— С какого перепуга? — не верю своим ушам. Смотрю на невозмутимо сидящую за рулем блондинку. — Что ты там забыла?

Взгляд Ксении в зеркале заднего вида становится отстраненным и печальным, будто она смотрит куда-то в прошлое. Она тяжело вздыхает.

— Там живет мой отец.

Вот это поворот! Складываю руки на груди. Хмуро смотрю на охотницу. Моя драконица не видит в этой настырной девчонке угрозы. Раздражает? Безусловно. Настырная? Еще какая! Но она не враг.

— Так позвони ему, — пожимаю плечами. — Зачем лететь за тридевять земель?

— Он уснул, — тихо произносит Ксения и пальцами до побелевших костяшек сжимает руль. — Так мне сказал Ефим Михайлович, когда я в последний раз звонила. Я просто хочу его навестить. И всё. А заодно… присмотреть за тобой и Валахом.

— И не будешь пытаться вернуть его в клетку?

— Ты не дашь, — на губах Ксении появляется усмешка. — К тому же я всегда больше верила в дипломатию и технологии, чем в грубую силу. С Валахом можно договориться. Если он и вправду знает, как одолеть Мороза…

— Ладно, — соглашаюсь. — Надеюсь, у тебя уже есть билет.

Ксения, наконец, поворачивается ко мне, и на ее лице на мгновение вспыхивает искренняя улыбка.

— Не беспокойся.

Мы подъезжаем к аэропорту. Картина удручает и леденит душу. Шереметьево, обычно переполненное людьми, будто вымерло.

Воздух морозный, сырой, тяжелый. На асфальте грязный снег, а кое-где блестит опасная темная наледь.

— Регистрация на наш рейс уже началась, — голос Ксении возвращает меня к реальности. — Пойдем, подойдем к охраннику.

— Зачем? — напрягаюсь.

— Если вдруг заметит кого-то, похожего на твоего мужика, пусть сразу даст нам знак, — невозмутимо поясняет охотница и уверенно направляется к рослому бугаю у дверей.

Но тот вдруг резко срывается с места и быстрым шагом устремляется к парковке. Сердце на мгновение замирает, предчувствуя недоброе.

У выхода стоят всего три такси, и их водители, скучающие и понурые, кажутся последними жителями этого опустевшего мира.

— Так мало людей… — шепчу.

— Это происходит везде, — Ксения пожимает плечами. — К нам в Гильдию постоянно приходят жалобы. Засыпают целыми семьями. Не только оборотни, но и люди.

— Но не все? — уточняю.

— Да. Кто-то засыпает, кто-то нет. Мы бьемся над этой загадкой, но закономерности нет… или мы ее не видим.

Не спешу делиться с охотницей своими догадками. Пока это лишь теории.

Мы подходим к охраннику, который обращается к двум мужчинам, только что приехавшим на мотоцикле.

И вдруг мир переворачивается.

Сердце сначала замирает, а затем срывается в бешеный оглушительный галоп. Мы с Ксюшей подходим ближе…

— Ваши документы, — басит охранник.

Один из мужчин медленно, словно нехотя, разворачивается, и наши взгляды сталкиваются.

Темные бездонные глаза. В них мелькает минутное удивление, которое тут же тонет в волне ледяного откровенного раздражения.

Влад…

Застываю на месте, не в силах издать ни звука. Кажется, весь воздух из легких выкачали.

Я так долго мечтала увидеть его. Драконий нюх тут же улавливает притягательный аромат, от которого все внутри сладко ноет и требует броситься к истинному, прижаться и ластиться.

Сжимаю руки в кулаки. Ноги будто приросли к асфальту. Я жадно, отчаянно ищу в темных глазах Змея хоть искру тепла. Хоть намек на то, что наша связь для него что-то значит.

Я с детства грезила о встрече с истинным. Видела нежную, трепетную любовь своих отцов к маме и мечтала о таком же.

Но сейчас вижу лишь сплошную непробиваемую стену льда. Неужели он совсем ничего не чувствует?

— Все в порядке, спасибо, — охранник, закончив проверку, возвращает Владу документы.

Не уходи…

Но мой Змей, мой высокомерный истинный, лишь бросает на меня короткий раздраженный взгляд, разворачивается и уходит вглубь здания, уводя за собой своего странного спутника.

А я остаюсь стоять, чувствуя, как мое сердце с тихим хрустом трескается, а затем разлетается на тысячи острых осколков, впивающихся в душу.

— Да, мы… — Ксения берет меня под локоть. — Ладно, ничего… Пошли, Адила.

Охотница мягко, но настойчиво тянет меня к стойке регистрации.

— Ты выглядишь так, будто увидела привидение, — замечает она спокойно.

— Те двое… у которых охранник проверял документы… — с трудом разлепляю губы. — Ты их не узнала?

— Нет, — пожимает плечами Ксения, когда мы направляемся к терминалу. — А должна была?

Значит, он каким-то образом обманул человеческое зрение? Это магия? Или какие-то особенности преломления света? В любом случае, я их обоих видела.

— Просто показалось, — отмахиваюсь, метка на руке вспыхивает жгучей болью.

А моя драконица отвечает низким яростным рыком, эхом отдающимся в груди. Ей категорически не понравилась реакция истинного. Неужели все так и будет? Мы будем играть в эти холодные игры, ледяная ты задница? Стискиваю зубы.

Решение приходит быстро.

Я не какая-нибудь ромашка, что убежит и будет рыдать в подушку. Мне больно. Невыносимо.

Но я дочь драконов и знаю, как отплатить той же монетой. Интересно, каково будет этому высокомерному куску…

— Где же все-таки Валах? — размышляет вслух Ксения. — Он же без крови никак…

— Без крови? — мои брови взлетают вверх. — Он пьет кровь?

— Ты не знала? — охотница искренне удивлена.

— Ммм… — в голове, словно вспышка, рождается дерзкий план пакости. Кровь, говоришь? Интересно, а моя драконья кровь сведет его с ума?

Я хищно ухмыляюсь. Да, мне это нравится…

Мы садимся в самолет. Игорь взял мне бизнес-класс, Ксения достала место рядом. Через несколько минут на борт поднимаются Влад и его спутник. Они проходят в салон и размещаются в экономе. Мне это категорически не подходит.

— Я сейчас, — бросаю Ксении и направляюсь прямо к седому старичку, который сидит на краешке в эконом-классе, как раз там, где мне нужно.

— Добрый день, — ослепительно улыбаюсь ему. Спутник Влада, тот самый лысый парень бросает на меня заинтересованный взгляд. Сам истинный демонстративно смотрит в иллюминатор, изображая полное равнодушие. Но это ненадолго.

— Да? — дедушка смотрит на меня добрыми, немного усталыми глазами.

— Не хотите ли пересесть в бизнес-класс? — сладко предлагаю я. — Просто мне… тут вид больше нравится, и я была бы вам очень признательна…

— Конечно, милая! Конечно! — старичок быстро соображает и уже хватает свою потрепанную сумку.

А я, сделав вид, что это самая обыденная вещь на свете, небрежно плюхаюсь на освободившееся место.

На самом деле внутри бушует ураган из ярости, обиды, дикого желания и жажды мести. Но мои отцы с детства учили меня самоконтролю.

Так что… пристегнись покрепче, мой ненаглядный. Игра только начинается.