Дом, который нам выделили для проживания, выглядел необычно. Такое ощущение, что чокнутый архитектор взял несколько домиков разных размеров, высоты, и сдвинул их вместе, буквально продавив друг в друга. Крыши наползали друг на друга, но стены выкрашены в светло-салатовый цвет, на крышах коричневая черепица, окна и двери большие, и в целом гостевой дом производил приятное впечатление. А ещё мне сразу понравилась беседка у входа. Ничего лишнего — деревянное основание, восемь опорных столбов, крыша, да ещё несколько плетёных кресел. Да и что ещё нужно, если хочется просто посидеть в тишине?

Внутри дома тоже оказалось очень даже неплохо. Из центрального холла лучами расходились жилые и подсобные помещения. Я прошёлся, заглядывая во все в двери. Так, слева спальня с огромной кроватью и огромным окном. Чуть дальше рабочий кабинет. Потом небольшая кухня, кладовка с продуктами, снова спальня, большая ванная комната, стены которой отделаны красивой глазированной плиткой. Таня, как увидела это волшебство, молча отодвинула меня в стороны и закрылась в ванной. Всё правильно, ей сейчас просто помыться и то будет праздником.

Дворецкий, наблюдавший за мной, негромко подсказал.

— На втором этаже ещё две спальни, ванная, веранда для отдыха. Обед принесут через час. Желаете что-то ещё?

Желать? После той избушки, в которой мы с Таней жили последние месяцы, дом выглядел просто царскими хоромами. Ещё бы пожрать побыстрее, и жизнь вообще станет сказочной. Ах да, про Лорена забыл.

— С нами приехал кучер. Надо бы…

— Его накормят и устроят на ночлег –тут же продолжил дворецкий.

— Он с нами временно, так что надо будет дать ему продуктов на неделю, хоть немного денег, и отпустить.

— Разумеется –дворецкий был сама бесстрастность — Что-то ещё?

Я оглянулся по сторонам. Крыша над головой есть, Таня уже отмокает в ванной, обед скоро принесут, спален целых четыре. Я отрицательно махнул головой.

— Нет, не надо.

Дворецкий взглядом указал на стол, стоявший у окна.

— Если что-то понадобится, достаточно позвонить в тот колокольчик.

Я оглянулся. На первый взгляд, колокольчик самый обычный. В смысле, юбка из желтоватого металла, лакированная деревянная ручка. Как его услышат в особняке за пару сотен метров отсюда? Магия? Или за нами будут постоянно следить? А, снявши голову, по волосам не плачут. Сам пришёл к Наместнику, чего уж теперь дёргаться.

Я кивнул.

— Если понадобится.

Дворецкий чопорно поклонился и ушёл.

Я ещё раз прошёлся по холлу, привыкая к обстановке. Можно было сходить во вторую ванную комнату, но чистой одежды у меня всё равно нет, а лицо и руки можно и на кухне под краном сполоснуть. Да ещё и страшно оставлять Таню одну. Она и так едва живая, и даже обычный приём ванны может стать проблемой. На всякий случай заглянул в ванную комнату. Большая ванна заполнена водой до краёв, и из пены виднелось только запрокинутое лицо Тани. Не шевелится, но и не тонет. Значит, просто наслаждается давно забытыми ощущениями чистоты и тепла.

