– Какого черта ты пустила его в квартиру?!

Сестра пронзила меня суровым взглядом, держа в руках горячую крышку от сковородки, в которой жарились куриные котлеты.

– Надя, я порой поражаюсь с тебя…

– Ну а как бы я его не пустила?.. – резонно откликнулась я, растирая пальцы. – В подъезде, что ли, разговаривать?

– Не надо было вообще с ним разговаривать! – настаивала Женя. – Мало ли, кто это мог быть? Если тебя не пригласили в отдел через повестку – все! Пошел вон!

Она дополнила свои слова, махнув лопаткой в сторону окна. А я, пряча глаза, взяла почищенную морковку и сообщила:

– Он так и сказал, что это неформальный визит. И показал мне удостоверение! Я видела фамилию…

Сестра цокнула языком и принялась помешивать суп, который дымился на соседней конфорке.

– Я тебя умоляю, – снисходительно отозвалась. – Дай мне свою фотку, я тебе точно такой же документ распечатаю!

– С печатью?

– Да хоть с тремя! – самоуверенно заявила Женя.

Сев за стол, я начала рьяно натирать морковку на терке. Лишь бы руки занять.

– Не знаю, у меня не возникло сомнений. Он столько всего знал… И вопросы задавал по делу!

– Ага. И так, между делом, начал задавать вопросы о твоем пузе! Я вот вообще не удивлюсь, если этого мужика подослал Радов.

Я хмуро уставилась в пространство. Честно говоря, тоже проносилась такая мысль, но она не закрепилась в голове. Всё как-то слишком сложно… Зачем Роману эти обходные пути и незнакомые для меня лица, если все итак очевидно? При условии, что он как-то мог прослышать о моем положении. А даже если Радов не хотел взаимодействовать лично, у него такие связи, что не составит никакого труда выйти на врача и уточнить наверняка срок. Или хотя бы Алексея подослать…

– Что-то не сходится, – задумчиво произнесла я, вернувшись к делу. – Может, оперативник просто хотел понять, насколько мы были близки? Может, исключал вероятность, что я могу быть соучастницей… Да и зачем Радову так заморачиваться с этими выдуманными обвинениями? Не похож он на того, кто стал бы подобным образом выяснять правду.

– Много ты знаешь о нем! Вы встречались всего ничего, – продолжала язвить Женя. – И за это время, он успел хорошенько вымотать тебе нервы.

– Мам, Вовка проснулся!

Наше уединение нарушил Сережа – старший сын сестры. Подперев плечом косяк, он не отрывал взгляд от экрана телефона.

– И что? – холодно отозвалась Женя. – Мне все бросить и бежать, чтобы не дай Бог ты не отвлекался от своих важных дел?!

Сын тут же оправился. Убрал телефон в карман и нехотя зашагал обратно. Проводив племянника взглядом, я протянула сестре доску с натертой морковью.

– А что если это и, правда, был следователь? – заметила напряженно.

Она зыркнула на меня, поджав губы.

– И все обвинения правда, Жень?

– Значит, Бог миловал тебя, оградив от этого мужика! – безапелляционно выдала хозяйка квартиры.

Уставившись в пространство, я отошла к окну.

– Мне, кажется, я должна дать знать о том, что ко мне приходили.

– В смысле? Радову?!

– Да, – твердо ответила я. – Я уверена, что все эти обвинения большая ошибка. И должна дать понять ему, что ничего не сказала следователю!

– Надя, ты ничего никому не должна! Это его проблемы. Меня возмущает одно то, что к тебе заявились в квартиру и устроили допрос! Даже будучи на расстоянии, чертов бизнесмен смог притянуть тебя в свои проблемы.

– Он не притягивал. Может против него ведется игра…

– Зачем ты его защищаешь? – вспыхнула сестра. – Может ещё встретится, с ним вздумала?!

Я прикусила язык. Конечно, нет. Я не собиралась встречаться с Радовым и вообще не представляла, как сообщить ему о том, что случилось, и при этом избежать любого контакта. Но меня не оставляла мысль, что я обязана рассказать Роману о визите оперативника. Прямо успокоиться не могла… И отмахнуться, как от пустяка.

