Я рывком обернулась на голос от лестницы, чувствуя, как холодею от макушки до пят.

Тени на стенах вытянулись и застыли. Огоньки, освещающие подвал, замерли, будто вдавились вниз, сделав тесное пространство темнее.

Дышать стало тяжко, будто воздух уплотнился, став густым и вязким.

В проём, наклонившись и повернувшись, чтобы поместиться в низкий узкий дверной проём, вошёл… он.

Высокий. Широкоплечий. Дракон. В человеческом облике, но это делало его ещё страшнее громадного крылатого чёрного зверя, что я помнила из памяти Нореаны.

Тёмно-серый полевой мундир без единого украшения, идеально сидящий на мощном рельефном теле. Высокий воротник-стойка, массивный широкий ремень, длинный меч в простых ножнах у бедра.

Волосы чёрные, коротко подстриженные на висках, падающие на лоб сверху.

И глаза. Чёрные, как бездна, что без остатка поглощает весь свет и ни крупицы не возвращает обратно.

Воздух в моих лёгких кончился сразу. Колени ослабли, внутри всё оборвалось и провалилось куда-то вниз.

В моей новой жизни, я видела этого до тьмы в глазах пугающего мужчину впервые. И тело Рияны отозвалось так, как отзывается живое перед хищником высшего ранга. Панической утробной дрожью, которую я изо всех сил, но безуспешно пыталась сдержать.

Тело тряслось, а во мне, за слоем чужого сейчас тела, отозвалась другая, старая память.

Я знала его. В прошлой жизни, в этом мире.

Точнее, Нореана знала — та, чьей жизнью в этом мире я уже жила…

Да, мне так легче будет думать, что не я, а Нореана… любила этого дракона до последнего своего вдоха.

Нет, не Нореана. Кого я обманываю? Я. Я любила.

И сейчас при взгляде на генерала драконов, меня накрыл беспощадный в своей откровенности образ.

Наш единственный поцелуй. Его властные губы на моих губах. Мы так и не успели — не стали близки, он берёг свою истинную, считая, что моя робость и страх перед ним должны пройти. Не зная, что всё то краткое время, что он считал меня своей парой, я была под чужим влиянием, которое никто не мог ни почувствовать, ни обнаружить.

И тут же, почему-то, другое воспоминание — единственный раз, когда я увидела генерала в истинном облике.

Скалистое ущелье, узкая тропа. Ледяной ветер. Отряд из семерых ближников генерала, и я среди них, в роскошном плаще на меху.

То, как из расщелины вдруг вывалились наёмники в чёрной броне. Как звенела сталь, как много их было.

Мой генерал тогда спрыгнул с коня. Сделал несколько молниеносных шагов в сторону и начал меняться.

Воздух рядом с ним потемнел, задрожал словно над раскалённой печью, только здесь наоборот, резануло обжигающим холодом.

Его окутала рывками расширяющаяся чернота, которую прорвали громадные кожистые крылья, чёрно-матовые, с рваными краями.

Над ущельем взревел чёрнейше-чёрный дракон. Громадный. Ужасающий.

Матовая чернота чешуи пожирала свет, не отражая ни единого блика.

Дракон ударил громадной лапой, кроша когтями камни, и потоком тёмной магии его ближников отбросило прочь от наёмников… В тот же миг из оскаленной пасти на нападавших покатилось чёрное, тяжёлое пламя.

Когда пламя рассеялось, больше никого не было. Пусто.

Всё произошло так стремительно, без единого лишнего движения.

Чёрная стремительная смерть во плоти.

Я стояла у скалы и не могла отвести взгляд. В груди бился дикий ужас, смешанный с благоговейным восхищением.

Воспоминания оборвались резко, едва я повернула голову на голос позади меня.

— Господин генерал, — прошелестел в подвале голос Виттера. — Господин генерал, помилуйте…

Старик сполз на пол, прижался к стене. Все остальные в подвале тоже отхлынули к стенам, стараясь оказаться подальше от генерала, даже те, кого я уже вылечила.

Только я стояла неподвижно, не в силах двинуться, опасаясь позорно упасть.

Я вдавила ладонь в шершавый стол. Заставила себя выпрямиться. Проследила взгляд генерала на молодого дракона на столе.

Генерал спрашивал про своего адъютанта. Значит, вот кого я вылечила…

Тем временем генерал прошёл внутрь, пристально глядя на молодого дракона, который всё ещё был без сознания.

За ним в дверном проёме возникли двое в таких же тёмных мундирах. Они остались на лестнице, по эту сторону порога.

— Я задал вопрос, — не отводя взгляда от раненого, низко и властно сказал генерал.

— Госпожа Риана лечила, — сказал кто-то. — Она искусная…

Слова оборвались от чёрного взгляда генерала на говорившего.

Затем генерал снова посмотрел на своего адъютанта. Я видела, как его цепкий взгляд прошёл по перевязанной груди, по повязками на левом боку и предплечье.

Секунда. Две.

Воздух, пока он смотрел на адъютанта, стал чуть легче. Я поймала этот момент, втянула его в лёгкие так быстро, как могла.

А затем генерал медленно, тяжело, перевёл взгляд на меня.