Вернувшись в кухню, умылся над раковиной в углу, а потом устроился в кресле у окна, бездумно разглядывая окружающий парк. Да и о чём думать? Всё уже решено без меня. Будем сыты, одеты, в тепле, только что делать будут указывать другие. Может и в самом деле учёба пойдёт мне на пользу, но тут одно «но» — чем сильнее я проявлю себя в магии, тем более опасным может посчитать меня Наместник. Где та тонкая грань, за которой вместо успеха и почестей меня будет ждать смерть? Таиться как книжному герою, осваивать магию втихушку, а на людях демонстрировать тупость и никчёмность? Хороший план, если бы я прибыл издалека, один, и меня никто не знал, а меня уже знают, и Наместник собрал всё возможные факты и домыслы обо мне. И про мою предполагаемую демонскую сущность, и про мою странную способность лечить, и про предполагаемую способность создавать динозавров и про…А раз я ещё жив, значит он счёл это если не полезным, то хотя бы терпимым проявлением моих способностей. Что ещё он разрешит мне делать? Вроде, некроманты здесь есть и считаются вполне достойными людьми. Во время возможной войны уж точно. Значит и я могу с оглядкой, не больше учебной программы, но учиться целительству или некромантии, а вот обо всём остальном лучше забыть. Во всяком случае, если что и творить, то не на виду и очень осторожно.

Неслышно открылась входная дверь, и в холл вошёл дворецкий в сопровождении двоих «лакеев», нёсших большие сумки.

Дворецкий чопорно поклонился.

— Где прикажите накрыть стол?

Странный вопрос, но если спрашивают, значит можно где угодно, хоть в спальне. Только зачем? Я кивнул в сторону кухни.

— Там.

«Кухня» — это я по привычке так говорил. На самом деле комната была самой настоящей столовой (как их описывают в книжках про дворян). Площадь как бы не с полсотни метров. На полу паркет, на стенах весёленькие гобелены в цветочек. Посередине комнаты большой длинный стол, за которым спокойно бы расселись два десятка человек. Стулья с высокими спинками, вдоль дальней стены три застеклённых шкафа, из которых как раз доставали разрисованные тарелки. Окна почти во всю стену делали комнату светлой и тёплой. В ближнем углу за небольшой перегородкой спрятался умывальник, но такой изукрашено-благородный, что язык не поворачивался его так называть. Скорее «раковина для омовения рук» или ещё как. Мыть здесь посуду после обеда никому и в голову не придёт.

Лакеи споро доставали из казавшихся безразмерными сумок баночки, бутылочки, вазочки и даже супницу, прикрытую крышкой. Пара больших белых салфеток с монограммами рядом с теми местами, где предположительно будем сидеть мы с Таней, несколько ложек-вилок-ножей рядом с салфетками. Стол быстро преображался, словно работали два опытных официанта из столичного ресторана. А может так и есть? Всё-таки к Наместнику могут приехать очень-очень знатные господа, и если накрыть стол как в таверне, то могут и не понять.

Дворецкий внимательно наблюдал за процессом, и когда лакеи, закончив работу, ушли, повернулся ко мне.

— Господин Наместник распорядился, чтобы вас сегодня не беспокоили, но если что-то понадобится, вы в любой момент можете позвонить в колокольчик –я кивнул, что понял. И не надо мне об этом два раза объяснять. А что сегодня никого не видеть, так я бы и сам о таком попросил. Если бы осмелился

— И ещё –продолжил дворецкий — Вы с баронессой прибыли без багажа, и Наместник распорядился предоставить вам несколько комплектов одежды на первое время –дворецкий указал на большую сумку, стоявшую у входа — Грязную одежду просто бросьте в углу ванной комнаты. К утру всё будет выстирано и приведено в порядок.

Слуги ушли, и я прошёлся вдоль стола с яствами. Запахи могли свести с ума, но я держался, решив, что лучше дождаться Таню. Она сейчас беременная, и лучшие куски, по умолчанию, должны доставаться ей. А мне и мяса будет достаточно, тем более, его тут на пятерых мужиков хватит.

Чтобы не мучиться, вернулся в холл, устроился в кресле, и впервые за не знаю сколько времени почувствовал, что меня немного отпускает. Это ещё не спасение, не нормальная жизнь, но маленькая надежда появляется. За себя я не беспокоился. Что бы ни происходило, я мужик, выдержу, выкручусь, даже если придётся идти с ножом на большую дорогу. А вот Таня, да ещё беременная… Ладно, прорвёмся.

Неожиданно входная дверь снова открылась, и в холл вошла прилично одетая женщина с небольшим саквояжем в руке. Только вот лицо у неё было очень недовольное, да и голос скрипучий, сварливый.

