная корреспондентка Декарта, принцесса Елизавета Богемская – ставили главный вопрос: как вообще нематериальная субстанция может вызывать физическое движение?

И все же, несмотря на анатомическую наивность этих идей, направление мысли Декарта на века определило историю исследований мозга и логику рассуждений о связи мозга с душой и разумом. Английский математик и философ Альфред Норт Уайтхед писал в «Науке и современном мире» (1925 г.): «Краткое и достаточно полное описание интеллектуальной жизни европейских народов на протяжении последних двух с четвертью веков заключается в том, что они жили за счет накопленного капитала, оставленного гением семнадцатого века».