Что-то подсказывало внутри – случившееся имеет значение. Даже если я ничего не сказала, ему стоит знать!

– У меня не осталось его номера, – произнесла, то ли чтобы сестру успокоить, то ли свою совесть. – Я удалила все контакты.

Женя всплеснула руками.

– Ну и слава Богу! Рыбка, я всерьез опасаюсь, что ты на гормонах можешь так начудить… потом хрен разгребешь.

– Я не собираюсь ничего делать, – возразила упрямо. – Просто хочу дать знать, что ничего не сказала! И забыть об этой истории…

Сестра покачала головой и вновь отвернулась к плите.

– Не получится у тебя ничего забыть. Время идет, а он по-прежнему влияет на твои решения!

– О чем ты?..

– Ты знаешь, о чем, – заявила она, посмотрев мне в глаза. – Так хочешь забыть обо всем, но при этом бежишь к первому встречному в объятия, чтобы защититься от внимания Радова!

Закатив глаза, я прошептала:

– Начинается…

– Попробуй, разубеди меня, сестренка! – с вызовом воскликнула вредина в фартуке.

Я постаралась говорить спокойно:

– Во-первых, Дима – не первый встречный. А во вторых, я нахожусь рядом с ним по доброй воле! Без, каких-либо условий! Скажи, разве плохо, что я чувствую с ним себя спокойно?..

– Нет, не плохо. Плохо то, что ты собираешься выскочить за того, которого не любишь.

– Я не выхожу замуж… – напомнила я хмуро.

– Так ты себя успокаиваешь? – Сестра вскинула бровь, а внутри меня пронеслось раздражение. – Думаешь, факт того, что это лишь роспись, не позволит ему считать тебя своей законной женой? И что теперь у него будет, так сказать, больше полномочий?

Я непонимающе покачала головой.

– Я итак – его. Чтобы понимать это, мне не обязательно брать фамилию Димы!

Сколько раз я зарекалась спорить с ней, и все равно поддавалась на провокации.

– Нет, ты – не его, Надя, – с усталостью выдохнула Женя. – Можешь сколько угодно мне сказки рассказывать. Не будь этой истории с Радовым, ты бы в жизни не согласилась выйти замуж через три месяца отношений! Да и вообще… вряд ли подпустила бы к себе кого-то, в ближайший год.

– Если бы, да кабы… – парировала я, скрестив на груди руки. – Ты понятия не имеешь, как было бы! Зачем эти предположения?

Сестра прищурилась.

– А тебя не посещала мысль, что эта роспись нужна не столько тебе, сколько ему?

– То есть?

– Твой Дима не дурак и чувствует, что ты отстранена. Любой мужик это чувствует! А дав тебе свою фамилию, он ощутит себя гораздо увереннее.

– Господи, это же всего лишь формальность! – вновь напомнила я, повысив голос. – И ты понимаешь, что она необходима.

Женя повела плечом.

– А ты понимаешь, что это тебе не поможет? Только загонит в психологическую клетку. Или ты рассказала Диме, почему на самом деле согласилась расписаться с ним?

Я промолчала. Впрочем, сестре и не нужен был мой ответ.

Сил спорить не осталось. Она вернулась к готовке, а я отвернулась к окну, поглаживая тяжелый живот. День – сплошное испытание! Часы показывали только семь вечера, а я уже хотела спать…

– Я пойду, отдохну, – сообщила, развернувшись и направившись в коридор.

Сестра проводила меня напряженным взглядом.

– Только не засыпай. Ужин скоро будет готов.

Кивнув, я вышла из кухни и проверила детей, которые играли в зале. Затем ушла в дальнюю комнату, где находилась спальня Жени и Володьки. Прилегла на кровать, однако легче не становилось.

Голова гудела от мыслей и переживаний. Кусая губы, я пыталась отчаянно принять решение, прокручивала разговор с оперативником и прикидывала варианты развития событий. В какой-то момент поднялась и взяла телефон. В контактах отыскала единственное имя, которое могло связать меня с Романом…

Насколько мне было известно, Ольгу Валерьевну восстановили на должности, и я надеялась, она до сих пор работала в компании. Пальцы начали холодеть и дрожать. Сердце забилось чаще из-за всплеска адреналина. В одну секунду я представила предстоящий разговор, зажмурилась и со стуком вернула телефон на тумбочку.

