— Уверена, что хочешь лететь одна? В такое время мы должны держаться вместе, — голос Марьи звучит мягко, но в нём слышится тревога. Она смотрит на мою собранную сумку. Я даже не успела разложить вещи.

Воздух в комнате тяжелый и сладкий от запаха травяных отваров. Сейчас он душит, не дает дышать.

— Это мой путь, — отвечаю тихо, но уверенно. — Мне достался непростой истинный, и я должна все решить сама. Ваше присутствие… я не думаю, что оно добавит мне очков доверия.

— Думаю, это ему нужно заслужить твоё доверие, Адила, — мрачно ухмыляется Драган. — Не ты же людей убивала.

От этих прямых слов мне становится физически плохо. Драконья сущность ревет, оправдывая Влада.

Но как же так? Жизнь священна. А оправдывать убийство… Нет, это слишком сложные экзистенциальные вопросы.

— Я, может, выскажу непопулярное мнение, — Марьяша скрещивает руки на груди, — но тот Влад, что являлся мне во снах и помогал, убийцей не выглядел.

— Но его преступления доказаны, — шепчу, ненавидя себя за эту уязвимость. Я дракон. Дочь огня и песков. Я должна быть жесткой. Но почему же тогда внутри всё так шатко?

— Порой под давлением обстоятельств мы совершаем ошибки, — тихо говорит Марья. — Иногда просто ошибаемся…, а порой делаем ужасные вещи. Я не пытаюсь его оправдать, Адила. Но богиня мудра. Вряд ли бы она даровала тебе недостойного истинного.

Марьяша… Мой свет в этом холодном чужом мире. Она всегда была моей нежной, но несгибаемой опорой. Её слова — бальзам на мою израненную душу. Сжимаю руки в кулаки, а затем медленно разжимаю их, освобождаясь от части напряжения.

— Я всё выясню, — обещаю, и на этот раз голос звучит твёрже. — Спасибо вам обоим. Позаботьтесь о тех, кто не спит. А я попытаюсь добыть нам могущественного союзника. Или, по крайней мере, не позволю ему стать нашим врагом.

Марья вызывает такси. Подхожу к окну. Мир за окном замер, погружённый в неестественную, мертвенную дремоту.

— Все вокруг словно умирает, — шепчет Марья, обнимая себя за плечи. — И мне так холодно. Постоянно.

Драган молча притягивает её к себе, и я вижу тень сомнения в синих, как летнее небо Аль-Абайи, глазах ведьмы. Ну что же она за трусиха такая!

Приходит оповещение, что машина у ворот. Я бросаю на парочку многозначительный взгляд.

— Скажи ему! — жёстко приказываю. — Или я сама это сделаю.

— Что сказать? — хмурится Драган, его взгляд мечется от меня к Марье.

— Адила! — подруга поджимает губы, на её щеках выступает румянец. — Я же сказала… что сегодня…

— Тебе нечего бояться, — мягко подмигиваю ей.

— Милая? — альфа смотрит на жену, совершенно сбитый с толку. — Что у вас за секреты?

— Я… — начинает Марья и замолкает, закусив губу.

— Онаааа… — тяну я, не в силах сдержать ухмылку.

— Я БЕРЕМЕННА! — выпаливает Марьяша и тут же зажмуривается, словно ожидая укора.

Повисает тишина. Драган замирает, словно не верит своим ушам. А затем волк падает перед женой на колени.

— Ты… ждёшь моего ребёнка? — его голос становится тихим и беззащитным.

— Да, — робко улыбается Марья.

— Боги! — он принимается осыпать поцелуями ее ладонь, пальцы, запястье. — Это же чудо! Почему ты молчала?!

Его глаза сияют чистым, безудержным счастьем.

Я эгоистично радуюсь, что тоже приложила руку к этому светлому моменту в самом сердце надвигающейся тьмы.

Может быть, когда-нибудь и мой истинный будет так же смотреть на меня? Трепетно, нежно, с благоговением…

Правда, сейчас он выбрал месть. Но ничего! Я заставлю его передумать!

Пока влюблённые поглощены друг другом, я выскальзываю за дверь и усаживаюсь на заднее сиденье подъехавшего такси.

— В Шереметьево, — коротко бросаю, глядя в окно на серый умирающий мир.

— Знаю, драконица, — доносится холодный знакомый женский голос.

Я замираю. Но машина уже трогается, и выпрыгнуть сейчас — значит опоздать на рейс. У меня нет времени ждать другое такси. Чёрт!

— Ты… Ксения, кажется? — сухо уточняю, хотя прекрасно помню ее имя.

— Да, — следует короткий ответ.

Мы едем в молчании. Я чувствую её ауру. Упертая, сильная. Но глубоко внутри, под слоями брони и воли теплится крошечное хрупкое пламя. Когда-то оно, наверное, горело ярко, а теперь это лишь бледная тень.

— Вам в Гильдии мало платят? — не могу сдержать сарказм. — В свободное время в такси подрабатываешь?

— А вы, оборотни, все с юморком, — усмехается охотница.

— Где твой босс? Тот громила без манер?

— Он не в курсе, что я тебя ждала. Богдан порой слишком импульсивен. Это вредит делу.

— О! — выгибаю бровь. — Раскол в стане врага?

— Мы не враги, — тихо, но твёрдо произносит Ксения. — Но Валах нам нужен. Я по твоему взгляду поняла, что ты его не сдашь. Ты метку прячешь. А истинность… она сильнее любого здравого смысла.

— Если ты так много знаешь, — низко рычу, — то должна понимать, что мне ничего не стоит перерезать тебе глотку.

Такая же, как твой дедуля…

Ледяной шепот Мороза отчетливо звучит в голове. Я вздрагиваю. Боги… Я только что угрожала человеку расправой?

— Прости… — выдыхаю, откидываясь на спинку сиденья. — Естественно, я ничего бы тебе не сделала. Паритет, все дела. Мы, драконы, более совершенны, а значит, не должны трогать тех, кто слабее.

— А еще вы очень скромны, — Ксения ловит мой взгляд в зеркале заднего вида.

— Что тебе от меня нужно? И откуда ты знаешь, что я поеду в аэропорт?

— Я отслеживаю телефон Марьи. Туда пришел электронный билет от Игоря Медведева. Валах… он ведь из-за Медведевых оказался в темнице? Уверена, что он очень хочет отомстить.

— И?

— И я лечу с тобой.