— Где больная?

Меня как катапультой выкинуло из кресла, и я двинулся к женщине.

— Здесь больных нет! –прорычал я.

Женщина явно не ожидала от меня такой реакции, и даже чуть испуганно опустила голову, но почти сразу выпрямилась, и довольно твёрдо произнесла значительно более мягким голосом.

— Я целитель, меня срочно вызвали, сказали, что моя помощь очень нужна. Где… пациентка?

Я остановился, стараясь заглушить ярость.

— Там –я указал на дверь ванной.

Женщина кивнула, что поняла, но продолжала очень внимательно разглядывать меня. И вдруг сказала.

— Я не сделаю ей ничего плохого.

Да я, в общем-то, и не думал, что она сделает что-то плохое, но за базаром всё-таки нужно следить.

Вернувшись в кресло, стал ждать непонятно чего. Иногда доносились негромкие слова, но их было не разобрать. Наконец, минут через двадцать, Таня вышла из ванной комнаты в сопровождении целительницы. Раскрасневшаяся, в белом банном халате, который был ей великоват, и его полы волочились по полу. Прошли в спальню, закрыли дверь и снова были слышны только негромкие голоса. Через какое-то время целительница вышла в холл, покосилась на меня.

— С Таней всё в порядке, просто она вымотана долгой дорогой. Я ей оставила нужные лекарства, так что теперь ей нужны только покой и хорошее питание.

Я облегчённо вздохнул. Ну хотя бы в этом не всё плохо. Но пришлось уточнить.

— Нам… нужно уезжать… Когда это можно… без последствий для здоровья?

Женщина на мгновение задумалась.

— Точно не сегодня и не завтра. Завтра ближе к вечеру я снова приду, тогда и скажу точнее.

Целительница ушла, а я пошёл проведать Таню. Действительно, не так уж у нас и плохо. Посвежевшая, порозовевшая Таня возлежала на огромной кровати. Не успел я и рта открыть, как она стала рассказывать свои новости и впечатления.

— Ты даже не представляешь, какие настойки использовала госпожа Делгара! Это… это как будто я заново родилась, столько сил прибавилось! Я читала о таких настойках, но они ведь такие дорогие! Я только услышала названия, и чуть заикаться не начала, но Делгара сказала, что за всё платит Наместник, так что я не должна волноваться. И ещё она сказала, что теперь организм у меня взбодрится, и я всё время буду хотеть есть, пока организм не восстановится. И… ты не знаешь когда нас кормить будут?

Я только хмыкнул.

— Так стол уже накрыт, и ждёт только тебя.

— Да? — Таня стала осторожно сползать с кровати — Ну тогда я пойду посмотрю что там есть.

— Пойдём –кивнул я, тоже вставая.

Слуги правильно сделали, что принесли столько блюд. Я уселся поближе к мясу, а вот Таня гуляла вокруг стола, присматриваясь и принюхиваясь к кушаньям. Иногда отламывала/отрезала кусочек, задумчиво жевала, потом снова начинала ходить вокруг стола. Вот уж действительно, проблема выбора. Вот стояла бы одна кастрюля с рыбным супом, и не мучилась бы. Вернее, даже мучилась бы, но ела, потому что деваться было некуда. А так… перепробовала все сыры, все колбасы, все фрукты, салаты, потом ей чем-то приглянулся мясной рулет, и вот его она съела достаточно много. Наконец, сыто откинулась на стуле и аккуратно погладила животик.

— Ты знаешь, Вань, прямо снова жить хочется. Как думаешь, нас часто будут вот так кормить или только сегодня?

— Не знаю, –равнодушно ответил я, подцепив очередной кусок мясной нарезки –но Наместник высказался в том духе, что человек, выполняющий его поручения, не может ходить в старой дранной одежде, потому что это будет удар по его репутации. Наверное, это же относится и к еде, и морить голодом нас не должны.