– Черт…

Устало потерев лицо, я смирилась с тем, что не могу это сделать. Страх, подпитываемый старой болью, диктовал, что из-за этого звонка все выйдет из под контроля. Спровоцирует нашу встречу! И я ведь действительно не должна была ничего Роману. Все, что зависело от меня, я сделала. Точка!

Но почему-то волнение в груди никак не утихало, как и тревога прожигающая сердце.

Ночь прошла тяжело. Я долго ворочалась, никак не могла найти удобное положение, малышка толкалась, а когда наконец мне удалось уснуть, начались кошмары… О нем.

Такие страшные видения крутились, что я несколько раз просыпалась в холодном поту. Причём различала только силуэт Ромы, но чувствовала, какую-то жгучую панику, понимала – ему плохо. Его окружала тьма, из которой проявлялись искаженные, злые лица. Что-то происходило, она сгущалась вокруг мужчины. И хотя он выглядел непоколебимым, я знала – ему очень тяжело.

Последний сон оказался особенно страшным. Рома стоял в огне. И настолько реально все было, что я буквально ощущала жар ожогов! Окруженный пламенем, точно в кольцо, он даже не пытался спастись. Я кричала, что есть мочи, сотрясаясь от плача, и подходила все ближе к огню. В самый последний момент Рома услышал, повернул голову, но прежде чем я увидела его лицо, наступило пробуждение…

Мягкая мелодия будильника раздавалась в голове, как колокольный звон. Сердце также громко билось в груди, причиняя боль. Я проснулась с ужасным осадком. Чувствовала себя разбитой не только физически, но и морально. Словно и не было никаких месяцев покоя! Они растворились, исчезли под гнетом настоящего.

Новости от следователя, кем бы он там ни был, превратила в хаос все, что я так долго упорядочивала. И теперь мысли о Радове шквалом обрушивались на меня каждую секунду.

Как назло сегодня предстоял тяжелый день. Я сдавала важный проект, а вечером компания устраивала корпоратив в честь годовщины. И мне не стоило пропускать такое мероприятие. Слишком одержимо я относилась к тому, чтобы оставаться полноценным сотрудником офиса, до того как уйду в декрет. Точнее сказать, была паинькой с тех пор, как живот стал заметен коллегам и начальнику.

Разумеется, у меня случился разговор с Вадимом Дамировичем, в котором я сообщила о своем положении. И конечно это не стало для него неожиданностью, но вряд ли он рассчитывал, что наше сотрудничество будет таким краткосрочным. Главное у начальника не возникло лишних вопросов – о наших отношениях с Димой уже весь офис знал. И даже если у кого-то появлялись подозрения насчет сроков, мужчина не позволял им распространяться. Секрет об отцовстве оставался только между нами.

Я была благодарна Диме за эту защиту. Он и представить не мог, как спасал меня. Ведь Вадим Дамирович имел много точек соприкосновения с Радовым! И если бы вдруг у него появились лишние мысли… Уверена, Роман бы давно ворвался в мою жизнь.

В общем, после нашего разговора с начальником о предстоящем декретном отпуске, я постоянно чувствовала себя не в своей тарелке. Может излишне опасалась, но работала на износ, старалась во всём преуспеть и угождать. Не столько рассчитывала на полноценные декретные, сколько надеялась однажды вернуться в компанию на ту же должность. Как только малышка пойдет в детский сад.

– Ну что, готова к последней неделе? – бодрым тоном спросил Дима, после приветственного поцелуя.

Задержав на нём взгляд, я отметила, что он находится в хорошем настроении. Несмотря на вчерашнее неловкое расставание…

– Я бы ещё поработала, – с улыбкой отозвалась.

– Хватит с тебя. Пора отдохнуть.

– Не люблю сидеть без дела, – парировала я.

– Вряд ли ты будешь сидеть без дела, – резонно заметил мужчина, отвлекаясь от дороги. – Пора уже готовиться к появлению ребенка.

Он положил ладонь на мой живот и слегка погладил его. Кажется осадок, задержавшийся в моей груди, стал ещё тяжелее. И я не могла разобрать, с чем это связано. Все ведь происходило так, как я хотела! Но грусть внутри просто разъедала сердце.

На самом деле, я хотела не этого… А может в принципе не знала, чего хотела. И Женя была права – гормоны влияли на мои решения.

– Всё в порядке?

Дима убрал руку и пригляделся к моему лицу. Я была настолько измотанной из-за тяжелой ночи, что даже не могла контролировать эмоции.

– Да… Просто никак не могу проснуться, – попыталась отмахнуться.

– Может тебе не стоит идти сегодня на корпоратив?

– Ну что ты, как я могу пропустить такое событие? – ревностно отозвалась я. – К тому же, это будут своего рода проводы.

Мужчина согласился.

– Да. Уверен, многие будут скучать по тебе. И мои будни станут унылыми…

– Ну, мы же будем видеться по вечерам! – подбодрила я. – И по выходным.

Он неоднозначно качнул, не отводя взгляда от дороги.

– Будем. Но ты ведь не всегда свободна. И я иногда возвращаюсь поздно.

– Зато мы будем успевать скучать друг по другу, – продолжала оптимистично.

– Я итак успеваю скучать, – серьезно вставил Дима. – А теперь буду скучать ещё больше.

На некоторое время в салоне воцарилась напряженная тишина. И снова я попыталась разбавить обстановку:

– Хочешь, я буду приходить в офис, и приносить тебе обед?

Его пухлые губы дрогнули в постной улыбке.

– Лучше переезжай ко мне, Надя.

Мужчина сказал это так спокойно и уверенно, что я растерялась. Будто это не вопрос, а констатация, на которую он имел полное право. И ведь, правда, имел. Мы встречались, собирались расписаться, проводили вместе все свободное время… Казалось логичным переходить к следующему шагу, тем более, с моим уходом из места наших постоянных встреч. Такому простому и такому сложному шагу, за которым последуют еще более сложные шаги…

– Что скажешь? – напомнил о себе Дима, после долго паузы.

Я шумно выпустила воздух, будто это могло снять напряжение.

– Я… не знаю. Ты уверен?..

– Конечно. Иначе бы не предлагал, – твердо выдал он.

– Я просто даже не думала об этом…

– Почему?

От его взгляда я терялась еще больше. Хотя это был вполне резонный вопрос. Почему я ни разу не задумывалась о том, что однажды мы станем жить вместе? Неужели вправду решила, что Дима будет довольствоваться тем, что есть?

– Наверное, – все же подобрала я слова, – потому что прошло еще не очень много времени, как мы встречаемся.

– Ну ты ведь не против со мной расписаться?

– Да… Но мы вроде решили это сделать, чтобы успеть до родов, – мягко напомнила я.

– Только поэтому?

Я снова замолкла, ощущая, будто меня загоняют в угол. А так же чувствовала, как возрастает напряжение в Диме. Он ждал меня более определенных ответов.

– Нет, конечно, нет, – уступчиво отозвалась я. – Так скоро и на такой серьезный шаг, я согласилась бы пойти только с тобой!

Его лицо стало хмурым, что заставило меня окончательно разволноваться.

– Но при этом ты не готова жить со мной.

Прикусив губу, я отвела взгляд и постаралась вежливо донести:

– Я думаю, мне просто нужно немного времени. Осмыслить, представить как-то… Пойми, я ни разу не жила с мужчиной и, наверно, поэтому меня немного пугает такой кардинальный шаг.

– Пугает? – удивился он. – Я не собираюсь тебя пугать.

Дима положил руку на мое бедро, мгновенно разбавляя градус напряжения.

– Да, я знаю… Не обращай внимания! Это… просто мои заморочки.

– Не могу не обращать, Надь. Если у тебя есть страхи, я же должен их успокоить!

Я ничего не ответила. Просто не знала, как ответить, чтобы не обидеть его и при этом не наступить себе на горло.

Слава богу мы уже подъехали к офису… Однако, прежде чем я вышла, Дима вдруг остановил меня за руку.

– Подумай над моим предложением.

Оторопело встретившись с его глазами, я неуверенно кивнула.

– Только не долго, ладно?

С этими словами он отпустил мою руку, и вышел из машины.