— А… -протянула Таня –ну, тогда хорошо.

— Кстати, там у дверей стоит большая сумка. Слуга сказал, что там одежда нам на первое время, пока новую не сошьют.

— А ты уже смотрел что там? –сразу заинтересовалась Таня.

— Я ещё даже не мылся –отозвался я, подтягивая к себе очередную тарелку — В крайнем случае, голым похожу или в полотенце замотаюсь.

— А я… — Таня вдруг задумчиво посмотрела на меня — И правда, Вань, сходи помойся, а то от тебя… -и сразу виновато опустила голову — Ты извини, я не со зла. Пока жили в деревне, а потом в дороге, мне часто даже жить не хотелось, а сейчас, когда сама чистая и вокруг всё чисто, от тебя, действительно, не очень хорошо пахнет.

Немного обидно такое услышать, но Таня права. Я уже и не помню когда стирал одежду, или полностью мылся, а последняя неделя была вообще филиалом ада.

Отодвинув тарелку, я встал.

— Ну и помоюсь, –буркнул я –а потом буду молодой, красивый и голый, так что готовься.

Таня сразу сморщилась.

— Вань, ну не сегодня же! Мы ведь только с дороги, ещё не отдохнули даже.

— Ну ладно, –великодушно согласился я –сегодня только спим, но завтра готовься.

— Да ну тебя! –отмахнулась сразу повеселевшая Таня — Иди мойся, а пойду посмотрю что там в сумках.

Чем отличается помывка мужчины и женщины, так это тем, что мужчины действительно моются, а женщины частенько начинают фантазировать про полежать в ванне, понежиться, и чтобы пена была до потолка, а ещё чтобы какие-нибудь свечи ароматические горели, да ещё и музыка звучала медленно-романтическая.

Мне проще — встал под душ и сразу начал себя мылить-шоркать-скрести. Не скрою, мыться под душем было приятно, но последнее время я больше беспокоился о Тане, чем о себе, так что мылся я как на соревновании по скоростной мойке. Правда, мылиться и смывать пришлось три раза, прежде чем кожа начала скрипеть от чистоты. Надо было бы ещё и побриться, но сегодня до не этого.

Грязную одежду бросил в угол, как и говорил дворецкий, а вот одеть чистое… Банный халат забрала Таня, так что мне досталась только простыня, которую я нашёл в шкафчике. Ну и что? Римляне, помнится, всю жизнь в тогах ходили, а она, по сути, та же простынь, только побольше размером.

Когда вышел из ванной комнаты, почти сразу заметил Таню, что-то делавшую в спальне. Оказалось, моя маленькая слабенькая жёнушка умудрилась каким-то образом дотащить большую сумку сюда, и теперь вся кровать была завалена разнообразной одеждой. По большей части мужской, но и для Тани нашлись несколько платьев, юбок и блузок. Вот Таня и крутилась перед зеркалом, пытаясь что-то подобрать для себя. Вот же… женщина. Последние месяцы ходила в чём есть, а появилась возможность выбора, так сразу начала копаться — это не так, это не по фигуре, а это не сочетается.

Мне было проще — главное, чтобы на меня налезло, так что через пять минут я уже выбрал себе и рубаху, и штаны с курткой. Всё спокойных тонов, без выпендрёжа. Даже сапоги подходящие нашлись.

После этого просто валялся на кровати, наблюдая за оживлённой Таней, что-то там опять примеряющей, и незаметно уснул.

Очнулся от слабых толчков в плечо и тихого голоса Тани.

— Ваня, просыпайся! Ваня, к нам пришли. Ваня… -и так по кругу.

Я с трудом открыл глаза.

— Что случилось?

Таня вообще перешла на громкий шёпот.

— Там пришли несколько человек, и говорят, что они к тебе. А ещё они принесли несколько больших коробок, и я не знаю что там. Ты… выйди, узнай хотя бы что им надо.

Соображал я всё ещё плохо, так что для начала просто сел на край постели, и потряс головой, стараясь прийти в себя. Кто-то пришёл, что-то принесли, но если бы хотели убить или ещё что сделать плохое, то давно бы сделали. Я в отключке, а Таня вообще… не боец. Ладно, пойду узнаю.

Меня слегка пошатывало после сна, но в холл я вышел почти твёрдыми шагами.

Там и правда было четверо мужчин, но каких-то… несерьёзных. Среднего роста, обычные фигуры людей, никогда не державших в руках меч. А вот одеты они были очень прилично, в очень хорошо пошитых пиджаках и сюртуках. Один из тех, что стоял ы центре холла, повернулся ко мне и чуть склонил голову.

— Позвольте представиться, Таренал. Имею честь быть портным господина Наместника, и он попросил приготовить для вас комплект одежды –мужчина повернулся к стоящему рядом — А это мой брат Вернис, мы всегда работаем вместе –второй мужчина тоже чуть кивнул — А это — Таренал указал на двух мужчин, стоявших у стенки –наши помощники. Ну что, приступим?

Я кивнул.

— Что нужно от меня?

Портной чуть улыбнулся.

— Место, где мы можем спокойно разложить образцы одежды, и чтобы вы могли всё примерить.

Я с сомнением посмотрел на многочисленные коробки, появившиеся в холле.

— Наверное, лучше было бы в столовой, но там… -на всякий случай заглянул в столовую, но стол блестел чистотой, и я даже замер на полуслове. Это кто, когда и так тихо сумел всё прибрать? — Да, лучше в столовой –закончил я фразу.

— Прекрасно –расплылся в улыбке Таренал и кивнул помощникам — Туда.

Те начали хватать коробки, таскать и расставлять на полу рядом со столом. Некоторые коробки (или кофры) оказались такими тяжёлыми, что их приходилось тащить вдвоём.

Портной аккуратно постелил чуть в стороне от стола квадратный коврик и указал на него, типа, это для меня.

— Раздевайтесь.

Я потянулся к пуговицам, и замер.

— Эээ… я только с дороги, и у меня… из белья ничего нет.

— Ничего страшного, –улыбнулся Таренал –мы предусмотрели и это.

Сам подтащил поближе к столу одну из коробок и стал выкладывать мужское нижнее бельё. Нечто, похожее на привычные трусы, трусы до колен, подштанники (или кальсоны). Из чего-то вроде хлопка, шёлка и вообще не знаю чего. Разных расцветок, даже с цветочками на некоторых. Ладно хоть не додумались слоников каких-нибудь нарисовать, а то бы я вообще со стыда сгорел.

Я никогда не был особо стеснительным, а тут все свои (в смысле, мужики), так что я спокойно снял одежду, которой попользовался всего пару часов. Подошёл к столу совершенно голый и выбрал первые попавшиеся трусы, подходившие мне по размеру. Таренал сразу сделал себе в тетрадку какую-то пометку. Потом долго ходил вокруг меня, разглядывая со всех сторон.

— Я, наверное, первый раз в жизни вижу такое идеальное тело, как у вас, господин Иван. Работать с вами будет одно удовольствие –мужчина тряхнул головой, снова настраиваясь на работу — Что бы вы хотели получить?

— Что бы я хотел… –повторил я вслед за ним — Предстоит дорога в столицу империи, так что нужны пара дорожных костюмов спокойных цветов, чтобы при необходимости можно было двигаться и верхом. В столице придётся учиться в академии магии, поэтому нужны будут три-четыре повседневных костюма. Тоже спокойных цветов. И… -я замялся, стараясь сформулировать промелькнувшую мысль –мне надо, чтобы повседневные костюмы были самого простого покроя и из самых простых тканей.

— Почему? –удивился Таренал.

— Видите ли… мне придётся выполнить для Наместника определённую работу, и очень нежелательно, чтобы на меня смотрели как на какого-нибудь сына герцога, случайно зашедшего в академию. Надо что-нибудь… попроще, чтобы люди не отвлекались на мою одежду.

Таренал почему-то снова улыбнулся, но быстро стал серьёзным.

— Я подумаю что можно сделать –кивнул он, наконец.

— Хорошо. Наверное, ещё нужна небольшая шляпа или даже две-три. С десяток рубашек примерно такого качества –я ткнул в одну из рубашек, уже лежавших на столе — Наверное, придётся присутствовать на каких-нибудь торжествах, так что нужно и что-нибудь строгое. Ещё, наверное, плащ-накидка от дождя, пара сапог, три-четыре пары ботинок. Ну, наверное, и всё. И… -я чуть смутился –это не будет много для одного раза?

Таренал откровенно развеселился.

— Господин Иван, Наместник каждый сезон обновляет свой гардероб и заказывает как бы не в десять раз больше, чем вы. А вам… вам предстоит дорога, а потом учёба в академии магии. По вашему виду будут судить о Наместнике, так что экономить на этом просто недопустимо.

Знакомые слова, так что я даже не стал возражать. А после этого оставалось стоять и изображать болванчика для примерок. Меня обмерили со всех сторон и во всех направлениях. После этого мне показывали костюмы по очереди, я их примерял, а потом должен был объяснять что мне в нём нравится, что не нравится и почему. Командовал Таренал, а Вернис записывал каждое моё слово. Похоже, портные хотели понять мои предпочтения.

Если костюм меня более-менее устраивал, портные начинали что-то подгибать, закалывали булавками, снова что-то записывали. Когда закончили с костюмами, пришлось перемерить всю обувь, которую они принесли, но зато две пары оказались мне как раз по ноге.

Я уже думал, что всё, закончили, но Таренал достал из очередного кофра нечто вроде сине-белого костюма полувоенного покроя. Довольно симпатично, но он был мне великоват. Таренал снова долго ходил вокруг меня, что-то подправлял, потом вдруг решил.

— А знаете, не будем ничего менять. Костюм идеально вам подходит, хоть и немного великоват. Но знаете, у меня такое ощущение, что если вы будете хорошо кушать, то очень скоро он станет вам впору, а то и маловат. Всё-таки при такой фигуре вы просто обязаны носить что-то строгое, этакое военные. Если после окончания академии вы пойдёте служить в армию, то после каждого парада девушки будут висеть на вашей шее просто гроздьями.

Я только хмыкнул, и осторожно покосился в сторону спальни — если такое услышит Таня, она этот костюм уже к вечеру порежет на ленточки. Но всё равно, Таренал польстил моему самолюбию, чего уж скрывать.

После ухода портных я успел немного отдохнуть, и начал подумывать, что неплохо бы уже и перекусить, как явилась ещё одна делегация. Тоже портные, но одни женщины. Вот у них с Таней никакого недопонимания не было. Несколько фраз, и все готовы к сотрудничеству. Утащили свои сумки и кофры на второй этаж, и я перестал их слышать. Да и… Я-то одевался по необходимости, потому что так надо, а вот для Тани эти самые примерки и обсуждения фасонов сейчас были как самая нужная и приятная терапия. Как напоминание о том, что жизнь продолжается, и совсем не обязательно, что она будет состоять только из неприятностей. Уже только за это я должен быть благодарен Наместнику, и придётся хотя бы полгода, но отработать честно. А там видно будет.

Уже вечерело, но женские разговоры наверху всё не заканчивались. А тут принесли ужин, и снова как на десять человек, и я не стал скромничать. По примеру Тани обнюхал тарелки с разными блюдами, потом пододвинул к себе четыре понравившихся и стал неспешно загружать в себя калории. Ну а что, я и в самом деле сильно похудел, и мне надо восстанавливаться. А Таня… Ей тоже хватит.

После еды потянуло в сон, и я отправился в спальню. Снова незаметно уснул, и снова меня растолкал Таня.

— Чего? –буркнул я.

— Ваня, иди в спальню на втором этаже.

— Зачем? –не понял я.

— Сегодня будем спать каждый в своей постели.

— Почему? –не доходило до меня.

— Иди, Ваня, иди –настойчиво повторила Таня.

Она что, боится, что мы теперь чистые, немного отдохнувшие, и я ночью полезу к ней? Или у неё опять какой-то беременский бзик, и она хочет хоть раз поспать одна на широкой кровати? Чёрт его знает что у беременных в голове, но ругаться совершенно не хотелось.

Кряхтя, встал с кровати и поплёлся на второй этаж. В спальне разделся и звездой разлёгся на белоснежных простынях. А что, очень даже приятно. Может именно о таком и мечтала Таня? Как бы то ни было, пытаться понять беременную — бесполезное дело. С такими мыслями и отключился.

Наверное, Таня была права, что потребовала спать поодиночке. Во всяком случае, я спал беспробудно всю ночь, а когда всё-таки проснулся, солнце стояло уже достаточно высоко. И ощущение даже какой-то лёгкости в теле появилось. Неужели всё так просто — несколько недель изводить себя мыслями, потом неделя на нервах, пока ехали сюда, а потом достаточно всего лишь помыться, наесться вдовсталь, а потом спать, пока не выспишься? Или это только потому, что я ещё молод и здоров? Кажется, у кого-то из юмористов была даже миниатюра про то, что в молодости пьёшь и гуляешь, а утром по тебе ничего не видно*. Значит я ещё очень молод, раз мне достаточно одной ночи отдыха.

*знаменитый афоризм Семёна Альтова про три стадии возраста.

В доме стояла тишина, и я немного насторожился. Спустился на первый этаж, но ни в спальне, ни в столовой Тани не было, хотя стол опять был уставлен кушаньями. Это уже переставало нравиться, но крушить всё вокруг вроде бы ещё рано. На всякий случай решил проверить ещё и на улице, и почти сразу нашёл Таню в беседке, стоящей не очень далеко от входа в дом.

Чистенькая, розовенькая, сидела и улыбалась каким-то своим мыслям. Можно было сразу сказать, что пока ещё ничего не решено, и неизвестно что ещё будет, но я не стал. Да, впереди сплошная неизвестность, но пусть хоть сегодня Таня порадуется жизни, а желающие испортить ей настроение и без меня найдутся. Так что присел рядом с Таней, и она сразу прильнула ко мне. Так и сидели, наслаждаясь тишиной и свежим воздухом. Не так уж часто у нас с ней такое было. Правда, в самый неподходящий момент у меня заурчало в животе, и Таня сразу вскочила.

— Ты же голодный, а мы тут сидим! Пойдём, нам там опять всяких вкусностей принесли. Я уже два раза завтракала, а на столе словно и не убавилось ничего — Таня вдруг замерла и погрустнела — Эх, в деревне столько продуктов мы могли бы на пару недель растянуть, а сейчас стол уставлен, а в живот уже не лезет. Ну почему в жизни так бывает⁈

Я приобнял жену.

— Потому что это жизнь, а не любовный роман для глупеньких девочек, ожидающих принца. Зато в старости будет что вспомнить -я встал — Ладно, пошли, а то и в самом деле, солнце высоко, скоро обед, а я ещё даже не завтракал.

Так весь день и прошёл в приятном ничегонеделании. Перекусить чего-нибудь, погулять в парке, снова вернуться в столовую. Таня после обеда даже поспала, а я ещё раз пообедал, чтобы не терять время.

К вечеру приехали портные, привезли нам новую одежду. Пришлось всё смотреть и мерить. Я-то управился за полчаса, а вот Таню мучили часа два. Совсем к вечеру пришла и целительница. Снова долго осматривала Таню, оставила ей кучу всяких порошков, баночек и бутылочек, но ехать разрешила.

Вот так и закончился наш маленький отпуск. А на ночь Таня снова отправила меня спать в другую спальню, но я почти не обиделся. Нам обоим нужно набраться сил, а для всего остального у нас ещё вся жизнь впереди.